Тень - Евгения Полянина

– Если бы не она, тебя бы съели! – заступился за Катю Артур.

Крыса смерил его презрительным взглядом.

– А теперь разорвут на части! Спасибо! – Он отвесил Кате наигранный поклон.

– Замолчи, – сказала Оракул. Она снова приняла величественный вид, но на Крысу это не произвело впечатления.

– Замолчать?! – он рассмеялся. – Замолчать?! Может, еще спеть тебе песенку? Фиников притащить? Помахать над головой пальмовыми листами? Кто разрешил тебе приказывать? – Он выпятил грудь и вздернул подбородок. Крыса был единственным, кто мог сравниться ростом с Оракулом. – Ты просто девчонка. Плачущая девчонка. Я не собираюсь слушать девчонок! – Он смачно плюнул на землю.

Катя ухватила его за футболку и потянула на себя.

– Не собираешься слушать, тогда проваливай! – рявкнула она, вложив в голос всю усталость от сегодняшнего дня. – Я рискую жизнью, чтобы помочь вам. Я могла бы сейчас сидеть на кухне и пить какао. Не сомневаюсь, что ты бы так и сделал! – она толкнула Крысу на землю. Все смотрели то на него, то на Катю. Первым отреагировал Носач. Он схватился за живот и расхохотался.

– Ох, Крыса! – сказал он, утирая слезы. – Лучше бы тебя сожрали.

Тот вскочил на ноги, кинулся было на Катю, но остановился. Он еще раз плюнул, развернулся и рванул куда-то, подальше от черных волн.

Катя огляделась.

– Что происходит? – спросила она. Оракул посмотрела на горизонт и выдохнула.

– Ведьма меняет правила игры, – сказала она грустно, – она собрала армию для последнего боя. Нам придется принять его.

Катя оглядела детей, их деревянные мечи, подвешенные на поясах, торчащие из корзинок дротики…

– Вы не воины, ты сама говорила.

– Нет, но однажды всем придется сражаться, – Оракул вздернула подбородок, – мы задержим грызунов. А ты доберешься до ведьмы.

Катя колебалась. Ей не нравилась идея вмешивать в свои дела других. В прошлый раз, когда она позволила вмешаться, Мариам чуть не погибла. Катя посмотрела на Оракула, и та кивнула, словно понимала, о чем она думает.

– Ты охотник, – Оракул положила руку ей на плечо, – это твоя судьба. Люди будут сражаться за тебя. Люди будут умирать за тебя. Но никакая жертва не сравнится с той, которую однажды принесешь ты. Надеюсь, не очень скоро.

Катя нервно усмехнулась.

– Пожалуйста, не делай из этого что-то особенное, – попросила она севшим голосом, – мы просто убиваем ведьму.

* * *

«Первый отряд детей», – подумала Катя, оглядывая поляну. Не так она представляла себе решающий бой с ведьмой. Детей не набиралось и сотни, и они больше напоминали дворовую футбольную команду, чем армию. Причем довольно посредственную команду. Все, чему Катя могла научить их за этот час, укладывалось в две фразы: защищайтесь и не играйте в героев.

Героем здесь была она, и от этой роли становилось тошно.

Оракул снова коснулась ее плеча. Катя попыталась вспомнить, откуда знает эти скулы и глаза. Однажды она обязательно вспомнит. Однажды…

– Я ведь все это забуду? – спросила Катя, глядя вдаль на приближающуюся черную громаду. Если прислушаться, уже можно было расслышать вой грызунов и грохочущий хохот ведьмы.

– Забудешь, но разве это имеет значение?

– Для учителей имеет, – попыталась пошутить Катя, – если говоришь, что читал, но все забыл, они все равно ставят двойку. Так всегда в жизни: истиной считается только то, что помнишь.

Оракул пожала плечами.

– Я помню больше двадцати своих смертей, но все еще выгляжу живой. По крайней мере, – она провела рукой по щеке, – надеюсь, что выгляжу. Ты не запомнишь, что произошло, но будешь помнить ощущения. Решения, которые ты сейчас примешь, навсегда останутся в твоей душе и в сердце.

– Если честно, это не очень-то утешает, – призналась Катя. К ее удивлению, Оракул улыбнулась.

– Тогда открою тебе тайну, – она хитро подмигнула, – настанет день, и ты вспомнишь все, до мельчайших подробностей. Только это будет очень плохой день, – добавила Оракул грустно.

Катя сглотнула. Она считала себя человеком широких взглядов, но общаться с тем, кто может предсказывать будущее… От этого по коже бежали мурашки.

Она оглядела выстроившихся рядами детей. Мальчишки постарше стояли впереди, кричали, переругивались и смеялись, старательно делая вид, что ничего не происходит.

Что на них не движется черная стена, полчища грызунов и безжалостная ведьма.

– Послушай меня, – сказала Оракул тихо, ее взгляд словно опустел. – Ты ничего не запомнишь, но я должна предупредить. Мормара пришел в твой мир за тобой. Двадцать восьмого декабря, на пороге года, когда сила Мало достигнет пика, он попытается убить тебя.

Оракул схватила Катю за руку.

– Спроси у Евы, как она победила тень, – продолжила она дрожащим голосом, – если ты запомнишь мои слова, получишь свой шанс.

Катя кивнула. Вся эта история ей не нравилась.

– Давай сначала справимся с ведьмой, а потом решим насчет остального, – сказала она тихо.

Оракул кивнула.

– Прости, что напугала. Мормара очень сильный. Когда я пытаюсь заглянуть на его территорию, это… это больно, – призналась она. – Но ты не должна бояться. Мы спасемся. И ты, и я, и Артур, и Элли, и Носач, и даже Крыса, – Оракул улыбнулась, – впервые я по-настоящему вижу, что все будет хорошо.

За их спинами пробежала волна шепота. К ним подошел Артур.

– Оракул, – сказал он, – Носач только что вернулся из разведки. Они нашли труп Крысы. Крыса мертв.

Двигающаяся к ним черная волна замерла, и на ее пике появились грызуны.

* * *

Нет ничего более запутанного и непонятного, чем тригонометрия. На втором месте по запутанности – массовые сражения. При всей своей силе Кате едва удавалось прорываться между клыками, когтями, мечами и ветками. В отличие от большинства одноклассниц, Катя любила ту часть истории, которая рассказывала о великих битвах: когда учитель вывешивал на доску карту и указкой водил по идеальным квадратам и треугольникам, рассказывая, как конный клин пробил дыру в пехотном строю и пришлось подтягивать войска с флангов…

На доске все выглядело просто и понятно. В реальности все было переполнено запахами, криками, стонами, кровью, потом и водой. Здесь было все, кроме логики.

Катю бросило в ствол дерева. Она быстро поднялась, ухватившись за ветку. Грызун кинулся на нее, но Катя отскочила. Ей сейчас не до этого.

Она пробилась к месту, где остановилась черная волна. Где-то там, за ней, прячется ведьма, и бой закончится в тот миг, когда Катя убьет ее.

Она ухватилась за застывшие грязно-белые от пены гребни волн и принялась карабкаться. С высоты бой казался детской игрой в войнушку. Дети просто махали мечами, а звери – лапами. Некоторые из тварей валялись на земле, но все выглядело каким-то ненастоящим.