Дороги Зоны. Герои поневоле - Дмитрий Заваров

– Сейчас начнем. Как только – сразу снимай. Понял?

– Есть.

– Остальные, слушай сюда, – Седой говорит отрывисто, будто сплевывает. – Работаем быстро. Слева направо, как сидим, каждый своего. Потом подрываемся – по шоссе. С дороги не сходить. На ней аномалий нет. Работать по моему выстрелу. Я сниму самого правого. Занимай позиции.

Солдаты быстро расползаются – кто в траву, кто за дерево. Седой с Волковым остаются у перехода. Сектанты уже метрах в двадцати – и полковник укладывает своего. Щелкают приглушенные выстрелы, неестественно громко хлопает СВД. Враги остаются лежать на дороге.

– Что у тебя? – спрашивает Седой снайпера.

– Есть.

– Те пятеро успели скрыться?

– Нет.

– Заметили?

– Заметили. Труп прямо им в ноги свалился.

– Твою мать! – полковник в сердцах сплевывает. – Возьмите «РПГ» кто-нибудь и пошли.

Отряд срывается с места, один из бойцов отбегает, забирает с трупа гранатомет, догоняет остальных. Темп резвый, Волков командует использовать тоник, протягивает бутылку Седому – у полковника нет такого, его не комплектовали на базе. Но у Седого и без этого с экипировкой нормально, один экзоскелет чего стоит, где только взял-то? Бойцы пьют на ходу. Деревья слева расступаются, открывается вид на парк с колесом обозрения и какими-то темными строениями на той стороне. От крыши одного из них отделяется светящаяся точка и быстро несется в сторону отряда. Нарастающий гул. Граната!

– Ложись! – орет Волков.

Граната влетает в стену над дорогой, разрыв откалывает кусок стеновой плиты, по дороге стучат осколки. Захарченко вскидывает винтовку. Выстрел.

– Есть! – радостно кричит боец.

– Бегом! – командует Седой.

Сзади короткие очереди – стреляют из-под автобуса. Кто-то из бойцов ювелирно кладет под автобус заряд подствольника. Грохот, звон стекла. Отряд бежит дальше. Со стороны парка тоже стреляют, но издалека, неприцельно.

– Я вот думаю, как обратно? – интересуется Волков.

– Блин, мне больше интересно – как туда? – сопит Седой.

– Не передумают твои? Пришлют «вертушки»?

– А ты думаешь, кому-то охота за провал операции отвечать? Нам главное до Станции добраться. Тогда им деваться некуда. Сделают вид, что все было по плану.

Периодически дорогу перегораживает ржавая техника: легковушки, пожарные машины, даже БТР с задранным в небо стволом. Внутри броневика что-то светится. Любопытно, но не настолько, чтобы останавливаться. Выстрелы прекратились, судя по всему, временно: эта публика так просто не отстает.

Вот и конец дороги. Забор. Слева – ступеньки на террасу перед стадионом. Там дальше, у импровизированной баррикады из стволов деревьев и мешков с песком, горит еще один костер. Любят в «Секте» костры. У этого костра – тоже никого. Седой снова водит биноклем по сторонам.

– Здесь они, гады, – подзадоривает его Волков. – Ищи!

Бойцы озираются, подсознательно пригибаясь к земле. Откуда ждать нападения? Дома с бойницами окон – в каждом может спрятаться целая рота. Седой командует двигаться. Крадутся вдоль забора. За забором – стадион, в просветах между постройками видно футбольное поле со светящимися проплешинами аномалий. Вот и дырка в заборе, они наверняка прошли здесь. Седой ныряет в отверстие, за ним остальные. Волков – замыкающим. Напоследок оглядывается: возле костра стоит человек в плаще и смотрит прямо на него. Генерал вскидывает автомат, но человек даже не реагирует. И Волков почему-то решает не стрелять. Пару секунд он разглядывает непонятно кого, потом скрывается в проломе.