Император Валгаллы - Роман Буревой

Он спустился с платформы и направился к рядам палаток.

Женька тут же забралась на колени герцогу, обняла его за шею.

— Нам хорошо с тобой, правда? — Она погладила его по щеке.

— Правда, my angel! Хочешь уйти со мной за врата?

— В Дикий мир?

— Ты знаешь дорогу в другие места?

— Ладно, пошли к тебе в гости — к медведям. Только вдвоем?

— Пожалуй, мы возьмем с собой рена и полковника Скотта. В путешествие надо отправляться в хорошей компании.

— Я тебя лавлю, Поль. Только я не андестендю: почему ты меня так и не трахнул в тубзике в аэропорту? Или ты меня не лавлишь?

— Предпочитаю более изысканную обстановку.

Женька захихикала.

— Правда? А мне показалось, что ты — робкий...

— Что?!

— Ну, не робкий. А... теряешься. Смущаешься. Боишься. Разве нет? — Она отстранилась и посмотрела на него с лукавой усмешкой.

— Я боюсь?

— Конечно! А разве нет? Ты же краснеешь!

— Я краснею? Как ты можешь это видеть! Здесь же темно!

— Ну и что? Я вижу, как кошка. Ты краснеешь. Ты уже как вареный рак! Точно!

— Не дразни меня, my angel! Дикаря опасно дразнить.

— Мне не страшно!

— А зря! — Он притворно вздохнул. — Особенно сильно ты пожалеешь, когда я вырву зубами твою печень и съем.

Он вдруг одним движением развернул ее, как игрушку, положил на колени плашмя и с притворной яростно тронул зубами ее обнаженный бок — маечка у Женьки была коротенькой.

— Ой-ой! — захлебываясь смехом, заголосила Женька. — На помощь!

Но тут в их забавы вмешался третий. Полковник Скотт вылетел из палатки в одних трусах. Не долго думая, полковник кинулся с кулаками на защиту девушки. В следующий миг Скотт оказался распростертым на платформе. В этой краткой потасовке никто не пострадал — только кресло превратилось в груду щепок.

2

Рен Сироткин почти не спал в эту ночь. Он пил вино и целовался с какими-то девицами, которые находили старичка забавным и веселым, вернулся на платформу на рассвете и потому первым, или одним из первых заметил на рассвете темные точки в небе. Тут же, стараясь никого не разбудить, он достал из кучи вещей, сваленных возле палатки, свой тощий рюкзачок, извлек бинокль и навел на темную точку. Многократное увеличение превратило ее в десятиместный глайдер. Рен даже сумел разглядеть голограмму виндексов.

— Невероятно! — изумился рен. — Неужели они уже знают о ночном разговоре?

Впрочем, если он и удивился, то на несколько секунд. Почти автоматически палец отыскал на комбраслете нужную кнопку. Почти все участники марша сняли коммики, но рен Сироткин никогда не поступал, как большинство.

— Это рен Сироткин, — представился старик, как только ему ответили. — Мне нужен председатель Мирового совета... Спит? Разбудите. Скажите: речь идет о незаконной операции виндексов на дороге в Веракрус, Речь идет о безопасности врат.

После этого рен разбудил Ланьера.

— Вот дьявол! — выругался Поль, едва увидел в небе стаю глайдеров. — Похоже, кто-то хочет лишить меня свободы выбора.

На соседних платформах уже суетились молодые люди в майках с портретами Тутмоса. Они разломали похожую на пузырь фигуру Кристиани, извлекли черно-серое металлическое чудовище. К рену и Полю подбежал Вязьков — в одних трусах, босиком, с растрепанными волосами.

— Вы ими командуете? — спросил Сироткин.

— Я бы не хотел первым открывать огонь, — отвечал страж ворот. — Все-таки мы еще не на той стороне...

— О, да! Вам же придется давать отчет за свои действия! — съязвил Ланьер.

— И не торопитесь, — поддержал стража рен. — Я сейчас с ними поговорю.

Рен нажал вызов виндексов на комбраслете.

— Дорогие виндексы, защитники наши и шпионы, я знаю, вы меня слышите! — заговорил Сироткин.

Тем временем глайдеры уже зависли над лагерем Тутмоса, вниз по невидимым молекулярным нитям скользили виндексы в полной экипировке и приземлялись среди палаток. Вести по ним огонь и не задеть при этом спящих в палатках людей было уже невозможно.

— Мы опоздали! — в отчаянии воскликнул Вязьков.

— Господа виндексы! — Голос рена по-старчески вибрировал. — Вы совершаете противозаконную акцию, и о ваших действиях уже известно в Мировом совете. С вами говорит рен Сироткин. Если раздастся хоть один выстрел, если погибнет хоть один человек, вы превратитесь в маров Вечного мира, это я вам обещаю. К тому же ваша операция не может завершиться успешно: вам будет оказано сопротивление. Через минуту здесь будет полиция.

— Вы отлично блефуете, — шепнул Вязьков.

— Я не блефую. — Рен протянул ему бинокль. — Посмотрите. Они уже летят.

Вязьков посмотрел в бинокль туда, куда показывал рен. В самом деле — к ним мчались с десяток глайдеров.

— Это копы и стражи врат. Но они не успеют, — сказал Поль.

— Успеют. Это всего лишь игра мускулами. Они не будут стрелять, — рен засмеялся. — Не забывайте: у нас вечный мир. Зато этот инцидент все службы будут расследовать полгода — не меньше.