Красная планета. Звездный зверь - Роберт Хайнлайн

– Понятно.

Джон Томас посмотрел назад и увидел, что шоссе под виадуком с обеих сторон перекрыто щитами для подавления уличных беспорядков. Щиты были сделаны из тяжелых бронированных плит, которые установили на тракторы. При помощи такой техники можно в считаные минуты надежно перегородить любую улицу или площадь. Это было обычное полицейское снаряжение, введенное после мятежей девяносто первого года, но Джон Томас никогда не видел, чтобы оно применялось в Вествилле. До него стало понемногу доходить, что город не скоро забудет день, когда Ламмокс отправился погулять.

Хорошо еще Ламмокс был слишком напуган и ему в голову не пришло попробовать на вкус один из этих щитов. Значит, можно было надеяться, что его питомец весь день был слишком занят, чтобы слопать какую-нибудь железяку. Джон повернулся к Ламмоксу:

– Ладно уж, вытаскивай свою уродскую тушу из этой щели. Мы идем домой.

Ламмокс с радостью подчинился; виадук опять заходил ходуном.

– Сделай-ка мне седло.

Середина туловища у Ламмокса опустилась на пару футов. Подумав немного, из той части спины, где получилась впадина, он соорудил что-то напоминающее кресло.

– А теперь хватит топтаться, – приказал Джон Томас. – А не то все пальцы отдавишь.

Ламмокс замер, тело его слегка подрагивало; Джон вскарабкался ему на спину, цепляясь за складки непрошибаемой шкуры. Сейчас он был похож на раджу, собравшегося охотиться на тигров.

– Ну, все в порядке. Теперь не спеша вверх по дороге. Стой, куда! Развернись, тупая твоя башка. Я же сказал вверх, а не вниз.

Ламмокс развернулся и послушно поковылял по шоссе.

Дорогу перед ними освобождали от посторонних две патрульные машины; две другие двигались позади. С воздуха на безопасном расстоянии их прикрывал помидорно-красный вертолет шефа полиции Драйзера. Развалившись на своем сиденье, Джон Томас зря времени не терял: он сочинял две речи одновременно. Первая предназначалась для Ламмокса, а со второй он собирался выступить перед матерью. С речью номер один особых хлопот не было: он раз за разом возвращался к ней, придумывая эпитеты один краше другого, когда спотыкался в составлении другой.

Когда весь этот бродячий цирк был уже на полпути к дому Стюартов, вдруг непонятно откуда вынырнула фигурка с ранцевым вертолетом. Проявив полное безразличие к красной мигалке драйзеровской машины, летун спикировал прямо на огромного зверя. Джон Томас подумал, что он узнал бы Бетти по стилю пилотирования, даже не видя ее лица. Он не ошибся. Бетти отключила двигатель, и Джон поймал ее на лету.

Шеф Драйзер распахнул иллюминатор и высунулся наружу. Но не успел он как следует набрать обороты, как Бетти прервала поток его красноречия:

– Шеф Драйзер, не может быть! Я и не думала, что вы знаете такие слова!

Драйзер моментально замолк и стал всматриваться, кто это там, внизу:

– Это Бетти Соренсон?

– Я, кто же еще? Должна сказать вам, шеф, что от вас, столько лет преподававшего в воскресной школе, я никак не ожидала услышать такие слова! Если вы думаете, что это хороший пример для подражания, я…

– Юная леди, попридержите язык.

– Я?! Но ведь это же как раз вы…

– Цыц! На сегодня с меня хватит. Включай эту свою вертелку и мотай отсюда. Это официальное предложение. Давай-давай.

Бетти бросила на Джона Томаса взгляд, подмигнула и изобразила на своем лице ангельскую невинность:

– Шеф, но я же не могу.

– Как это не можешь?

– Горючее кончилось. Я сделала вынужденную посадку.

– Бетти, ты хоть бы соврала получше.

– Я? Вру? Да как вам не стыдно, Драйзер. А еще дьякон!^[39]

– Я тебе дам – дьякон. А если у тебя пустой бак, слезай с этой твари и топай домой пешком. Он опасен.

– Это Ламми-то опасен? Да он, если хотите знать, мухи не обидит. И потом, вы что, хотите, чтобы я пошла домой одна? По этому глухому проселку? Когда уже почти стемнело? Не ожидала от вас такого.

Драйзер собрался было ответить, не нашел от негодования слов и захлопнул иллюминатор. Бетти ловко выскользнула из ремней и устроилась рядом с Джоном; Ламмокс заранее расширил сиденье, не дожидаясь, пока попросят. Джон Томас повернул к ней лицо:

– Ну, привет, Молоток.

– Привет, Тупица.

– Не знал, что ты знакома с шефом.

– Я всех знаю. А теперь затихни. Можно подумать, мне нечем было больше заняться, кроме как бежать к вам на помощь, как только я услыхала об этом по радио. И дураку ясно, что таким двум умникам, как ты и Ламмокс, без меня из этой каши не выбраться, даже если думать будет в основном Ламми. Расскажи мне лучше все «ужасающие» подробности. Не надо от мамочки ничего скрывать.

– Уж больно ты стала умная.

– Не трать время на комплименты. Может статься, это наш единственный шанс поговорить с глазу на глаз, прежде чем они за тебя возьмутся как следует. Так что давай покороче и побыстрее.

– Ух! Да кем ты себя возомнила? Адвокатом?

– Я лучше любого адвоката, мой мозг не забит всеми этими плесневелыми прецедентами. Я могу подходить к делу творчески.

– Ну так значит… – По правде говоря, с появлением Бетти Джону стало как-то полегче. Теперь они с Ламмоксом не одни против всего мира. Он быстро рассказал Бетти, как все случилось, и она внимательно его выслушала.

– Кто-нибудь пострадал? – спросила она.

– Не думаю. Мне, во всяком случае, никто ничего не говорил.

– Они бы наверняка сказали. – Бетти выпрямилась на своем сиденье. – Ну, тогда нам не о чем и беспокоиться.

– Не о чем? Это когда он набил горшков на сотни, да что там сотни – на тысячи? Интересно, а что бы ты считала достаточной причиной для беспокойства?

– Если бы пострадали люди, – ответила Бетти. – Все остальное можно уладить. Может быть, мы объявим Ламмокса банкротом…

– Чего? Это еще что за глупость?

– Если ты считаешь, что это – глупость, значит ты никогда не был в суде.

– А ты была?

– Погоди, не сбивай с мысли. Так вот, опять же на жизнь Ламмокса было совершено покушение. С применением оружия.

– Так он же не пострадал, только маленький ожог.