Эдгар Аллан По и Лондонский Монстр - Карен Ли Стрит

Злой воздух ночи отравил мои сны, и я проснулся адски рано. Решив обратить мучившие меня ночью кошмары на пользу, я провел утро весьма продуктивно – в работе над рассказом об убийстве, где убийцей окажется завезенный в Париж неким матросом орангутан. Если даже из этой идеи не выйдет ничего путного, неважно. Этот акт избавления от неотвязно преследовавших меня темных призраков сам по себе помог успокоить расстроенные нервы. Я написал и очередное письмо Сисси, как следует постаравшись вызвать в себе ощущение счастья и радости, совершенно обратное тому, которое обуяло меня при перечитывании последних писем, подброшенных врагом.

Чтобы наверняка развеять темные мысли и чувства, я решил провести день, гуляя по лондонским лавкам в поисках подходящих подарков для жены и ее матери. Я умудрился на многие часы потеряться в «Пантеон-базар» на Оксфорд-стрит. Он оказался настоящей пещерой Аладдина: картинная галерея, множество дешевых ярких игрушек для детей, полный экзотических растений зимний сад под стеклянной крышей, авиарий, населенный множеством крикливых какаду и ара… и, конечно же, бесконечная галерея лавок. Наконец я остановился на кружевах, пейслийской шали и очень милом флаконе для духов в подарок Сисси и хорошей паре перчаток для тещи.

В «Аристократическую гостиницу Брауна» я прибыл одновременно с Дюпеном. С утра он отправился на поиски всего необходимого для необычного бала, предстоявшего нам вечером, и теперь вернулся с несколькими пакетами в руках. Взгляд его странно остекленел, лицо было покрыто влагой.

– По! Какая удача. Не подниметесь ли ко мне? Я раздобыл все, что нам нужно.

– Конечно.

Дюпен взлетел наверх, прыгая через ступеньку, и я совсем запыхался, стараясь не отстать от него. Едва оказавшись в своей гостиной, он разорвал один из пакетов и показал мне две черные маски, напоминающие повязки с отверстиями для глаз.

– Они совсем простые. Наверное, для бала требуется нечто, сделанное более искусно?

– Это как раз то, что нам требуется. Вот увидите.

Под неотрывным взглядом Дюпена мне сделалось тревожно.

– Скорее бы. А костюмы?

Дюпен отступил на шаг и осмотрел мое повседневное одеяние – черные брюки, жилет, шейный платок и сюртук. И белую рубашку.

– Пара мелких деталей, и мы будем одеты как надо.

Дюпен развязал свой шейный платок черного шелка и эффектным жестом сдернул его с шеи. Затем он расстегнул ворот рубашки, оставив открытым горло.

– Пожалуйста, снимите шейный платок и расстегните ворот, как у меня. А воротник сюртука опустите назад, вот так, – скомандовал он.

Я робко последовал его примеру, опасаясь, что он лишился разума – столь странными были его действия.

– Думаю, длина волос у нас подходящая – шея достаточно открыта, – проговорил он, подавая мне черную шелковую маску. – Пожалуйста, наденьте, мне нужно оценить общий вид.

Я надел маску. Дюпен нарисовал в воздухе круг пальцем, показывая, что я должен повернуться.

– Очень хорошо. Цилиндр и перчатки не нужны.

Он полез в жилетный карман.

– Вы окажете мне великую честь, если сегодня вечером наденете это.

Он подал мне золотой перстень-«шевалье» с инталией, выгравированной на ляпис-лазури и изображавшей герб Дюпена – змею, впившуюся клыками в босую пятку. Точно такой же шевалье сам Дюпен носил обычно на безымянном пальце левой руки. Я надел его. Перстень оказался как раз впору.

– Теперь мы в самом деле братья. Вот документы, удостоверяющие ваше право посетить le Bal des Victimes вместе со мной.

Дюпен положил документы на стол, я поднял и осмотрел их. Сертификат, подтверждающий казнь мадам Софи Дюпен и шевалье Шарля Дюпена, удостоверения личности для Огюста Дюпена и его брата-близнеца Франсуа…

– Кто же имеет право быть на этом балу?

– Только потомки жертв мадам Гильотины и немногие аристократы, сумевшие избежать ее челюстей. Принадлежность к таковым необходимо доказать, представив доказательства при входе. Подобных документов обычно довольно.

– Об этом вашем таланте я не знал, – заметил я, кивнув на поддельные документы.

Дюпен пожал плечами.

– Это не талант, а так – талантишко, вряд ли стоящий упоминаний. Но в данном случае он принес нам пользу.

– Но если я изображаю вашего брата-близнеца, то нужно ведь обсудить все подробности, касающиеся моей личности. А времени крайне мало.

– Не думайте, что кто-то будет допрашивать вас, дорогой братец. Для большинства цель сегодняшнего вечера – исключительно бездумное увеселение. От вас требуется лишь есть, пить и танцевать.