Возвращение «Пионера» - Шамиль Идиатуллин

– Сука, – сказал Иван, покачивая в руке телефон. – И не пробьешь же сразу кто, откуда.

Он в бессильной ярости оглядел задымленный коридор, по которому сотрудники волокли обратно в оружейку и по сейфам только что с таким трудом спасенные стволы, боеприпасы и документы, натыкаясь на покидающих здание саперов и пожарных. Возле туалета собирали воду с пола срочно вызванные уборщицы. Надеяться на немедленную или хотя бы скорую проверку номера в этих условиях не приходилось.

Время неудержимо утекало, сворачивалось и делалось негодным.

Диверсия оказалась мелким хулиганством, наглым и вонючим, но не особо опасным. В туалете на втором этаже сработало безоболочное взрывное устройство, громкое, но не слишком мощное, – стены дрогнули, и бачок унитаза раскололся, вот и весь прямой ущерб зданию. Добавим к этому пробитые шины всех автомобилей, припаркованных на площади перед управлением: четырех служебных плюс двух личных внедорожников руководителей отдела «Э» и отдела собственной безопасности. Хорошо, в общем, что Иван сегодня на казенной до работы ехал. Косвенный ущерб можно будет определить, когда соберут воду и отмоют стены, изгаженные дымовушками, которые кто-то подкинул в урны.

Понятно уж кто. Ушлая девка, которая все это время притворялась зашуганной ботанкой, а сама собрала или раздобыла где-то уйму бомбочек и самовоспламеняющихся дымовух, рассовала их по всему управлению и заставила идиота Андрея собственноручно привести первую из бомбочек в действие. Закладкой поражающих устройств Загуменова, если это ее настоящая фамилия, явно занималась на глазах у другой идиотки – Ольги, которая конвоировала девку до сортира, ничего не заметила и даже сейчас, после пятой попытки отмыться от дряни, поднявшейся в облаке персональной дымовушки, не могла толком рассказать о том, как эти сволочи успели сговориться, когда они проткнули колеса всему наличному автопарку УВД и, главное, кто увез юных мерзавцев от управления.

«Вроде салфетку в урну бросила», «у машин никто вроде не присаживался», «вроде каршеринг, марку не разглядела», «вроде не говорили ни о чем», капитан полиции, тьфу на нее.

Иван натурально плюнул, ухватил за шеврон пробегавшего мимо Тимофея, юного эксперта техотдела, отобрал у него и аккуратно поставил к стенке какую-то сложную хрень, которую тот волок, и сказал:

– Потом отнесешь. Пошли камеры смотреть.

– Так отключено пока все, и электрика, и серверная, – напомнил Тимофей профессиональным тоном айтишника, утомленного тупостью чайников.

– Включишь, – сказал Иван.

Тимофей сумел завести все свои шарманки в пять минут, и еще полчаса они просматривали видеозаписи уличных и дворовых камер, в пятый и шестой раз отвлекались на ложный след, убеждались, что из очередной каршеринговой тачки выходит один пассажир или семейная пара, и хватались за следующую машину, попавшую под объектив рядом с УВД во время ЧП плюс-минус пять минут. Камеры на площади перед УВД перекрыла дымовая завеса, а соседние злоумышленник как-то умудрился объехать.

Время терялось безнадежно.

– Парковки посмотрим? – предложил Тимофей.

– Давай, – сказал Иван, мельком проверяя время на телефоне, зацепился взглядом за список звонков и добавил: – С офисов Борзыха начни. Тут же рядышком, правильно?

Вот чего эта стерва Арина звонила, а? Ни с того ни с сего, пустой разговор, начала ерундой и оборвала на полуслове. Отвлекала? Знала то есть, когда и от чего надо отвлекать? Все дороги в Южинске к Борзыху ведут? Проверим.

Тимофей подтвердил:

– Ну да, «Созвездие» и «Салют», он там как раз весь свой парк держит.

Через пять невыносимых минут Иван ткнул в экран и сказал:

– Вот они.

На подземную парковку «Салюта» въехала, обогнув пустой микроавтобус, недорогая каршеринговая иномарка. Стекла ее бликовали на солнце, а потом сразу глухо перекрылись черной тенью, так что ни водителя, ни пассажиров видно не было. Но Иван почему-то не сомневался, что в машине притаилась его удалая троица с неизвестным водителем. Пока неизвестным, зато легко определяемым, слава автоматизированным мобильным приложениям и авторизации сканами паспортов. Но Ивану нужно было не определить, а схватить гаденыша – как, впрочем, и остальных, мать их, космонавтов.