Тень - Евгения Полянина

Ночью, когда тень заполняла город, это ощущение было гораздо полнее. Катя могла улавливать движение далеко за пределами видимости – на другой стороне реки, даже на другом конце города. Но днем тень напоминала оборванные лохмотья, по которым приходилось лазить, выискивая дорогу и ориентируясь почти на ощупь. Рваные тени не давали разобраться в обстановке, как Катя ни пыталась, ничего не выходило.

Она сдалась, когда почувствовала, что задыхается. Открыла глаза – холодный пот проступил на лбу, пропитал рубашку на спине и носки. Вятский все еще шарил руками по голым стенам, будто надеялся что-то найти. «Ну да, точно, – так и хотелось ей сказать, – уверена, где-то здесь наверняка есть потайная дверь».

Он заметил, что она пришла в себя, посмотрел на нее, прищурившись.

– Ты в порядке?

Катя пожала плечами:

– Поесть бы.

Вятский подошел к двери и с силой забарабанил кулаками по железу:

– Эй вы, уроды, откройте! – он начал помогать ногами. – Вы вообще в курсе, кто мой папа? Он вас на тряпки порвет.

– Они не слышат, – сообщила Катя, когда на секунду воцарилась тишина. Вятский с сомнением оглянулся на нее, и она добавила: – Их тут нет. Сейчас, скорее всего, веселятся в каком-нибудь баре. Или еще где-то.

В этом Катя была абсолютно уверена. Ей удалось увидеть не очень много, но она не чувствовала демонов поблизости. Крики сейчас принесут столько же пользы, сколько танцы с помпонами. Она не могла объяснить это Вятскому, но он, кажется, поверил – отошел и сунул руки в карманы.

– Слушай, тебя родители будут искать?

Катя пожала плечами:

– До поздней ночи мама не спохватится.

Вятский кивнул и оттянул ворот синей рубахи.

– У меня та же фигня.

– Ты же говорил, – Катя наигранно удивилась, – дай-ка вспомнить: «Папа поднимет на уши всю полицию. Порвет на тряпки».

Он тяжело опустился рядом.

– Я просто хотел тебя успокоить. Но ты, кажется, и так не особо паришься, – он провел рукой по волосам. – К отцу приехали родственники, так что он теперь несколько дней будет не в состоянии. Мишка у бабушки, тоже не заметит. Я как раз отвел его и возвращался через парк, когда вас увидел.

Поначалу Катя попыталась сделать вид, что ей не интересно, но любопытство оказалось сильнее.

– С пистолетом?

Вятский пожал плечами.

– Если бы ты слышала, что мой отец рассказывает о нашем городе, ты бы тоже ходила с оружием. Слышала про домик ужасов?

Катя кивнула.

– Думаю, это их рук дело, как и тот случай в «Поплавке». Черт! – Вятский саданул кедом по бетону. – Уроды, забрали мои сигареты. Слушай, – он впился в Катю взглядом, – рассчитывать на других не приходится. Надо выбираться самим, так?

Катя даже фыркнула. Он разговаривал с ней, как с ребенком. И это при том, что у нее явно больше опыта. С другой стороны, если взглянуть его глазами, она выглядит такой перепуганной: жмется к стене, тяжело дышит и покрылась потом.

– Их всего двое, – продолжал Вятский, – и мы не знаем, есть ли у них оружие…

– Твой пистолет точно есть, – заметила Катя. «И мой кинжал тоже», – добавила она про себя.

Вятский был озадачен. Кажется, его мозгов не хватило, чтобы подумать об этом сразу. Но он быстро нашелся и продолжил как ни в чем не бывало:

– Поэтому действовать нужно быстро. Я возьму на себя парня. Он не выглядит таким уж сильным…

Катя вспомнила, как Джонни откинул ее одним легким движением. Да уж, слабак, каких поискать.

– Возьмешь на себя девушку. Она не кажется особо опасной, но… – Вятский указал рукой на затылок, – больно бьет сзади. Нужно только, чтобы ты ее отвлекла, пока я не расправлюсь с этим Джонни. Потом помогу тебе.

Катя молчала. А он как ни в чем не бывало гнул свое:

– Надо напасть на них одновременно. Как только они откроют дверь. Постарайся сразу скрутить ей руки, чтобы она не успела достать оружие. Они считают нас детьми, но я неплохо умею драться.

Катя покачала головой. Вряд ли это поможет. Вишенкой на торте стало финальное «па» Вятского – апофеоз его вдохновляющей речи:

– Главное, помни, – произнес он многозначительно, – они всего лишь люди.

Катя хмыкнула.

– Как насчет другого плана? – Она прижалась к стене затылком. – Тихонько подождем ночи, а потом ты постоишь в сторонке и посмотришь, какой крутой я могу быть.

Вятский снова пнул бетон кедом.

– Черт! Ты точно головой не повредилась? Я тебе предлагаю план. Без твоей помощи мне не справиться, – добавил он уже спокойнее.

– Просто я знаю, что происходит, – спокойно ответила Катя.

– И что же? Это типа какой-то розыгрыш?

Он вскочил на ноги и принялся изучать стены и потолок, выискивая скрытую камеру.

Катя покачала головой.

– Нет, – голос отразился гулким эхом, – они хотят нас убить. И тебе они не по зубам. Ты ведь не видел их в действии. А я… это довольно сложно объяснить, – Катя запустила руку в волосы. Пальцы запутались в прядях, а она в словах.

Как рассказать об этом, не имея доказательств? И стоит ли рассказывать?

– Просто давай подождем ночи. Если ничего не произойдет до заката, я гарантирую, что мы спасемся.

В этот момент металл заскрежетал по бетону и дверь медленно распахнулась. На пороге стоял Джонни в солнцезащитных очках, сияя широкой самодовольной ухмылкой.

– Подъем, детки. Самое время немножко вас помучить.