Метро 2035: Эмбрион. Начало - Юрий Мори

– Ступенек даже не видно. Заплели все на хрен.

Тупик. Вот теперь, видимо, мат. Не пол же долбить. Десять метров земли, бетона и арматуры – только мощной бомбой. Очень мощной, чтобы сразу все здесь завалить к чертовой матери и самим остаться в могиле.

Сталкеры молчали. Слышно было только шуршание пауков из дверного проема и тихий хруст фонариков – в темноте оставаться никому не хотелось, так что жали и жали на ручки.

– Шахты… – произнес Кат. – Если там нет паутины, можно попробовать.

Он вспомнил, как спускался с Башни. М-да… Там ни оружия, ни рюкзака, один прут за поясом. Да и скобы были, а здесь как? По железным тросам подъемника? Они, сволочи, скользкие.

– Хорошей веревки ни у кого нет? Троса, каната? Эх… Патронов на небольшую войну взяли, а самого нужного-то и нет.

Вдвоем с Винни они отжали дверцы лифта, с усилием растащили их в стороны примерно на метр. Посветили внутрь, вниз, но сразу стало ясно, что и эта идея мертвая. Все пространство шахты поблескивало тугим пересечением нитей паутины.

Скрудж внезапно взвыл и начал долбить прикладом автомата по стене:

– Суки! Твари! Куда мы пришли? На хера?! Мы все тут сдохнем!

Ким обхватил его сзади, мягко сжал и выдернул из руки автомат:

– Тихо, тихо, Олежек! Не буянь! Сейчас разберемся, придумаем… Пацаны, водички дайте хлебнуть парню. Нервный срыв, бывает. Ты, Скрудж, не психуй. Сейчас придумаем…

Кат протянул фляжку с водой:

– Все хорошо будет. Плохо уже было, Скрудж.

Зубы сталкера стучали о горлышко фляжки, пока он пил. Ворот майки намок, но ничего, это ладно. Все-таки не бойцы они, совсем не бойцы. Сталкеры. Товар, патроны, не копаться в свинарнике и выходить на поверхность. Не воевать, это не их дело.

– Возвращаемся к первоначальному плану, – забирая полегчавшую фляжку, сказал Кат отряду.

Скрудж сел на пол у стены, глядя вниз и, видимо, уйдя в себя. Ладно, пусть посидит. Ким положил рядом его автомат.

– Идти будем по лестнице. Нужно одно – огонь. Стрелять по паутине бесполезно. Какие у кого идеи?

– Пластид есть, – слабо откликнулся снизу Скрудж. – Гранаты. Шашка одна осталась.

– Зажигательные пули, – включился Лысый. – Толку с них, правда…

– Поискать на уровне, здесь. Должно быть что-то горючее, – применив свои сталкерские навыки, добавил Ким. – Там на лестнице тяга воздуха должна быть, видишь, нити колышутся? Главное, разжечь. Эх, если бы снизу, вообще красота…

– Дельно! – похвалил Кат. – Так и сделаем. Давайте ты, Ким, и Винни, пройдитесь по уровню. Увидите пауков, не стреляйте, просто отойдите назад. Звери они мерзкие, конечно, но вроде бы неопасные.

Когда сталкеры ушли, Кат сам осмотрел выход на лестницу. Да, пожалуй, только огонь. Ничего больше не поможет.

– Кат! – внезапно спросил Скрудж, подняв голову. – Тебе лет сколько, напомни?

– Двадцать один, а что?

– А мне сорок пять. И половину жизни я собираю разное говно на зараженной поверхности. На продажу. Хожу и собираю. И пока не сдохну, буду этим заниматься. А я задолбался, прикинь? Насмерть задолбался.

– Ты к чему это все? – насторожился Лысый.

– Ай, не лезь! Ты тоже мир до всего этого говна помнишь, хоть и младше меня. Я о другом. Это же все не жизнь, Кат! Это тупая компьютерная игрушка. Бегай, стреляй, собирай артефакты. Только грязь настоящая и мозоли кровавые. А из-за клавиатуры не встанешь кофейку попить. Засосало в монитор, теперь бегай и бегай. По кругу. А я жить хочу. Как раньше – машину завел, ляльку прихватил и на пляж. Вино, карты, вечерком кино глянуть. Сериал какой. И в люлю с теплой девкой.

Скрудж снова уронил голову на поджатые к животу колени.

– Мы же не виноваты, что все – так, – осторожно сказал Кат. Нервные срывы он видел. Не дай бог, сейчас схватит автомат и положит их с Лысым здесь. А потом застрелится. Такого дерьма, как рассказывают, в первые годы после Дня до черта было. Терпит, терпит человек – и все. Спасибо, если только себя.

– Не виноваты, – пробурчал Скрудж. – Ладно… Чем жечь будем, если кореец ничего не найдет?

Про Винни даже не упомянул. Видимо, не любит он напарника. Детский сад, конечно, но у всех свои тараканы в голове.

– Найдет, – успокаивающе сказал Кат. – Уровень немаленький, что-нибудь да найдется.

Час сидели молча. Лысый время от времени курил, не забывая следить за коридором. Кат прикидывал варианты: порох из патронов насыпать? Нет, чепуха. Нужно пламя… Много. В воздухе. Какой-то объемный взрыв… Черт, взрыв чего именно – при их-то бедности в средствах? Нужен горючий газ. Или пары бензина сильной концентрации. Можно керосин. Ацетон. Блин, масса вариантов, только под рукой ничего нет.

Из коридора показался Ким, махнул рукой:

– Помогите тащить, бездельники! Глянь, что нашли.

Находка в их положении была просто чудом. Подарком деда мороза своим заблудшим детям, не меньше: газовый баллон литров на сорок – как они его доперли только? Красный, местами ржавый. На клапане кран, манометр и огрызок резиновой трубки в пару метров, а сбоку побледневшая надпись белой краской через трафарет «Огнеопасно! Пропан».

Клад старика Флинта!

– Где откопали? – дотащив баллон до двери и поставив в углу, пропыхтел Кат.

– В столовой. Это Винни сообразил. Сперва искали всякую хрень – бензина бочку, или, может, где огнемет завалялся. А потом его осенило! Молодец, далеко пойдет.

– Волшебники вы, мужики! Одно слово – сталкеры с большой буквы.

– Хреналкеры, – проворчал Скрудж. Но нервы уже отпустили, явно. Встал, осмотрел баллон, присев на корточки. – Весь нельзя выпускать, ступени обрушим к едреням. Кто формулу взрывоопасной концентрации паров пропана в воздухе помнит?

– Не умничай, подрывник, – сказал Ким, вытирая мокрый лоб. – Сколько надо газа?

– От двух до десяти процентов, – припомнил Кат. Все же неплохо учили в «пионерлагере». – Давай прикинем, какой там объем воздуха на лестнице.

Расчеты в уме показали, сколько пропана надо стравить. С этим ясно. Вопрос в том, как его потом поджечь: кидание спичек прямо в дверной проем не полезно для здоровья.

– Лысый, а ведь и ты был прав! – воскликнул Кат. Пазл сложился, что не могло не радовать. – Зажигательные пули. Они, родимые! Ищи в закромах.

Надев противогазы, Кат и Скрудж отогнали остальных подальше, заставив спрятаться в комнатке рядом с актовым залом. Метров сто до двери на лестницу, нормально. А дальше пошли цирковые фокусы в исполнении специально приглашенной подземной труппы: Кат держал баллон, а Скрудж на ощупь потихоньку стравливал газ, закинув трубку через порог.

Все это дело происходило в полной темноте. Качать ручку фонарика возле немаленькой газовой бомбы сродни курению на АЗС. Негромко шипя, газ уходил в проем.