Сталкер от бога. Дороже жизни - Дмитрий Луценко

Для наблюдения за главным корпусом и подходами к нему, товарищи смастерили ночью нечто вроде «адыгейского домика»: извлекли на брезент и вынесли грунт; над полученной ямкой длинные прутья согнули в дугу и воткнули в землю по типу арки, а ещё тремя продольно скрепили их между собой, связав соединения шнуром. Этот каркас накрыли плащ-палаткой и обложили поверх дёрном и травой, замаскировав также окно-амбразуру и вход. Работали нервно, ежеминутно оглядываясь и прислушиваясь, готовые замереть, если взлетит осветительная ракета. Но старания оправдали себя, укрытие получилось что надо — при дневном свете, чтобы заподозрить неладное, охране потребуется подойти впритык. Создав условия для сбора необходимой информации под носом у врага, принялись попеременно фиксировать всё происходящее: численность и количество патрулей, время обхода, расположение постов и снайперов, регламент их смены (всё-таки при выдвижении на позиции, по части скрытности дисциплина у монолитовцев прихрамывала). Пока один из товарищей бодрствовал, другой отсыпался. Через пару часов, сообщив напарнику о замеченном, менялись, чтобы глаз «не замыливался». К концу дня, благодаря тщательным зарисовкам и описаниям в отчётной схеме разведки, собранные воедино фрагменты мозаики позволили получить подробную картину организации внешней обороны фанатиков, что в свою очередь давало возможность заранее вычислить её слабые места. С наступлением вечера пришла пора определиться с дальнейшими действиями.

— Как будем заходить, Сергеич? И стоит ли? Фанатиков тут не меньше роты.

— Если мы собираемся попасть к ЧАЭС, то Выжигатель надо вырубать обязательно. Конечно, в прошлый раз их здесь вдвое меньше, человек пятьдесят окопалось, но и я тогда лез на рожон в одиночку, как и что внутри центра управления — так вообще не представлял. Сейчас в этом смысле проще, надо только толпу в точке входа пожиже сделать, для чего создадим шум, гам и суету. В идеале, у них должно сложится впечатление нападения с нескольких сторон, чтобы они часть сил на другой конец города перебросили.

— Замысел хороший, да как его реализовать? Если бы имелся запас пластида, я бы подорвал пару зданий, чтобы они сложились на манер карточных домиков.

— Думаю, достаточно сначала взять в ножи по-тихому немногочисленные посты на восточной окраине, а потом отработать здесь по проверенной схеме. Ты спрячешься в лесу и будешь бить из своего шумного ствола одиночными, метров с 500–600, а я стану в такт тебе постукивать с нашей лёжки у них под носом из ВАЛа. На твоём фоне меня точно не услышат, пусть подивятся мастерству снайпера.

— Что после этого? Твоим прошлым маршрутом можем воспользоваться? Как ты вообще тогда в центр управления попал?

— Я проник через железнодорожный подъезд, предназначенный для доставки грузов, да только нет больше этой лазейки — сектанты хоть и запоздало, но выполнили работу над ошибками и завалили её взрывом. Так что в этот раз придется идти другим путём.

— Надеюсь, не через центральный вход?

— Нет. Есть у меня задумка, из которой может полноценный план «Б» получиться. Я в один из визитов на Росток, копаясь в интернете, нашёл старые снимки Зоны отчуждения с космического спутника — так там в нескольких десятках метров от главного коммуникационного центра красуется бетонный прямоугольник, из которого смотрят в небо три замерших трёхлопастных вентилятора диаметром метра по четыре каждый.

— Чтобы гонять воздух по этому подземелью, именно такие монстры и нужны. Проблема в том, что сейчас они точно крутятся.

— Это не беда. Ломать дорогостоящее промышленное оборудование — в последние годы практически моя вторая специальность.

— Напомню, что с взрывчаткой у нас проблемы и радиодетонаторы Сидоровича присобачить не к чему.

— Есть и другое решение. Ты видел в перелеске рядом с подстанцией колею пробитую колёсами в грунте на полметра?

— Конечно, там же ноги переломать можно.

— Наверняка там какая-то техника в давние времена сломалась и её армейским тягачом вытаскивали. От этого и рытвины там, и оборванный стальной трос тоже. У него и петля имеется — если через неё второй конец продеть, закрепив вокруг любой надёжной опоры рядом с вентиляторами, то достаточно потом привязать к нему верёвку и нахлестнуть на вращающиеся лопасти. Сначала её намотает, а затем и трос. Он тонкий и гибкий, проблем не будет. Так что как только вентилятор свободную длину нашей связки выберет — встанет на полном скаку, как вкопанный. Быстро спустимся вниз, и даже если сектанты оперативно разберутся, что происходит, шансов угадать, через какую дырку мы вылезем из коммуникаций, у них мизер, а значит, толком помешать нам они не смогут.

— Звучит обнадёживающе, дело за малым — всё это провернуть с первого дубля. Мне ещё вот какая мысль на этой почве в голову пришла: надо бы связаться с генералом Ворониным и попросить, чтобы он по своим каналам уговорил военных нанести удар по Выжигателю, когда здешняя глушилка отрубится. Зачистить это гнездо раз и навсегда. Что скажешь?

— Ты настолько оптимист? На применение в Зоне артиллерии и авиации наложен строжайший запрет. Если в штабе до сего дня через него ни разу не перешагнули, боясь погоны потерять, то сейчас с какого перепугу они передумают? Что изменилось? Вертолётов силы изоляции ещё при Штурме вагон и маленькую тележку потеряли, поди, охладели с тех пор, внутри периметра куда-либо летать, кроме проторенных маршрутов между базами.

— Вот как раз с последней стычки у них за своих погибших товарищей злости накопилось. Ты главное сделай акцент, что здесь куча боевиков без прикрытия, пусть и генералы на это упирают, когда их мордой по столам вышестоящего начальства возить начнут. Скажи, за излучение могут не беспокоиться.

— Попробую, хотя сам не верю. Ведь даже не напрямую разговор будет.