Мы из Бреста. Бессмертный гарнизон - Вячеслав Сизов

Осмотр комнат ничего особо не дал. Так, немного фотографий и документов и денег. А вот в планшетке, что нашлась в комнате с «воякой», оказалось кое-что более интересное. Несколько карт. В том числе карта Западной Белоруссии с нанесенными на ней обозначениями наших воинских частей, складов, аэродромов, штабов и иных объектов. И что самое интересное, в месте, где располагался наш лагерь, тоже стояла отметка. А еще в планшетке было несколько десятков страниц с рукописным текстом на польском языке. По виду то ли списки, то ли отчет. Если понимать и говорить по-польски я могу, то вот разобрать написанное, увы. Нет, конечно, если постараться, то можно было бы и прочитать, языки не сильно отличаются, но не хотелось терять времени. Ладно, пусть «чекисты» с ними разбираются. А вот карта меня заинтересовала на будущее. Достал из планшетки свою и аккуратно стал переносить на нее данные поляков. В распахнутое окно было слышно, как кого-то очень сильно тошнило.

Закончив с одной картой, занялся остальными. Среди них нашлась подробная карта Бреста с очень интересными значками. Как я понял, на ней были отмечены военные объекты и дома, где проживали «восточники». Почему так решил? Отвечу. На ней был отмечен дом, где снимал квартиру Сергей Анохин. Возможно, я и ошибаюсь, но не намного, так как там было отмечено еще несколько объектов, о которых приходилось слышать. Жаль, что «вояка» убит и допросить его нельзя! А вот воспользоваться его картой можно и даже нужно. Спросите, для чего? Да хотя бы для того, чтобы обозначить направления ударов немцев. Нужные карандаши нашлись в планшетке. В доме никого не было. Трупы и оружие бойцы уже вынесли и что-то обсуждали на улице. Раз так, то почему не воспользоваться моментом? Для того чтобы нанести на карту все задуманное, времени хватило с избытком. Главное, показаны удары на мосты, острова крепости, близлежащие районы. Если и это не поможет изменить историю, то я не знаю, что еще надо сделать. Вроде бы теперь все ясно и понятно. Только готовься и делай, как надо.

Убрав все обратно в планшеты, я осмотрелся. Вроде бы больше ничего, что может заинтересовать, я не увидел. Надо что-то оставить и «чекистам», чтобы жизнь медом не казалась. Мне уже давно пора к бойцам, тем более что бой вроде начал стихать. А у нас недосмотренными осталась куча построек, вдруг, что еще найдем. Пистолет поляка я, кстати, прибрал от греха подальше. В качестве подарка пойдет.

На улице утро вступало в свои права. Наш бой и последующая зачистка хутора заняли всего около получаса. Больше мы провозились, повторно осматривая помещения и вытаскивая найденное на божий свет. Дав команду бойцам собрать оставшиеся трупы поляков, прошелся по зданиям. Везде примерно одно и то же – следы короткого боя, крови и торопливого обыска в поисках оружия. Подошедший Новиков доложил о выполненном и о захваченных трофеях.

У дома, прикрытые тряпками, рядком лежали трупы, с некоторых были сняты сапоги. Чуть в стороне от них, под наблюдением нескольких бойцов, с понурыми и бледными лицами сидели пленные. По двору сноровисто двигались мои бойцы, вынося из построек трофеи. Найдя «вояку», положил к нему его планшетку. Нечего создавать лишние вопросы на пустом месте. Пусть «чекисты» сами со всем разберутся. Бой на гати окончательно затих. И вскоре с той стороны появилась цепь бойцов, прочесывающих местность от гати в сторону леса и болота. Вот только их количество и форма меня слегка удивили и озадачили – число бойцов выросло раза в три-четыре, и у большинства были пограничные и васильковые фуражки. В бинокль удалось рассмотреть несколько незнакомых командиров. Похоже, к нам прибыло подкрепление из числа специалистов.

Вскоре к нам подошла группа командиров, среди которых оказались и Горячих с Шаровым. Там же присутствовали эксперты-криминалисты и опера, сразу приступившие к документированию произошедшего. Старшими по воинскому званию в этой группе были майор-пограничник и капитан ГБ. Представившись, доложил о захвате хутора, пленных и трофеев. Командирами оказались начальник погранотряда и заместитель начальника Управления НКГБ. Поблагодарив за сделанное, начальство ушло осматривать хутор. А мы с Шаровым и Горячих, отойдя в сторону, стали обмениваться мнениями о ночных событиях.

Еще ночью в наш лагерь пришло пополнение, выделенное УНКВД и пограничниками из числа курсантов, что находились на окружных сборах водителей и пулеметчиков. Из лагеря проводники их привели к группе Горячих, а к нам не успели из-за того, что наблюдатели обнаружили выдвижение поляков. Бой сразу пошел не по плану. Поляки шли с головным дозором, убрать который по-тихому не получилось. Открыли огонь по колонне, но поляки быстро очухались и ответили огнем нескольких ручных пулеметов. Пытались сбить засаду, а когда поняли, что этого сделать не получится, начали отход под прикрытием огня пулеметов. Тут как раз подоспел Шаров, ударивший с тыла. В результате зажали поляков посреди гати с двух сторон и уничтожили. Среди пограничников есть несколько раненых. Сейчас идет прочесывание, есть возможность, что кто-то ушел болотом. Вообще все довольны и радуются, что так все хорошо прошло. Я в свою очередь рассказал о зачистке здесь и, подойдя к трупам, отдал планшет «вояки».

Виктор, рассмотрев находившиеся там документы, сразу позвал капитана. Уединившись в сторонке, они стали их обсуждать. Кажется, сработало! Мы же с Дмитрием Ильичом прошлись к месту боя у дороги. Ненавязчиво рядом с нами постоянно находились бойцы Шарова. Оружие и снаряжение погибших уже было собрано, а пленные поляки копали большую могилу. Всего мы насчитали 63 трупа. В ходе разговора я спросил о судьбе трофеев.

– Что, много собрали? – спросил Дмитрий Ильич. – И уже успели оприходовать? Ох, хомяки. Наверное, уже все закрома трофеями забили?

– Есть чуть-чуть. Там в сарае револьверы были, вот я их своим парням и приказал разобрать в качестве дополнительного вооружения. Автоматчикам они не нужны – пусть лучше таскают побольше патронов. Револьверы нужны бойцам с тяжелым вооружением: пулеметчикам, вторым номерам, минометчикам, снайперам, санинструктору, ну и «егерям». Короче, тем, у кого есть необходимость самообороны на ближней дистанции из-за неповоротливости основного вооружения либо специфики действий. И еще кое-что себе присмотрел. Там пара пулеметов «Browning» есть, они нам, ой, как не помешают. Да и боеприпасы тоже.

– Понятно, я не против. Думаю, Виктор тоже меня поддержит оставить вам часть трофеев. Только вот зачем тебе столько пулеметов? Чем тебе наши не угодили?

– «Browning wz.28» весит почти в два раза меньше «дегтяря». С ними мотаться легче и рукоять штурмовая есть. Я бы вообще все «дегтяри» на «Browning» заменил. А то бойцам в кирасах и «дегтярем» в руках совсем тяжело двигаться.

– К «Browning», по-моему, маузеровские патроны подходят? Как снабжаться будешь? Или как кончатся патроны, опять обмен произведешь?

– Мы тут нашли чуток. С десяток ящиков, да на складе должны быть. Если вы договоритесь, чтобы мы в проверке и остальных точек поучаствовали, то еще наберем.

– Наш пострел везде успел. Ладно. Моя вина. Вчера в суматохе забыл сказать, что твой взвод с группой Шарова будет взаимодействовать и дальше. Выписку из приказа сегодня получишь. Так что будет у вас еще возможность набрать трофеев. На охране лагеря останется ваша рота. Пулеметы небось уже присмотрел?