Прапорщики по адмиралтейству - Владимир Поселягин

Вот тут и случилось то, что предрешило дальнейшую судьбу Беты. Я ведь планировал, что он до конца войны будет на «Каме» ходить, а вот не вышло. И нет, мы не встретили весь флот микадо. Всё куда проще: из порта Фукуока шёл лёгкий крейсер японцев, которой я не сразу, но опознал как «Отову». Он был спущен на воду в прошлом году, но в строй ещё не вступил, проходил процедуру вооружения и комплектования команды.

Я об этом бронепалубном крейсере второго ранга, который был чем-то похож на «Новик», слышал от пленных японцев. Ну да, типа «Ниитака», трёхтрубный. Точно он. Хм, странно его увидеть на ходу, ведь вроде в строй его собирались принять только в августе-сентябре этого года.

Когда мы подошли ближе, я с некоторым удивлением понял, что крейсер не имеет вооружения, похоже его для этого и перегоняли в Сасебо. Только что они делали в Фукуоке? Или они вокруг Японии пошли, потому что «Кама» у Токио безобразничала? Да ну, бред. И почему нет сопровождения? Хотя нет, ошибся, есть: три миноносца маячили на горизонте как раз с той стороны, где мы днём видели дымы боевых кораблей, подозревая в них Владивостокский отряд крейсеров. Видимо, и те их засекли.

Это был наш шанс. Можно попытаться угнать корабль. Охраны нет, корабль безоружен, военно-морского флага крейсер не нёс, в строй он ещё не вступил. Как я понял, там находились только перегонная команда и инженеры с верфи. Чёрт, да это просто праздник какой-то!

Была сыграна полная боевая тревога, и я уже ставил задачи офицерам, поясняя многие моменты, чтобы они понимали, что нужно делать.

– Только что я обнаружил японский крейсер «Отова». Он ещё находится в стадии строительства, и сейчас его безоружный корпус перегоняют своим ходом в Сасебо. Его охраняют три миноносца, которые на данный момент, проявляя преступную халатность, бросили сопровождение и отслеживают дымы на горизонте – там, где мы днём видели неизвестные боевые корабли, предположив, что это наши крейсера из Владивостока.

Поначалу я хотел сам взять на абордаж этот крейсер. Вы должны понимать, что это значит – командир крейсера и чин капитана второго ранга. Однако ожидать несколько месяцев, пока его введут в строй, я не желаю, поэтому решил передать честь захвата вражеского корабля (по старшинству) своему старпому. Олег Николаевич, «Отова» ваша.

– Благодарю, Михаил Иванович! – явно воспылал радостью старпом.

Всё же тридцать лет, а всё ещё лейтенант. Причём офицер вполне толковый. Женат, двое детей, семья в Порт-Артуре проживает.

– Значит так, берём на абордаж, встав борт к борту. Корабль неспешно идёт, узлов пятнадцать. После захвата вся абордажная команда, включая командира, поступает в ваше распоряжение в качестве перегонной команды. Никого из людей с «Камы» больше не дам.

Однако успокою вас. Вчера днём в бою с японцами погибли «Новик» – да, господа офицеры, – и «Ронин», миноносец моего брата. Команда «Новика» (те, кто выжил) попала в плен, а мой брат смог выбросить миноносец на берег, к сожалению, занятый противником. Я сообщу брату о вас (у нас есть средства связи), и вы подберёте его на берегу. Шестьдесят матросов и шесть офицеров лишними не будут.

К тому же мой брат так же хорошо видит в темноте, как и я, он и доведёт крейсер до Порт-Артура. Однако это произойдёт в случае, если мы захватим корабль и в его бункерах будет достаточно топлива, чтобы дойти до Артура. От этого будем отталкиваться. А теперь – действуем.

Офицеры, по которым больно ударила новость о потере «Новика» и Ронина», переговариваясь, покинули штурманскую, где проходило совещание, а я стал показывать старпому, где его будет ждать Альфа.

У японцев были всего два наблюдателя, да и те больше смотрели, как бы с кем не столкнуться. Поэтому, когда мы вынырнули из темноты и со скрежетом бортов прижались к крейсеру, они поначалу ничего и не поняли. Да и военных на борту было мало. Когда упали два широких трапа, и по ним хлынула орда русских моряков в чёрном, у них от страха волосы встали дыбом.

Пять минут – и крейсер взят. На борт передали личные вещи перегонной команды, всех пленных японцев, захваченных ранее, отдали швартовы и расстались. Промедление тут смерти подобно. Выяснилось, что угля немного, но до Порт-Артура точно хватит.

Я дал координаты, где их будет ждать Альфа, который уже вёл людей к берегу, подняв их с места отдыха. На японцев они наткнулись только раз, уничтожив разъезд и приобретя шесть лошадей для перевозки поклажи; две раненых на мясо пошли.

«Отова», демонстрируя, что она отличный беглец, развила скорость в двадцать два узла и вскоре скрылась из глаз, даже моих. Пленных было много. Наши вообще мало японцев убили: согнали их в трюм и держат там под охраной. Орудий нет, ставить к ним некого, а для перегона наличных людей хватает.

Вот миноносцы меня обеспокоили, поэтому я решил перекинуть их внимание на себя. Артиллеристы были готовы, минёры тоже, и «Кама» направилась к японцам. «Отову» они уже не найдут, она ушла к корейским берегам и, пройдя пролив, двинет к месту встречи с Альфой. Но всё равно пугнуть японцев нужно.

Кстати, на горизонте показались мачты боевых кораблей. Ну точно наши из Владивостока. Я видел три боевых корабля, а чуть дальше был заметен дым ещё одного. Я пока не мог сказать, кто это. Опознал только одного, который был заметно ближе к нам. Это был «Богатырь», его как раз недавно во Владивосток отправили, мы как раз «Каму» чинили, когда он рейд покинул. Да и так понятно, что тут весь крейсерский отряд Владивостока, и о миноносцах они явно знали, шли за ними.

Для японцев стало неслабым сюрпризом, когда их вдруг ослепили двумя прожекторами. Заговорили три наших орудия, а чуть позже подало голос и четвёртое, кормовое, когда и оно могло стрелять, видя цель.

Я был недоволен. Плохо, очень плохо! Чуть ли не пистолетная дистанция, а всего два прямых попадания, да и то без результатов: скорость миноносцы не потеряли и смогли сбежать. Сейчас они находились недалеко, маячили на горизонте.

Мы же зажгли ходовые огни и, опознавшись с «Богатырём», направились к «России», где держал флаг командир отряда, капитан первого ранга Рейценштейн. Меня попросили лично прибыть на борт, где я доложил о своих последних действиях.

Надо сказать, глаза командира крейсера и командира отряда становились всё больше по мере моего описания того, как мы прошлой ночью уничтожили небольшой конвой с авизо в охране, а этой ночью пустили на дно бриг с военным грузом и захватили недостроенный лёгкий крейсер. Это японцам за «Новик».

О его гибели командир отряда не знал, и я описал, как дело было. Ну и сказал, что «Отова» ушла к Порт-Артуру, на что он вполне логично поинтересовался: почему не во Владивосток? Пояснил, что по пути крейсер заберёт брата с командой. Командир согласился, что это того стоит.

А вот решение Рейценштейна временно взять меня под своё командование и ввести в отряд крейсеров Владивостока мне сперва не очень понравилось. Его порадовало то, что я ночью очень хорошо вижу. Я уже не говорил, что как днём, это привлекает внимание, а объяснял, что просто хорошо вижу. Редко, но такие люди встречаются. И вот по решению командира отряда я теперь должен проводить разведку и наводить отряд крейсеров на противника. Хм. Поразмыслив, я решил, что идея стоящая. Поработаем совместно, а не в одиночку, как я привык.