Файролл. Квадратура круга. Том 2 - Андрей Васильев

– Мюрат? – я почесал затылок – Да ладно!

– Хоть ладно, хоть ровно – но удалил, – Костик положил планшет на гладкую кожу дивана, снял очки и начал их протирать растянутым донельзя рукавом серого свитера – Причём как-то странно.

– Сейчас стукну, – мне стало как-то не по себе. – Говори по-людски, а? Без этих твоих…

– Понимаешь, это больше всего похоже на программное удаление, – подбирая слова, произнёс Костик. – Словно система сама его стёрла из игры. Навсегда. Мы иногда, за особо серьёзные косяки, удаляем аккаунты игроков, вот тут логи почти один в один. С одной только разницей – команды на удаление не было. Не поступала она.

– Блин, блин, блин, – я сел рядом с ним. – Кость, знаю, что прозвучит по бредовому, но скажи мне – у вас ведь есть личные данные этого игрока? Ну, там телефон, что-то ещё?

– В самом деле – бред какой-то, – согласился со мной программист. – Киф, уловил твою мысль. Знаешь, игры-убийцы есть только в кино, в жизни их не бывает. К тому же я всё уже проверил, потому что с мозгами у меня, похоже, как и у тебя, тоже не всё слава богу. Зафиксирован выход из игровой капсулы, за которой ранее был закреплён аккаунт «Мюрат», а ещё через двадцать минут зафиксирован новый вход в игру с неё же. С новым аккаунтом, никнейм «Бертье».

Точно он. Интересно, с чего это его так растопырило на маршалов Наполеона? Увижу – непременно спрошу. Если увижу, разумеется.

Зато решилась проблема слива информации. Кто поверит новичку, пусть даже он орёт вовсю, что в прошлом являлся высокоуровневым игроком? Да если и поверят, то репутация Мюрата настолько подмочена, что шансов на хороший куш у него просто нет.

Но как же он теперь на меня зол! Страшно представить!

Зато – месть удалась. Даже лучше, чем я задумывал изначально. Вот только на Дорогу между Дорог я больше не сунусь ни за какие коврижки, слишком уж много странного и непонятного вокруг неё накручено.

Костик, несомненно, думал приблизительно о том же. В смысле – о Дороге между Дорог.

– Интересное место, – бормотал он, не обращая внимания на то, что я его почти не слушаю. – Вроде бы мы до винтика его разобрали, но что-то упустили. Что-то очень важное. Самое важное!

– Ты чего тут сидишь? – заинтересовался я – Чего не у себя?

– Там шумно, – пояснил программист. – А тут – тихо.

– Действительно? – я обвёл взглядом помещение, по которому то и дело пробегали сотрудники, перебрасываясь на ходу фразами, где щебетали девушки на ресепшн и с мелодичным бряканьем то и дело открывались кабины лифтов. – В жизни бы не подумал.

– К нам сходи да посмотри, что там творится, – посоветовал Костик. – Поверь, здесь – тихо.

– Слушай, а народ вообще в курсе, что рабочий день иногда заканчивается? – задал я ему внезапно пришедший в мою голову вопрос. – На дворе давно вечер, а они всё с бумажками носятся. Ладно ваш брат системщик, вы существуете в своём личном микромире, но остальные-то?

– Как потопаешь, так и полопаешь, – неожиданно живо отреагировал программист. – Всё, теперь можно и к себе возвращаться. Есть у меня одна идейка!

И он, хлопнув меня по плечу, шустро побежал в направлении ближайшего лифта.

– Ну-ну, – только и осталось сказать мне ему в спину – Беги, малыш! Считаю до трёх.

– Вон он, – донеслось до меня, и я увидел небывалое. Я впервые узрел хоть какие-то эмоции на лице господина Ватутина, коего приставили ко мне охранником. – Нашлась пропажа!

– Она и не терялась, – с достоинством возразил я, отлично осознавая, что на этот раз за мной вины нет никакой совершенно. – Все вопросы к Азову и сами знаете кому. Один меня пинками за дверь вышиб, не дав даже причесаться, не говоря уж о чём другом, второй высадил там, где счёл нужным, в данном случае – у Шереметьево. Так что да, добирался долго, потому что на своих двоих. Такси не стал брать из соображений безопасности. Никто никогда не знает, куда тебя завезёт случайно пойманная машина!

– Красиво, витиевато, но неубедительно, – Ватутин, несомненно, был очень зол. – Позвонить-то можно было?

– Как? – я повертел руками в воздухе. – Смартфон тоже дома остался, о чём вы, сдаётся мне, в курсе. Ну, а просить у кого-то трубку, подобно безденежному юноше, мне принципы запрещают. И самолюбие.

Ватутин промолчал.

– Домой пойду, – сообщил я ему примирительно. – Вика небось тоже меня потеряла. И завтра жду вас с утра, в редакцию поедем. Время от времени надо всё же там показываться, а то некрасиво получается – народ работает, а начальство где-то шляется. Хоть для нашей страны это где-то и норма вещей, совесть всё же иметь надо.

– Буду, – коротко ответил охранник, доставая из кармана телефон. – Спокойной ночи.

С последней, увы, не сложилось. Ближе к полуночи, когда Вика уже вовсю сопела носом, уткнувшись мне под мышку, и я сам потихоньку начинал терять связь с реальностью, на дверь нашего обиталища обрушились удары. Сильные такие. Похоже, в неё колотили ногами.

– Что такое? – вскинулась моя сожительница, хлопая глазами. – Киф, это чего?

– Погром? – неуверенно предположил я. – У тебя в роду евреев не было?

– Вроде нет, – ошалело помотала головой Вика. – А у тебя?

– Открывай! – донесся до нас крик Валяева. – Киф, открывай давай! Я мириться пришёл.

Ну, а кто ещё это мог быть? Тут даже гадать не нужно.

– Это Никита, – выдохнула девушка и вытерла со лба выступивший на нём пот. – Вот гад! Напугал!

– Ещё ничего не кончилось, можешь бояться дальше, – успокоил я её. – Вот-вот дверь падёт, и он ворвётся сюда. Судя по его голосу, пьян он до изумления, так что ты прикрыла бы свои прелести. Кто знает, что ему взбредёт в голову и как именно он захочет со мной мириться? Может, круговую чашу распить, а может, и…