Пятьдесят оттенков синего - Наталья Косухина

Вечером ко мне на старую квартиру пришел муж. Я, уже в легкой пижаме, открыла дверь и увидела его с Зяпой на руках.

Драг стоял и смотрел на меня жадным, голодным взглядом. Я сглотнула.

– Может, перейдем к стадии демонстрации моих способностей?

Я замотала головой.

Леша прикрыл глаза и глубоко вздохнул, так, словно ощущал боль, но в следующее мгновение справился с собой и шагнул в квартиру.

– Тогда я продолжаю ухаживать.

Я покосилась на Зяпу, и драг, проследив мой взгляд, добавил:

– Он со мной. Отец отказался оставаться с ним в одном доме.

Я улыбнулась. Значит, любовь Зяпы распространяется на всех драгов этой семьи.

Молча я смотрела, как Леша снимает верхнюю одежду. Потом он, отцепив от себя лайка, повел меня в спальню. Я приготовилась сопротивляться, и зря. Уложив меня в кровать, драг уселся в кресло и, включив на коммуникаторе музыку, сообщил:

– Сейчас я буду петь.

И начал.

Сказать, что у моего мужа не было голоса, это просто ничего не сказать. Послушав пять минут рулады, которые на непонятном языке выводил супруг, я присоединилась к писку.

Это Зяпа, цокая коготочками, метался по квартире и попискивал. Залетев в комнату, он сделал круг и снова умчался прочь.

Чтобы лайк не сошел с ума и не пришли жаловаться соседи, я заставила мужа замолчать единственным действенным способом – поцелуем.

– Пожалуй, можно переходить к демонстрации способностей.

И потянула счастливого супруга на кровать. Ухаживания шли полным ходом.

Я втянулась в нашу своеобразную игру и на следующий день с нетерпением ждала вечера. И Леша меня не разочаровал. После рабочего дня мы вышли из Центра, взявшись за руки, и сначала заехали покормить Зяпу. После ночного концерта лайк избегал Алексея, чему последний был несказанно рад.

Потом мы отправились снова кормить меня и в клуб. Едва мы вышли из машины, я сразу узнала заведение, в котором мы первый раз стали близки.

Посмотрев на драга, я улыбнулась.

– И зачем мы здесь?

– Следующий пункт ухаживаний – танцы.

– О!

Перед мысленным взором сразу предстал раздевающийся под музыку Уотерстоун, и меня бросило в жар. Драг только хитро на меня поглядывал и молчал.

– Идем, – протянул он мне руку, и я, крепко сжав ее, шагнула навстречу новому этапу ухаживания.

Мы сели за столик, заказали те же коктейли, и я хитро спросила:

– Смешивать будем?

– Если тебе так хочется, – мурлыкнул драг.

– А не боишься, что напитки окажут на нас то же влияние, что и в прошлый раз?

– Нет. Такое было бы возможно, только если бы между нами продолжался брачный период.

Я растерянно моргнула.

– Ты хочешь сказать, что я сама сыграла в тот раз тебе на руку?

– Именно!

Выдохнув, я залпом проглотила коктейль, и сразу же драг взял меня за руку и утянул за собой на танцплощадку.

Хитрый драг знал, как танцевать для меня. Прижав меня к своему телу и дав ощутить свое желание, он почти не двигался, лишь его умелые руки и хвост, соблазняя, скользили по мне, а губы целовали шею.

Его ухаживание продлилось недолго, и скоро мы, снова сняв номер, отдались своим желаниям.

И лишь утром, поцеловав мое голое плечо, драг хитро спросил:

– Ну что, я продолжаю ухаживать?

Я лишь сонно хмыкнула в подушку.

– Пожалуй, нет. Ты меня убедил, что ты – тот самый принц на коне и все такое.

В ответ меня лишь крепко прижали к себе, а нежная рука скользнула под одеяло.

Я шла по коридору Центра к своему кабинету. Алексей прислал загадочное сообщение о свидании. Все эти дни он преподносил мне приятные сюрпризы, чтобы я, как он сказал, перестала дуться, и я не смогла остаться равнодушной.

Жизнь била ключом. Наш с Лешей эксперимент, судя по всему, полностью удался, и теперь нужно провести последние испытания на человеческой особи, зараженной вирусом. Но для этого надо предстать перед научным советом и доказать нашу теорию, найти добровольца. Многое еще предстоит. Но и много уже сделано, в основном благодаря моему мужу.

Он сделал меня счастливой как женщину и помог достичь цели как ученому. Это бесценно. Ни один мужчина в моей жизни не делал для меня подобного. Мое сердце радуется и поет, когда я с ним.

Думаю, завтра уже можно ехать ночевать к нему, в дом, который я сама выбрала и обставила. Он все предусмотрел!

Улыбаясь, я зашла в темный кабинет и позвала:

– Леша?

Почувствовала сзади движение и развернулась, намереваясь обнять своего драга, но в этот момент голову пронзила боль и я потеряла сознание.

Приходила в себя медленно. Попробовала приоткрыть глаза, и по ним больно резанул свет, а в голове вспыхнула боль. Кое-как приняв сидячее положение, я обнаружила, что нахожусь в своем кабинете на полу со связанными спереди руками, очки съехали набекрень. А в моем кресле вольготно расположилась Инга.

– И зачем ты меня ударила и связала? – хрипло поинтересовалась я.

– Жду, пока твой муженек заплатит мне деньги.

Я посмотрела на нее как на сумасшедшую.

– Ты соображаешь, что делаешь? Тебя же после этого посадят.

– Нет, если твой муж откажется от претензий.

– А с меня не хочешь взять такую же расписку? – криво усмехнулась я.

– Само собой, я же нарушила твое личное пространство.

– А что, если мы не согласимся?

– Тогда я засуну тебя в камеру с вирусом.

Я перевела взгляд на большую лабораторию, рядом с дверью которой сидела. Над ней горел красный свет.

– Я распылила вирус.

– И как же тебе, такой дуре, это удалось? – иронично спросила я.

– У вас есть стандартные инструкции, не забыла? – похлопала по столу девушка.

Действительно, забыла. Так давно ими не пользовалась…

– Какая радость, что ты умеешь читать.

– А не слишком ли ты наглая для своего положения? – прищурилась Инга.

– У меня как раз положение совершенно шикарное. Ты ничего не можешь мне сделать, иначе твоя участь будет печальной. Не планируешь же ты всю жизнь скрываться на неизвестной планете?

– А не боишься, что я могу подпортить тебе личико? В конце концов, ты ведь все равно подпишешь отказ от претензий… – нехорошо протянула моя похитительница.

– Может, и подпишу – это с одной стороны, а с другой – еще не факт, кто кому подпортит, – прищурилась я.