Вирус Зоны. Обратная реакция - Вадим Михейкин

Модуль деактивации – инициализирован

Идет проверка данных…

Обратный процесс субстанции «кротовая нора» – запускается

Статус – 90 процентов завершено

– Олег, ты не думаешь, что этот бандит прав? – Напарник дернул его за рукав. – Что вся наша работа проделана зря? Придут другие, и все начнется снова?

– Не начнется, – невозмутимо сказал Олег, продолжая махинации над компьютером. – Все имеющиеся сведения о «кротовой норе» хранятся здесь, на сервере. Я сотру их…

Позади него клацнул затвор автомата. В следующую секунду раздался выстрел. Пуля угодила в живот развернувшегося Олега, и он с воплем рухнул на пол, схватившись за рану. Его напарник не успел среагировать, и длинная автоматная очередь скосила его, отбросив беднягу в темный угол. На свет вышел Державин.

– Еще чего?! Думаете, я позволю вам вот так просто стереть все данные из военного объекта?

Чистильщик с трудом стянул с себя простреленный бронежилет и отбросил его в сторону. Тяжело шагая, он подступил к главному процессору и подключил к нему флешку.

Олег корчился на полу в позе эмбриона, зажмурившись от боли, тихо стонал и терял силы. Сознание отказывалось верить в происходящее, и он открыл глаза.

– «Штабист» прав, «нора» еще нужна начальству. Слишком много сливок может ускользнуть. Этого я не допущу, – невозмутимо сообщил военный. – Неважно, за кем будущее Зоны: за Консулом или за Главным. Оба хороши. И оба мне щедро заплатят, если я эту штуку в Управление доставлю. Прикинь, сколько может стоить инфа о перезапуске Новой Зоны, а? Да одним этим аргументом можно целые народы на колени ставить. Сверхоружие нового поколения.

– То есть… вот так просто… ты ослушаешься приказа и… и продашься, как шлюха? – Олег попытался приподняться, но получалось плохо.

– Чего ради ослушаюсь? Как раз наоборот. Были у меня кое-какие рекомендации от начальства. – Чистильщик подмигнул.

– Ублюдок, – сквозь зубы прохрипел Олег.

– Все мы хищники и конченые уроды, – спокойно сказал Державин, спрятав флешку в карман, – приятно было пообщаться, а теперь…

Позади него раздались выстрелы и топот ног. Военный встрепенулся, повернулся к двери, его рука легла на кобуру с пистолетом.

От грохота выстрелов Размышляев чуть не оглох. Перед тем как снова зажмуриться, краем глаза успел заметить, как Державин содрогается от разящих его пуль и падает на симулятор.

В сторону Олега нацелился слепящий луч фонаря, затем на чистильщика и снова на ученого:

– Все закончилось. Вы успели?

«Кто это?» – Олег готов был поклясться, что слышал этот голос раньше. Говорить не было сил, и он лишь утвердительно замычал.

– Это хорошо. Мы близко к эпицентру, лучше нам отсюда уходить. Олег, – фигура незнакомца подступила к ученому, обретая знакомые черты лица. Подоспевший человек вызволил из рюкзака армейский медицинский препарат. Игла впилась в плечо Олега, и боль резко стала затихать. Пришелец перевязал рану ученого бинтом.

– Как ты нашел меня? Как ты… что ты тут делаешь? Я думал, ты погиб!

– Я вызвался сопровождать тебя и всех остальных независимо от направления, – спокойно сказал Лемур, помогая напарнику подняться, – и сейчас нам пора домой.

Монитор за его спиной вспыхнул, и на нем появилась только одна запись: деактивация запущена.

***

Периметр военных загорелся ярким светом прожекторов. Надрывно гудела сирена. Солдаты неслись из оружейки и запрыгивали в машины. Из ангаров, ревя моторами, выкатывали «Тигры», камуфлированные бронетранспортеры, «уазики». Не хватало только танков, хотя в наличии имелись и они. Впервые солдаты видели нечто подобное – никогда ранее таких масштабных операций в Зоне не проводилось. Развязанная Хмельницким в Зоне война не так устрашала, как происходящее в данный момент. В небо даже были подняты три разведывательных беспилотника. Разумеется, никто вертушки в воздух поднимать не станет (хотя положено), армия и так понесла сильные потери, и в наличии солдат остался один неуклюжий Ми-26. Но, тем не менее, пилотов поставили в известность, и те на всякий случай разогрели двигатели, заправили машину горючкой. Аварийной ситуации никто не отменял.

Стальные ворота раздвинулись, и техника вошла в Зону. Как раз в этот момент небо окончательно затянуло черными тучами, которые снова и снова испещрялись раскатами грома и блеском молний. Все приборы били тревогу и сообщали о неизбежном Всплеске. Но это не остановило колонну техники. Напротив, машины стали двигаться быстрее, устремляясь к пункту назначения. На мониторах командирских ноутбуков уже появились первые снимки с беспилотников. К сожалению, они же и последние…

– «Пятый» потерян, «шестой» и «третий» тоже не отвечают, – доложили командующему спасательной операцией по радиосвязи.

– Причина? – спросил он.

– Всплеск же, товарищ командир, скорее всего, сгорели, – ответили ему.

Дальнейшие комментарии были излишни. На экране уже просматривался участок темного леса, где горели останки командирского Ми-8. Не самое лучшее место, чтобы лезть туда всей колонной. Слишком много аномалий. Джипы могут увязнуть, а за ними и весь конвой. Зато легко проберутся бронетранспортеры.

Командир раздал несколько коротких команд, и колонна из четырех БТРов выбилась вперед, набирая скорость.

***

– Мы горим! – сказал Виктор, стягивая окровавленную кислородную маску с лица. – Консул…

Пламя обдало сталкера сильным жаром: фюзеляж вертолета треснул пополам и местами сейчас пылал, как магний. Наверное, воспламенились какие-то горючие соединения геликоптера. Сталкер чувствовал, как обшивка сиденья начинает плавиться. Густой дым заполонил все вокруг, разъедая глаза, сбивая координацию. Укрываясь от него и вездесущего жара, сталкер бросился прочь, ступая по обломкам. Когда под ногами зашелестела трава и тело обдало потоком холодного дождя, Виктор открыл глаза. Вокруг только высокие черные ели и больше ничего. С неба лил дождик, но даже он не мог потушить останки павшей с небес железной стрекозы. Вертушка сейчас больше напоминала исковерканную железнодорожную цистерну, дымящую и кое-где горящую. Отлетевший хвост повис на верхушках деревьев, ветки которых обвили его подобно удавам.