Десятая планета. Приносящий радость - Давид Пекарский

Артур зашел в квартиру и сразу почувствовал по запаху, что здесь были Монул и Кади.

«Лоскана, у нас были гости?» – спросил он дружелюбно.

«Гости? Почему были? Они есть», – ответила она.

«Тогда где они?»

Вдруг посреди комнаты проявились Монул и Кади. «Проявились» – это именно то слово, которое отражает процесс возникновения двух инопланетян. Сначала их очертания были нечеткими, затем резкость границ нарастала, нарастала, и наконец они приняли тот вид, к которому привык Артур.

– Что это? Телепортация? – спросил он у пришельцев.

– Нет, что ты, – ответил Монул.

– Значит, вы прошли через стены?

– Опять мимо.

– Тогда объяснитесь, – потребовал Артур.

– Мы воспользовались возможностями, которыми обладает любой житель нашей планеты, – неторопливо пояснил Монул.

– Интересно?

– Мы можем ускорять свои жизненные процессы в десятки и сотни раз. Это значит, что за долю секунды, пока ты моргаешь, мы можем прожить несколько минут.

– Я прожил минуту, а вы день? – перебил его вопросом Артур.

– Ну, день – это нерациональное расходование жизненных сил, а час – это в самый раз. Дело в том, что ничего в жизни не дается просто так. Мы, повышая интенсивность обмена веществ, увеличиваем скорость расходования жизненного ресурса. Но всё небесконечно. Ты сглотнул слюну и теперь сможешь это сделать на один раз меньше, чем предусмотрено ресурсом твоих желез, – пояснил Монул.

– В моем возрасте неженатых мужчин больше беспокоят половые железы. Неужели, воспользовавшись ими в таком состоянии один раз, можно утратить способность любить на целый год? – шутливо спросил Артур.

– Чувствуется, что для тебя интимные отношения стоят чуть ли не на первом месте, – заметил Монул.

– Я пошутил. А если серьезно, что вы видите, когда ускоряетесь? Мертвое царство? – продолжил задавать вопросы Береза.

– Да. Земного движения становится меньше, но, кроме него, есть еще движение другого рода.

– Как это?

– Если хочешь, можешь сам попробовать.

– А это возможно?

– Да, если не боишься постареть. За один час в мягком режиме тебе придется отдать сто часов или четыре дня жизни, – сказал Монул.

– Я подумаю. И все же, как вы попали ко мне домой?

– Когда ты открыл дверь, мы, естественно, без приглашения проскользнули мимо тебя и уже здесь, в твоей квартире, дожидались, пока ты изволишь зайти и закрыть свою дверь, – ответил Монул.

– Ожидание – это тяжелая работа! – сочувственно заметил Артур.

– Только не для нас. Без умения выжидать наши способности трудноприменимы.

Пока Монул вел беседу с Артуром, Кади стоял возле проигрывателя компакт-дисков и нажимал кнопки. Он это делал уверенно, со знанием дела, будто что-то искал. Однако результаты поиска ничем себя не проявляли, ибо в комнате ничего не играло. Симпатичная пушистая кошечка крутилась все время под его ногами. Ее задние ноги немощно волочились по полу. Но она, по-видимому, превозмогая боль, все же жалась к Кади. Тот оторвался от своего занятия, нагнулся, взял кошечку на руки и погладил. Затем он подошел к Артуру и передал ее ему.

– Возьми ее в руки и сними повязки, – сказал Кади обращаясь к Артуру.

– Зачем? Она еще не выздоровела, – ответил тот.

Береза вспомнил, как неделю назад ехал на своей машине домой. Был поздний вечер, где-то ближе к одиннадцати. Дорога была свободна, и поток машин, заметно поредевший по сравнению с дневными пробками, двигался с приличной скоростью. Вдруг он увидел, как впереди, метрах в пяти от его машины, на дорогу выскочило какое-то животное и стрелой помчалось поперек дороги на другую сторону. Отреагировать было невозможно. Мгновение – и Артур увидел, как животное метнулось из-под колеса к обочине. Береза остановил машину. «Только этого мне не хватало», – подумал он. Вышел из машины, взял из багажника фонарик и перешел на другую сторону дороги. Там в кустах он увидел две светящиеся точки – глаза. Это была кошка, которая беспомощно лежала в кустах на обочине. От шока она не чувствовала боли и молчала. В ее глазах Артур увидел мольбу о помощи. «Это же надо, чтобы такое случилось именно со мной!» – подумал он. Артур начал нервно расхаживать по обочине, решая, что с ней делать. «Кошка, вроде, умное животное – и так глупо попала под машину, – рассуждал он – А сколько людей попадают под машину. Наверное, здесь не в уме дело. Это – как на роду написано. Кому суждено, тому суждено. Ну что же мне с ней делать?»

Артур вернулся из своих воспоминаний и почувствовал рукой, которой держал больное животное, как сильно бьется ее сердечко. Он посмотрел на свою кошечку – и увидел, что светящаяся полоска вокруг тела кошки разорвана в нескольких местах в области задних конечностей. Он вспомнил, что такое же видел у Монула и Кади при первой их встрече.

«Лоскана, подсоби», – сказал он языком, которым, по его мнению, обладали древние знахари.

Он водил рукой вокруг переломов. Ему хотелось пальцами измельчить эту порванную полосу, измельчить ее и соединить в одно целое, как соединяют пластилин. И ему это удавалось, доставляя огромную радость. Наконец он успокоился, получив то, что хотел.

Кади обернулся к Монулу. По его виду можно было понять, что он нашел то, что искал. Зазвучала музыка. Монул и Кади стали посреди комнаты друг перед другом, сомкнувшись ладонями, лбами и коленками. Они начали медленно раскачиваться, переминаясь с ноги на ногу. Эти колебательные движения происходили строго в такт музыке, и при этом Монул и Кади смотрели неотрывно друг другу в глаза. Музыку Артур узнал еще с первого аккорда. Это была старая песня группы «Роллинг Стоунз»: «Нарисуй это черным». Движения были синхронными, и их дуэт напоминал тандем – совместную, слаженную работу двух механизмов.

– Что здесь происходит? – спросил Артур.

Танцоры, не обращая внимания на хозяина, продолжали перекатываться с ноги на ногу. В ритм музыке они легко похлопывали ладонями, постукивали коленками и другими соприкасающимися частями тела. Звуки при этом были похожи на те, которые возникают при столкновении бильярдных шаров. Кошечка все время крутилась у них под ногами. В один момент она взобралась на Кади и, как белка, пробежавшись по Монулу, опустилась на пол рядом с Артуром. Береза медленно взял ее на руки и начал снимать с нее повязки. Ему было совершенно ясно, что они ей уже не понадобятся. Он поднес ее к своему лицу. Она мягко потерлась своей пушистой мордочкой о щеку Артура. Затем она повернула головку вправо, как будто что-то там услышала, и мягко коснулась своим ухом носа хозяина. Артур почувствовал благодарность маленького существа.