Мы из Бреста. Бессмертный гарнизон - Вячеслав Сизов

– Прав. Я с тобой полностью согласен. Случись что, отсюда эвакуировать на восток людей куда легче будет, чем из крепости. Так что я с тобой, комиссар. Одной мы веревочкой связаны.

– Раз такое дело, может, и вправду по пивку? И искупаться не грех. И нашим женщинам надо внимание уделить, а то они совсем заскучали в теньке, смотря на остальных.

– Верно. Я вот что думаю, надо будет ориентировать народ на выезд после обеда 20-го. Как раз будет пятница. Женщины без спешки соберут с собой необходимое, в том числе тревожные чемоданчики. Да и тут все сорганизуют.

15 июня 1941 г. реакции на заявление ТАСС от Британского и Германского правительств не последовало…

С наступлением темноты никто из присутствующих ехать в крепость не захотел. К тому же еды и алкоголя оставалось еще более чем достаточно. Детей уложили спать в палатках и устроили танцы под светом керосиновых ламп и яркой луны. Затем пили чай с вареньем и пирогами. Спать легли поздно.

Бойцам тоже достался кусочек веселья – праздничный обед и ужин с большим количеством жареного мяса. Зря я им, что ли, брал свиную тушу? А также бочку кваса и немного пива.

Если коротко подводить итоги дня, то всем понравилось. Были неоднократные пожелания командованию проводить такие выезды регулярно. А то жить в полутемных, с вечно горящими лампочками казематах всем надоело. Командование обещало подумать над этим вопросом. Постепенно народ стал расходиться по палаткам, и вскоре на поляне никого не осталось. Лишь парные патрули периодически обходили ее, контролируя периметр.

Когда все угомонились, ко мне подошел Сергей. Его сослуживец Михаил сильно устал и лег в моей палатке, а вот нам спать совершенно не хотелось. Днем хоть и сидели рядом, особо поговорить не удалось – приходилось постоянно прерываться то на одно, то на другое. Выпивали понемногу и оба были, в общем-то, трезвыми. Потом, когда пошли гонять мяч и купаться, стало совсем не до беседы. И только сейчас настало время поговорить.

Достав из ранца припасенную бутылочку коньяка и подхватив на кухне немного закуски, мы пошли к реке. Сев на одну из поставленных на берегу лавочек, стали периодически прикладываться к принесенному с собой, продолжая начатый ранее разговор. Говорили в основном о девушках, об обстановке в городе и слухах о возможной войне. Оба были людьми военными и достаточно трезво оценивали происходящее вокруг. Слишком много циркулировало слухов в городе среди жителей о войне и скором приходе немцев. Сошлись на том, что это все неспроста и что-то будет. И, похоже, в ближайшее время. Не мог же я ему в открытую сказать, что через неделю начнется война! Я еще со своей головой дружу. Вот и сидели, играли в «мозговой штурм». Вопрос был еще интересен тем, что касался непосредственно нас и нашей службы. Сергей знал, чем я занимаюсь. А вот мне так и осталось непонятным, что, собственно, он делает у себя в части и какую должность занимает. Но уточнять я не стал. Зачем? Захочет, сам расскажет.

В ходе беседы я рассказал о возможных действиях немецкой стороны в случае конфликта или их провокации. Что одной из главных задач немцев будет захват неповрежденными мостов и железнодорожной станции для организации переброски войск и тяжелой техники на нашу сторону и дальше.

– Я это знаю. Мы для того и существуем. Чтобы этому помешать.

– То-то я смотрю у вас один взвод на два моста…

– Ты о Мише, что ли? Так они рядом. И одного взвода для охраны вполне хватает. Кроме того, мосты от границы находятся далеко.

– Далеко? Я бы так не сказал.

И я рассказал о том, как мосты можно захватить диверсионной группой, переодетой в нашу форму, и не допустить их уничтожения. Заодно поделился информацией Фаины Моисеевны.

– И какой из этого выход? – спросил Сергей.

– Усилить и ужесточить охрану. Другого выхода не вижу. И уничтожить их при первой же возможности.

– Это все так. Но вот сделать это вряд ли получится. Людей не хватает.

– У всех такое положение. Но согласись, что это надо сделать. И еще, помнишь, когда мы с тобой в ресторане были, рядом немцы сидели?

– Помню. По-моему, железнодорожники. И что?

– Так вот. Я их не очень хорошо понял, но они говорили про какие-то провода, что наши тянули к мосту через Буг. Слышно было не очень хорошо, но достаточно разборчиво. Это, случаем, не о вашей системе подрыва говорили?

– Кто его знает? – пожимая плечами, ответил Сергей. Видно было, что информация его заинтересовала. – Там, насколько я знаю, телефон в дот проводили, могли видеть.

– Прости, тут я тебе не помощник. Что слышал, то и сказал, а вот решать уже вашему командованию. Если ты это ему передашь.

– Передам, так, на всякий случай. А то вдруг что. Мы уже давно за ними смотрим. Эти «железнодорожники» от шпионов совсем не отличаются. Идет такой по перрону, а ногу словно на плацу ставит. Немцы они чистюли известные. Но все равно рабочего человека всегда видно, а у этих руки другие. Пальцы чистые. Да и выправка военная, словно лом проглотил. Даже и не прячут ее. Рабочие так не ходят, я-то уже присмотрелся к ним. Среди них тоже бывших хватает, но эти явно не из рабочих. И взгляд такой оценивающий. За информацию спасибо. Я командиру доложу, может, что придумает. Ты Ирину давно видел?

– Давно. Как с тобой были в ресторане, так больше и не встречал…

Так, разговаривая, мы допили коньяк и отправились спать. Утро оно, конечно, добрым бывает редко, но дело надо делать…