Чужих гор пленники - Артем Каменистый

– Как-то странно у вас там вышло. Разве можно вот так грызню затевать ни за что? Всего лишь не поделили магазин?

– Да там все непонятно, и уж точно не в магазине дело. Банда образовалась, и не спрашивай как. Пришли сверху, легко всех подмяли. Да там некому было отпор давать: мелкие группы да одиночки, все растерянны, половина не в себе. Никто и понять ничего не успел, не готовы к такому были. Резко все случилось. И ведь место не из тех, где партизанить можно или хоть как-то бороться. Выжить там реально лишь среди развалин, а там их всего ничего, легко контролировать.

– Первый раз слышу про то, чтобы большие дома перенесло.

– Да домов там не осталось, вдребезги почти все.

– Все равно чудно. Рогов, так вы что сейчас делать думаете? Планы какие вообще?

– Да мы еще сами не знаем. Как про ваксов узнали, думали и так и эдак, но в горы возвращаться не вариант, сам знаешь, нет там жизни для нас. Значит, рано или поздно придется с ними разбираться как-то. Сейчас вот, в смысле сегодня, появилась идея.

– Ну так поделись, мы послушаем.

– Помните рассказ Саши вашего? Ну про женщин в плену?

– Склерозом не страдает никто, помним.

– Как ни крути, а выручать их надо.

– Ну это мы и без тебя понимаем. И?

– Он говорил про то, что дикарей там не больше десятка. С женщинами двадцать, ну или двадцать пять. Дети старшие, кто врезать может… В общем, тридцать – сорок противников может набраться, но из них лишь четверть опасные. У меня людей мало, у тебя побольше, но тоже не очень. Если объединим силы, легко справимся. Нам все равно схлестнуться с ними придется, так почему бы не начать первыми? Тем более они уже начали: неизвестно сколько уже убили и еще убьют, пока мы тут болтаем. У нас сейчас каждый человек на счету, а они их на мясо… Ваксы, получается, стоят на другом берегу реки. Ну почти на берегу. Многие из тех, кто по ту сторону с водопада спускается, идут прямиком туда и попадаются.

– Хреново…

– Я о том же.

– Рогов, у меня боевых людей не очень. Есть парочка приличных, но один в возрасте уже, да и не тем оружием они работать привыкли. Как у вас, кстати, с этим вопросом?

– Есть немного хорошего холодного, ну а так только луки совсем слабые, копья деревянные, дубинки делаем неплохие.

– А у ваксов?

– У них в основном каменное и костяное. Луков нет вроде, но копья могут кидать, думаю. Еще Саша рассказывал про мечи. Ну не совсем мечи: плоская палка, по краям острые камни закреплены.

– Меч это первобытный, у ацтеков похожие были, – впервые за все время подал голос Сергей.

– Ну надо же, будем знать. – Кузьмич покачал головой. – Кто бы мог подумать – ацтеки… Рогов, это получается, что оружие у них получше будет.

– Ну да, если не считать луки.

– Брось, сам говорил, что луки ваши слабые, да и стрелков хороших, думаю, не найти в наши времена. Разве что спортсмен подвернется или редкий фанатик такого дела.

– Так вы против? – неожиданно вмешалась Кэт.

– Нет, девочка, я как раз не против. Только в одиночку мне с такой оравой не сладить, значит, людей поднимать придется, а я ведь за них в ответе.

– У меня ружье есть, самодельное, – сказал Киря. – Так себе, но, может, напугаются. Дикари раньше выстрелов пугались. Ну в смысле наши дикари.

Рогов хмыкнул:

– Ага, испугаются, когда оно прям в руках у тебя разлетится и пальцы в разные стороны брызнут.

– Еще что хорошего расскажете? – не стал подвергать слова Кири сомнению Кузьмич.

– Это дикари, вряд ли они в военном деле толк знают. Один на один они, возможно, любого из нас одолеют, а вот если пять на пять, допустим, уже труднее будет. Мы ведь привыкли сообща все делать.

– Ага, – кивнул Кузьмич. – Только учти, что для совместного боя надо готовиться как следует. Думаешь, строевую подготовку просто так не отменяют или только ради парадов? Нет – учат каждого тому, что он лишь винтик, великого строя часть, и что должен не ворон считать, а делать только то, чего ждут от винтика. Знай свое место и ни шагу с него не делай, вот так.

Опять встряла Кэт:

– Мы знаем, что они могут собрать большой отряд. В тридцать, может, сорок воинов. У них не одно поселение – это племя. Если победим этих, их станет меньше. Они тоже разумные, тоже боятся, может хватить этого, чтобы не пошли на нас.

– Ты, что ли, побеждать собралась, пигалица? – насмешливо уточнил Кузьмич.

Киря покачал пальцем:

– На твоем месте я бы не судил по внешнему виду. И уж ее тем более.

– Только не говори, что она из тех, кто серьезнее не придумаешь.

– Не, она об серьезных ноги вытирает два-три раза на день.

– Ну дела, а с виду и не скажешь. Ладно, раз о серьезном разговор пошел, так и я о серьезном. Мужиков подниму, обсудим все, подготовимся как сможем. Сегодня не выступить, до ночи уже недолго, а в темноте мы не видим, плохо так воевать.

– Утром предлагаю, – сказал Рогов. – Чего время тянуть, оно ведь против нас сейчас работает. Да, они узнают про нас. Ну и что? И без того уже поняли, что в округе появилось много странных людей. Так что, обнаружив себя, особо ничего не теряем. И кто знает, скольких еще они поймают, пока мы не шевелимся. Кое-где на том берегу мы плакаты из бересты вешали, но там столько возможностей для спуска, что все никак не проконтролируешь, серьезно над этим работать надо, а сил нет.

– Ты знаешь, где селение дикарей?

– Примерно. Но у туземок спросить можно, расскажут.

– Вы разве их понимаете?

– Плохо, в основном объясняемся жестами. Но тут ведь вопрос несложный, а они должны знать, сами ведь туда ткани таскают.

– Это да, должны. Ну тогда что? Обговорим, где и когда встречаться будем?

– Ну да, обговорим.

Нельзя сказать, что новая жизнь бедна яркими моментами, но иногда событий происходит слишком уж много, не все они приятные, и нервирует, что происходят они ни с того ни с сего. Еще утром у Рогова были самые разнообразные планы, в которых не находилось места многому, в том числе наглому нападению на поселок воинственных аборигенов, от которых до сих пор старались лишь прятаться, не помышляя о большем. Нет, он, конечно, понимал, что голову прятать в песок глупо: конфликт с туземцами неизбежен. Но надеялся, что к тому времени поселок окрепнет и слабо вооруженных дикарей встретит если не крепость, то укрепления, достаточные для обламывания их зубов. Одержать бескровную победу, безнаказанно обстреливая их с недоступной вышины, потом улюлюкать в спины улепетывающим.

Глядишь, и больше не вернутся… не понравится. Лес большой и богатый, прокормить может многих, так что им особо нечего делить.