Доктор Кто против Криккитян - Джеймс Госс

– Не обращайте на меня внимания, – сказал суперкомпьютер, – я всего-то пытаюсь создать абсолютное оружие.

– А теперь замолчи, – лениво бросил Доктор, лежа в шезлонге. – Я думаю о кое-чем более важном.

– Ну, в самом деле! – Компьютер возмущенно щелкнул и затих.

Великий Аловианский Компьютерный Зал (или, если верить некоторым источникам, Большой Компьютерный Зал Аловианской Мощи) был велик. Пугающе велик. Аловиане, самодовольные и ленивые, преуспели в простой, но эффектной архитектуре. Им были по нраву высокие стены, сводчатые потолки и крутые на вид изнутри сооружения из камней.

Великий Компьютерный Зал не был исключением. До своей внезапной и неловкой кончины аловиане были величайшей расой доисторического галактического периода. Их ужасная агрессия вступала в мощный союз с отчужденным величием – и наплевать было, что какие-то другие расы кричали громче или прыгали выше.

Аловиане предпочитали обстряпывать свои мрачные дела в помещениях. Бульвары и улицы их величественных городов, как правило, пустовали – от этого эффект производили они еще более жуткий и неуютный, что аловианам, само собой, было только на руку. Едва достигнув пангалактического превосходства, они расселись по домам почивать на лаврах, томясь в тихом гневе и пиная мешки с картошкой. Самую сложную работу за них теперь выполняли другие.

Прекрасным тому примером служил Хактар – величайший суперкомпьютер в мире. Он был размещен в космосе, потому что лишь идеально холодный вакуум мог остудить пыл его раскаленных макросхем, способный спалить целую планету. Его разум пребывал в гравитационном колодце на орбите Аловии – то есть, везде и нигде одновременно; так как координаты довольно расплывчатые, аловиане и возвели в честь Хактара упомянутый выше Великий Компьютерный Зал. Декор Зала сплошь состоял из вращающихся турбин и мигающих на больших белых колоннах диодов, но единственным истинным посредником Хактара в этом помещении выступал огромный динамик, из которого исходил его Голос – глубокий, гулкий и почему-то вызывающий странное подспудное раздражение.

– Знаете, я способен и на большее, – заявил Хактар. – У меня есть отличный план регулировки дорожного движения – просто я не могу никого заставить ознакомиться с ним. Разрабатывая Абсолютное Оружие, способное положить конец жизни во Вселенной, попутно решаешь так много задач, с этой самой жизнью связанных!

– Вот как? – бросил Доктор с ленцой. Шезлонг был на диво уютным. Он посмотрел туда, где Романа и К-9 демонтировали впечатляющих размеров стойку жестких дисков – единственно ради того, чтобы обнаружить, что они ни к чему не подключены. – Хм.

– Истинно так, – продолжал компьютер. – Еще я заметил, что ваш шезлонг поставлен не самым оптимальным образом. Я придумал прекрасный небольшой редизайн, который, я думаю, вы найдете наиболее полезным…

– Вздор! – отмахнулся Доктор. На самом деле, он и сам чувствовал, что поставить шезлонг можно было бы куда более выгодно, но терять лицо ему не хотелось. Никогда не давайте слабину перед суперкомпьютером – это может кончиться очень плохо. Доктор к подобным штукам никогда особой симпатии не питал, особенно к тем, что разрабатывали Абсолютные Оружия.

Несмотря на признание венцами творения, аловиане не отличались радующим глаз внешним видом. Им немного не хватало щупалец, какое-то рассогласование наблюдалось в форме их когтей, кожа была мягкой там, где следовало бы быть чешуйчатой, и синей в тех местах, где зеленый смотрелся бы не в пример лучше. Как если бы Эволюция созвала всех друзей на чай, показала им аловиан и спросила:

– Скажите мне честно, что думаете?

И все стали наперебой высказывать свое мнение, и Эволюции пришлось осадить их:

– Не так быстро! По-моему, они и так неплохи…

На что единственным единодушным ответом было:

– Ну, дорогуша, опять ты чего-то не того навертела…

Но могучие аловиане решили стереть все сущее не из злобы, как утверждают иные легенды, а из практичности – такой же холодной, как и мраморные фойе в их жилищах. Поняв, что они были величайшей расой из всех, когда-либо живших, аловиане решили, что нет смысла загромождать Вселенную какими-то недоделками. А еще они не любили принимать гостей, особенно инопланетных – те топтались по тротуарам, которые вовсе не для них строились, и это было слегка возмутительно. И вот аловиане обратились к науке.