Здравствуй, брат, умри - Макс Острогин

— Что осторожно?

Хитч указал пальцем.

За штурвалом сидел человек. Спиной к нам. Лопатки как-то выворочены кверху, а голова, наоборот, глубоко втянута в плечи.

— Кто это? — спросил я.

— Не знаю… Подержи его на фризере, я… я посмотрю.

— Может, это… — Я указал на спину. — Приморозим его немножечко?

— Нет… Надо с ним поговорить… Остальные куда-то ведь делись… Целься лучше.

Хитч стал медленно, шажками, приступать к человеку. Я целился. Хитч перекрыл пространство, теперь, если надо будет стрелять, придется ему в спину стрелять. Ничего, потом разморозим. Видимо, Хитч тоже это понял и сместился вправо.

— Эй! — Он положил руку на плечо человека. — Ты кто?

Человек не пошевелился.

— Ты кто?

Человек молчал.

Тогда Хитч сунул руку за шиворот этому человеку, пошарил и выдернул желтый жетон. Стал его рассматривать. В танке было темно, полусумрачно, свет отражался только от стекол маски Хитча. Он поймал этот зайчик и прочитал жетон.

— Хопер, — сказал он, — ты знаешь такого?

Я помотал головой, Хопера я не знал. У нас на Меркурии, как в ранешней Исландии, — фамилий нет, только имена. Народа мало, так что на всех имен хватает. Но Хопера я не знал.

— Я тоже не знаю…

— Спроси его, — предложил я.

— Бесполезно, — махнул рукой Хитч. — Я уже спрашивал. Молчит… Наверное, кататония…

— Может, это… Что-нибудь ему вколоть?

— Бесполезно, в полевых условиях я не могу ничего сделать… Надо его вытащить. Убери оружие, он безопасен… кажется…

Я опустил фризер. Подошел к креслу пилота. — Берем за руки, — сказал Хитч. — И к дыре.

— Лучше в шлюз, так удобнее будет.

Хитч согласился. Мы подхватили этого Хопера под мышки и…

Вырвать его из кресла не удалось, человек сидел, вцепившись в рукоятки управления, мы дергали, дергали, добыть Хопера не получалось. Тогда Хитч вытянул нож и осторожно, стараясь не поранить, отогнул пальцы. Я слышал, пальцы словно ломались, отгибались с хрумкающим звуком. Хорошо хоть этот Хопер обратно пальцы не загибал, так они у него отогнутными и оставались. Мы отцепили его от штурвала, вытащили из кресла. Человек был тяжелым. Впрочем, это от скелета, все демпферы и гидроусилители спущены, и Хопер болтался сам по себе. А может, воды перепил, вода в организме — она тяжелая…

Мы вставили Хопера в шлюзовую камеру и запустили вверх. Камера пошла легко, выдавила Хопера на воздух, он скатился на землю, брякая шарнирами скелета. За ним выбрались и мы.

Странная штука произошла — Хопер опять сидел. Возле гусеницы. Он должен был лежать, а он сидел. Аккуратно так, словно посадил кто.

— Как это? — спросил я.

Хитч не ответил.

— А где все остальные? В экипаже должно быть четыре человека, трое еще куда делись?

Хитч поглядел на танк.

— Ты думаешь… Ты думаешь, что это… ну, там внутри… Кровь?

— Может, и масло…

Хопер вдруг оказался на ногах. Не вскочил, не поднялся, а просто оказался, раз — и уже стоит перед нами. Это так неожиданно вышло, что я даже назад шагнул.

— Ты что, очухался? — Хитч протянул к Хоперу руку.

Но тот мощно толкнул Хитча в грудь. Хитч упал, брякнул. Хопер побежал.

— Хватай его! — заорал Хитч.

Ни к чему хватать было — Хопер бежал прямо. То есть совсем прямо, не сворачивая. Он несся прямо на дом, на секунду я подумал, что Хопер хочет запрыгнуть в окно, однако все получилось не так. Со всего маху, не останавливаясь, человек ударился о стену, упал и не поднялся.

— Идиот! — крикнул Хитч, и я не понял, кому он это.

Мы поспешили к Хоперу. Он лежал под стеной. Хихикал. И как-то странно шевелил руками, как кого-то обнять пытался.

— Кто это? — спросили за спиной.

Я дернулся, резко обернулся, чуть не выстрелил. Бугер. Заспанный. В руках эта синяя рыбина дельфин. Матерчатая, с кривыми глазами.

— Дурак ты, Бугер, — сказал я. — Я бы тебя сейчас…

— Кто это? — спросил уже Джи.

Проснулись, пришли.

— Хопер, — ответил Хитч. — Так его зовут.

— И что с ним? — спросил Бугер.

— Что-что, свихнулся, — ответил Хитч. — Такое случается. Особенно с первоходами… Я вас предупреждал. Я вам говорил, что надо себя правильно вести…

— Это не первоход, — сказал Джи.

И указал пальцем на рукав. На рукаве Хопера красовалась двойка. Второй рейд. Этот человек был уже во втором своем рейде, он не являлся новичком.

— Второй рейд еще опасней первого, — задумчиво сказал Хитч. — Многие начинают думать. А лучше думать поменьше, побольше исполнять приказы. Тогда вернешься живой…

— Что тут произошло? — Бугер присел рядом с Хопером.

— Откуда я знаю! — нервно хрюкнул Хитч. — Утром вышел подышать, смотрю — танк стоит…

Хопер вдруг что-то прошептал.

— Что это? — спросил Бугер. — Он что-то сказал…

— Ничего он не сказал. — Хитч пнул Хопера. — У него просто судорога…

— Нет, он сказал, — упрямо заявил Бугер. — Он что-то сказал!

Бугер потряс своим дельфином.

— Они… — сказал Хопер уже громче. — Они… Были… Чужие…

Он засмеялся.

— Какие чужие?! — почти выкрикнул Бугер.

Хопер смеялся и никак не мог остановиться. Хохотал, хихикал, всхлипывал, а лицо его при этом совсем не менялось, и глаза тоже мертвые были, гладкие.

Мне вдруг захотелось домой. Очень. Домой, в бокс, в свою маленькую тесную комнату, к своим маленьким вещам, к запаху железа…

Рейд — самая прекрасная вещь, с этим трудно спорить. Но сейчас мне было страшно. Уже по-настоящему. Я чувствовал, что мы посторонние. Посторонние здесь. Люди ушли с планеты, и их место заняли они.

Чужие.

Здесь. Может быть, они действительно где-то здесь…

— Хватит, — мягко сказал Хитч. — Хопер, хватит смеяться.

Но Хопер не слышал.

— Хватит, — сказал Хитч уже серьезно.

Хопер засмеялся громче.

— Он не может остановиться…

— С ним надо поговорить…

— Эй! — крикнул Хитч. — Очнись!

Хитч, не размахиваясь, хлопнул Хопера по лицу. Потом еще раз. И еще. Только бесполезно все, Хопер смеялся.

— Он не остановится, — прошептал Джи. — Надо…

— Он остановится!

И Хитч ударил кулаком. В нос.