Оруженосец - Александр Войкин

– Как только враг остановится, нападайте. Они не смогут идти весь день, обязательно сделают пару привалов. Тогда-то вы и ужалите. Но не встревайте в затяжные схватки. Короткий наскок, и вновь отступление.

– Как мы узнаем, что пора возвращаться? – спросил кто-то.

Капитан усмехнулся.

– Отправим вам пташку с посланием. Но будьте готовы проследовать за врагом до столицы. С вами поедут лучшие посыльные, если начнутся какие-то приготовления, сразу передавайте весть через них.

На этом совещание закончилось, и я направился было к парням из отряда, но старик остановил меня.

– Вижу, вернули звание, – кивнул он на медальон на моей груди.

Я вежливо улыбнулся.

– Так и есть, сэр.

– Не стоит формальностей. Совсем недавно ты командовал нами, а теперь вновь всего лишь капрал, – насмешливо, но беззлобно заметил капитан.

Я пожал плечами.

– В жизни всякое бывает. Иногда от падения отделяет всего полшага. Но иногда сам подъем означает падение.

– Как это? – заинтересовался старик.

– Когда замахиваешься на кусок больше, чем можешь переварить. И в результате увязаешь в грехах, не в силах разорвать эту связь.

– Интересная мысль, – одобрил капитан. – Но мне кажется, тебе еще предстоит подъем. И ты точно сможешь его выдержать.

– Спасибо, – поблагодарил я.

Старик кивнул и, развернувшись, зашагал прочь. Похоже, на этом наш разговор закончился. Но чего он хотел этим добиться? Поддержать или проверить?

Парни в отряде оказались все из одной деревни, и даже из одной семьи. Они были братьями, самому младшему – шестнадцать, а старшему – двадцать один. Все разного возраста, кроме двоих близнецов.

Их имена оказались даже схожи: Кун, Чин, Ран, Вун и Ман. Кажется, их деревушка расположена на западе, почти на самой границе с Наитаном. Родители – простые фермеры, правда, из-за войны неплохо поднявшиеся на продаже зерна. Услышав о наборе в академию, парни решили попробовать свои силы, и, как ни странно, прошли все. Так они и остались дружным отрядом. Своего капрала потеряли в одной из недавних мелких стычек. Меня бывшие фермеры приняли хорошо и ничуть не косились на темную половину лица.

Вскоре мы покинули город и отправились по тракту на юг. Вражеская армия встретилась на пути через три с половиной дня, но мы заблаговременно услышали стук тысяч сапог и свернули в сторону, спрятавшись в лесу. Другие отряды рассеялись на местности, каждый выжидал момент.

Дождавшись, пока армия минует нас, мы выскочили из укрытия и помчались следом. Заметили они почти сразу, но быстро развернуться задним рядам южан не удалось, поэтому мы сумели прикончить десяток, прежде чем враги организовали более-менее грамотное сопротивление. Наведя шороху, мы скрылись в лесной чаще.

Последующие несколько дней летучие отряды неплохо покусали врага, налетали то тут, то там, убивали по десятку, а то и больше, а затем вновь скрывались из поля зрения. Правда, вскоре враг был настороже, и следующую волну диверсантов встретили стрелами. Некоторые погибли, но большинству удалось прикончить около десятка южан и опять-таки скрыться.

Мой отряд следовал за противником осторожно. После «того» случая я не хотел рисковать и поэтому не лез на рожон. Как только вражеская армия вставала лагерем, отдавал команду, и мы вылетали из укрытия, наскоком убивали, сколько получится, и вновь прятались.

На исходе третьего дня я заметил, что южане стали более нервными и теперь остро реагировали на каждый шорох, даже если это были всего лишь птицы на ветках.

Смешно, если только не думать, что подобное могут проделать и с тобой. Каково это: ежеминутно ожидать нападения? Наверняка очень и очень тяжело в психологическом плане. Правда, все равно не мог жалеть их по-настоящему. Ублюдки совершили слишком много злодеяний и сполна заслужили эту пытку.

Утром четвертого дня случилось неприятное: один из наших отрядов слишком увлекся «ковырянием» врага и увяз в пехоте. Только когда второй солдат упал на землю замертво, я решился.

– Вперед, парни! Поможем им!

– Может, не стоит? – возразил Ран, самый старший из братьев. – Их много, мы так же увязнем во вражеской пехоте. Нужно подкрепление!

Из зарослей напротив вылетел отряд, полностью состоявший из армейских солдат. Они с криками врезались во врага, во все стороны брызнула кровь.

– Вот тебе и подмога, – хмыкнул я. – Чего ждем? Вперед!

Лучники южан не стреляли, опасаясь, видимо, задеть своих, так что удалось подобраться к сражающимся без проблем. А вот дальше начались трудности.

Враг действовал слаженно и весьма грамотно: выстроившись в ряд из восьми человек, они закрылись наглухо щитами и ощетинились копьями, тем самым превратившись в непробиваемую стену. Так как мы были на конях, нам не представлялось возможным пробить хоть малейшую брешь, не повредив животных.

– Проклятье! – прорычал я. – Атакуйте их сбоку!

Но это также не принесло пользы. Задние ряды сместились, прикрывая передний, так что и здесь защиту было не пробить.

Я понял, что такими темпами мы лишь подпишем себе смертный приговор: основные силы вражеской армии уже были далеко впереди, а здесь осталось лишь около сотни, но все равно цифра слишком большая. Южане решили, что с нас хватит и этого? Как бы не так!

Я спрыгнул с коня и, взмахнув мечом, пробил щит ближайшего противника. Судя по хрусту и воплям, зацепил самого южанина. Щит опустился, и я с ходу вонзил клинок в шею врага, а затем ворвался в брешь.

Попытались атаковать с боков? Получайте! В левой руке оказался кинжал, и я начал орудовать им в обе стороны, пронзая незащищенные места на телах врагов. Кровь брызгала во все стороны, но эмоции привычно отключились. Когда научился такому? Кажется, после того, как погиб Фран. Но оно и к лучшему: могу сосредоточиться целиком на бое, не думая о том, что убиваю живых людей, у которых, возможно, остались на родине семьи.

Спустя пару минут вокруг меня образовалось пустое пространство, а на земле лежало около десятка тел. Враг был в замешательстве, и этим воспользовались братья. Они также спешились и влетели в круг, сгруппировавшись позади, прикрывая спину и бока.

На несколько ударов сердца мир вокруг замер. Я мог различить перекошенные яростью и страхом лица врагов и сосредоточенные лица союзников. Других летучих отрядов видно не было, кроме того, что присоединился к схватке в самом начале. Приходится вновь биться с превосходящим врагом.

Затем все пришло в движение. На меня налетели сразу трое. Одному я с ходу вонзил меч в стык между лицом и грудью, пронзив горло. Другой атаковал размашисто, надеясь разрубить меня напополам. Стоило лишь слегка отвести его клинок, чтобы он вонзился в бок третьего. Не нужно так размахивать оружием, парень, ты можешь навредить союзникам больше, чем врагам.