Вирус Зоны. Обратная реакция - Вадим Михейкин

Метрах в пяти от поваленного шкафа помещение перегораживали массивные энергоблоки. С виду они напоминали гигантские компьютеры советских времен. «Штабисты», скорее всего, там и притаились. За энергоблоками виднелась оплетенная проводами непонятная конструкция – аппарат, издающий протяжный гул, как от трансформаторов.

Стрелок себя больше не выдавал, хотя не было никаких сомнений, что он затаился за массивными энергоблоками.

С этой стороны над дверью тамбура тоже была лампочка – и после того, как створки сомкнулись, она погасла.

Державин, пользуясь тусклым освещением, ползком стал подбираться к соседнему перевернутому столу.

– Эй, мужики, все кончено, наверху наши ваших потеснили, – сказал он, ползя по полу подобно змее. – Скоро сюда ворвется спецназ. Зачистят все и всех. Вы этого хотите?

Олег оценил вранье солдата, но вмешиваться не стал: открыл стальной контейнер и вызволил из него ласково светящийся голубой артефакт.

– На понт не бери, дядя, – послышалось в ответ с той стороны, – я прекрасно знаю, сколько вас и с чем пришли. Поздняк метаться. Наемники уже запустили активатор. Процесс слияния неизбежен.

«А вот это уже интересно! Боевик, который осведомлен про «кротовую нору» и суть ее работы», – Олег не стал упускать такого шанса.

– Эй, мужик, откуда ты знаешь про принцип активации? Что еще тебе известно про «кротовую нору»? – крикнул он.

Чистильщик замер, повернулся к Олегу и злобно шикнул на него. Но «штабист» с той стороны охотно ответил.

– А что конкретно тебя интересует, чувак?

– Что это за место? Почему аномалию активирует обычный музыкальный код? Как она работает?

– Молчать! – прошипел солдафон, явно нервничая.

– А вы разве не в курсе? Консул вам не сказал? Чувак, эта лаборатория создана военными для сдерживания «кротовой норы», – раздался голос из сумерек помещения, – на аварийный случай. Вояки уже как-то пытались открыть портал задолго до нас. Умы всей России собирали данные для кодового ключа и запаролили его в музыкальном шифре. Он работает согласно определенной частоте звуковых волн. Принцип несложный, но довольно хитрый. А после ряда неудачных тестов проект заморозили. Лабораторию запечатали.

– Довольно! – крикнул чистильщик, багровея от злобы. – Рот свой закрой, падла.

– И зачем им это было нужно? – не унимался ученый, не обращая внимания на увещевания вояки. Сейчас нужно было выудить максимум информации из разговорчивого противника, который, в свою очередь, уверовал в то, что все уже потеряно и конец близок.

– Перезапуск Зоны, конечно, – ответил невидимый собеседник. – Она приносит величайший доход крупнейшим отечественным корпорациям. Наука, частные военные компании, инженерия – их заслуги стали бы на вес золота. Никто бы не остался обиженным. Это очень большие деньги. Не получится у нас – придут другие.

Настала тишина. «Штабист» хотел еще что-то добавить Олегу, но не успел. Чистильщик вскочил на ноги и пустил длинную очередь по энергоблокам. В ответ раздались лишь приглушенные хлопки. Державин действовал резво и тактично. Боевик же отвечал вяло, видимо, был ранен. Вояка вновь открыл плотный огонь в унисон своим крикам:

– Заткнись! Заткнись, тварь!

Этот короткий поединок закончился для него не очень благоприятно. Эмоции взяли вверх над здравым смыслом, и он, в порыве гнева абсолютно позабыв о защите, встал в полный рост. Длинной очередью его снесло в сторону, и он рухнул на стальной столик, обрушив на пол системник и древний монитор.

Олег, осторожно высунувшись из-за шкафчика, направил артефакт в сторону энергоблоков. Предмет задрожал в его руках, будто руль автогонщика, выполняющего крутой маневр. Хлопок – и укрытие из энергоблоков перестало существовать как таковое, только детали баррикады с мощным грохотом полетели в разные стороны. «Штабиста» импульс тоже зацепил – его швырнуло назад, и он навалился спиной на торчащую антенну. Из его груди вылез окровавленный штырь. По левую руку выскочил еще один парень с автоматом. Этого не задело, и он с воплем рвался в бой, поливая свинцовым дождем помещение. Артефакт в руках ученого вновь активировался, и мощный импульс поднял боевика к потолку, расколов ему череп. Больше «штабистов» в помещении не было.

Наступила гробовая тишина. Олег, тяжело вздохнув, убрал артефакт, с трудом поднялся и подошел к военному. Тот лежал лицом на полу и не подавал никаких признаков жизни.

– «Гром», все целы? – спросил Олег.

Из темного угла вышел напуганный парень в зеленом герметичном комбинезоне. Вернее, это раньше он был зеленым. А сейчас комбинезон был настолько измазан грязью, пылью и чужой кровью, что в освещении ярко-зеленой лампы он больше походил на коричневый костюм химзащиты советских времен. Второго ученого Олег нашел мертвым. Его обмякшее тело, пробитое пулями, лежало в дальнем углу.

Снаружи мощно бабахнуло. Всплеск должен был начаться с минуты на минуту. Время от времени сверху доносился грохот бушующей стихии, с потолка сыпалась бетонная крошка.

Аппаратная представляла собой два крупных компьютерных симулятора аномальной среды со специальными капсулами для хранения и использования артефактов. Над каждой было множество тумблеров и лампочек. Некоторые из них были приведены в негодность, но не все. Оборванные провода, разбитые экраны, поврежденные системники. К счастью, «штабисты» подоспели только-только перед учеными и основные компьютеры не повредили.

При запуске симуляторов капсула зажглась тусклым светом, а когда в нее поместили артефакт, на табло выскочили числовые значения температуры: