Детская книга - Борис Акунин

– С ними по-другому нельзя, – виновато объяснил Юрка. – Еслипо-вежливому – слушаться не будут. Как я в царевичи попал? – Он засмеялся. –Это вобще атас. Рубрика «Нарочно не придумаешь». Кино «Фанфан-Тюльпан». Был я вгородке Брачине, два года назад. Ну и заболел, сильно. Воспаление легких.Температура, всё плывет. Лежу без памяти, монахи за меня молятся, компрессы налоб ставят. И один из них, когда рубаху мне менял, углядел на моей грудиродинку, красную, она у меня всегда была. А около носа у меня (вон, видишь?)тоже фиговина, с рождения. Плюс к тому бредил я, словеса какие-то, монахамнепонятные говорил – наверно, из 20 века. А чернец, который мне рубаху менял,слыхал когда-то, что у царевича Дмитрия, которого в Угличе то ли убили, то ли неубили, такие же приметы. Побежал к отцу игумену: так, мол, и так, уж не царевичли это, который от убийц спасся? И знаки на теле, и говорит чудно. Игумен пошелк магнату – ну, это главный феодал – князю Вишневецкому. А тому лестно: у негово владениях беглый московский принц. Ну и пошло-поехало. Я сначала-тоотпирался, а потом сообразил: ёлки, это ж фортуна сама в руки идет. Мне,Эраська, к тому времени здешняя отсталость вот где встала. А чего, думаю? Станурусским царем. Как говорится, возьму власть в свои руки. И наведу в ихнемсредневековье порядок. Как у братьев Стругацких в «Трудно быть богом» – вот этокнижка! Не читал? А еще шестиклассник. У нас в пятом «Б», и то все прочли. Тампро одного благородного рыцаря, который только прикидывается, будто он такойже, как все, а на самом деле он типа пришелец из космоса, – с увлеченимпринялся пересказывать содержание книги Отрепьев, и Ластик был вынужден егоперебить.

– Юр, ты лучше про себя рассказывай. Царевич из 5 «Б» махнулрукой.

– Да чего там. Дальше быстро пошло. Польский король меняпринял, как родного. У Жигмонта свой интерес, хочет русской земли оттяпать.Римский папа тоже рад стараться. Я ему обещал Русь в католическую веруобратить.

– И ты согласился? – ахнул Ластик.

– Да какая на фиг разница? – удивился Юрка. – Что одни попы,что другие. Бога-то все равно нету. Ну а насчет русской земли, – тут он понизилголос и оглянулся на полог, – это Жигмонту шиш с маслом.

– Так ведь он тебе войско дал.

– Как же, даст он. Такой лис хитрющий, яко Сатанапрелукавый. Это сандомирский воевода Мнишек набрал мне тысячу шляхтичей ивсякой шпаны. Не задарма, конечно. Мнишку я обещал Новгород отдать, Псков,городков разных, и золота много. Золота дам, а без городов как-нибудь перетопчется.

– И ты пошел с одной тысячей солдат Москву завоевывать? –поразился Ластик.

– Ну да, – беспечно пожал плечами Юрка. – Казаки с Запорожьяподгребли, они с Москвой всегда на ножах – войско побольше стало. И потом,знаешь, как Суворов говорил: «не числом, а умением». У нас во Дворце пионеровкружок «Юный техник». Я там много чему научился.

На войне пригодилось. Например, когда острог Монастыревскийосадным сидением брал. Стены там деревянные, но крепкие и высокие, мои героипобоялись на штурм идти. А сушь быстъ велика, жарынь. Я двумя большимизеркалами солнечные лучи поймал, зажег верхушку башни. Стрельцы и сдались, сперепугу. Или под Рыльском-городом, когда на меня тот козел бородатый, князьМстиславский с пятьюдесятью тыщами войска попер. Думал, затопчут к чертовойматери. Так я знаешь что придумал? – Юрка улыбнулся во все зубы. – Смастерилбольшой планер на резиномоторе, только вместо резинки жил бычачьих накрутил.Прикрепил к хвосту дымовую шашку, поджег и пустил лететь на царское войско. Ну,они и драпанули.

– Про это я слышал, – кивнул Ластик, вспомнив рассказбоярина Мстиславского про огненную птицу.

– Темные они тут, – вздохнул Отрепьев. – Дикие совсем. Иполяки-то как скоты живут, про наших же и вовсе говорить нечего. А что лютуютдруг над другом, что кровопивствуют! Аки аспиды зло-жалъные! И всё ведь отнищеты, от невежества, от того, что злоба кругом. Они, дураки, знать не знают,что можно жить по-другому. Так этих уродов жалко – мочи нет. Ты, Эраська,пойми, я же тимуровским отрядом командовал, у нас девиз был: «Слабому помогай,товарища выручай».

– Чем ты командовал? – не понял Ластик.

– Тимуровским отрядом. Ну как у Гайдара, «Тимур и егокоманда». Там, инвалидам помогать, бабулям одиноким и всё такое… У вас что,тимуровцев нет? – ужасно удивился он и вдруг спохватился. – Да что всё я, да я,и про неинтересное. Ты мне про 21 век расскажи. Как оно там у вас?Коммунистическое общество должны были к 80-му году построить. Здорово, поди,живется при коммунизме? – Голубые глаза царевича завистливо блеснули. –Монорельсовые дороги, дома в сто этажей, в магазинах всего навалом и всёбесплатно, да? Катайся по всему миру, хоть в Африку, хоть в Океанию – кудахочешь. Счастливый ты.

– Монорельсовые дороги есть, только мало, – сталотчитываться Ластик. – В магазинах всего навалом, но не бесплатно. По мирукататься тоже без проблем – если, конечно, деньги есть.

– Так деньги не отменили? – расстроился Юрка. – Жалко. Ну ана Луну мы слетали?

– Да, давно еще. Американцы.

– Как американцы? Эх, черт! Хотя там, в Америке, наверно ужене капитализм?

– Капитализм. И у нас тоже капитализм.

Ластик, как умел, рассказал царевичу Дмитрию про конецдвадцатого века и начало двадцать первого.

Тот слушал и мрачнел. А потом как стукнет кулаком по земле:

– Эх, меня не было! Если б я тогда сдуру в склеп не полез иостался в своем времени, я бы нипочем такого не допустил.

Он встал, сел к столу, уронил голову на скрещенные руки – вобщем, жутко распереживался.

Ластик подошел, не зная, чем его утешить.

Но утешать бывшего пионера не пришлось – через пару минут онраспрямился, махнул рукой.

– Ладно, чего теперь. Мы с тобой тут, а не там. Знаешь, чегоя придумал? – Юрка оживился. - Я вот скоро царем стану – фактически уже стал,так?

– Ну.