Проклятое место. Дорога домой - Артём Помозов

– Вот ты где, су-у-у-ук-а-а-а-а-а! – С диким воплем, совершенно неожиданно, из-за дерева выскочил лохматый мужик с топором наперевес.

Мельников растерялся и замешкался.

– Убью, падла! – прорычал мужик.

«Не вскочить – не нажать на спуск, – в отчаянии подумал Рохля. – Патовая ситуация».

А лохматый уже опускал свое орудие вниз…

…топорище замерло в сантиметре от зажмурившегося Михаила. Орудие вывернуло из рук бандита какой-то неведомой силой, топор отлетел в сторону и завис в воздухе. Затем начал вращаться. Мужик тупо пялился на аномалию. А топор раскрутился до немыслимой скорости за считаные мгновения – и поспешил вернуться к своему хозяину. Лезвие, повернувшись боком, воткнулось грабителю прямо в лицо, срезав нижнюю челюсть, и окровавленное орудие, пролетев еще немного, упало чуть в стороне.

Кровь хлестала фонтаном.

Рохля не отвернулся.

Поднявшись, он отряхнулся от снега, накинул оружейный ремень на плечо и, осторожно обойдя опасную гравитационную аномалию, приблизился к погибшему.

– Что ж вы, суки-то, докопаться захотели? Жрать нечего? От безысходности уже?

Мельников бесцеремонно обыскал труп. В карманах бандита нашлись два патрона от ружья – и больше ничего. В драном рюкзаке – пустая фляга и черствая горбушка хлеба.

– Оружие вам нужно было? Еда? Вода? Не на того нарвались. И просить у меня не стоило бы. Даже по доброй воле не отдал бы вам ничего. Здесь, браток, каждый сам за себя теперь.

* * *

Примерно десять минут Михаил тихо сидел на стволе опавшего дерева. Курил. В голове шумело.

Куртка была вся в пятнах крови.

Больше никто не появился. Стало быть, бандитов было всего двое. Мельников встал, осмотрелся и закурил вторую сигарету.

Темный лес вдруг словно расступился, и Михаилу открылась небольшая заброшенная деревенька – домов пять-шесть. Все он были разрушены: провалившиеся крыши, обвалившиеся стены, покосившиеся изгороди, выбитые окна и обугленные печные трубы.

– Паршивое место для отдыха, – сказал Рохля сам себе. – Ни костер не развести, ни поживиться чем.

Замер.

– Твою…

Деревья вдруг задрожали, роняя снежные шапки, белая пыль взвилась в воздух, и из леса выскочила стая серых волков.

Михаил отреагировал молниеносно. Не раздумывая, он перепрыгнул через ограду. Зацепился комбинезоном – послышался жалобный треск. Сталкер кубарем скатился в глубокий снег, схватился за оружие.

Щелкнул затвор. Мельников стал медленно отходить к руинам. Волки достигли изгороди, начали жадно грызть деревянный штакетник. Подняв ствол, парень задержал дыхание. Волки уже протискивали свои страшные морды в дыры в заборе, клацали зубами.

– Как же вы меня за… – реплику заглушил вой автоматных очередей.

* * *

Вечером Михаил стал замерзать, сильно похолодало. Снег вернулся вместе с холодным пронизывающим ветром. «Метель, чтоб ее, – ежась на ходу, думал Рохля. – А говорили, что снега в Зоне не бывает». Лесные дороги сменялись открытыми прогалинами. Голые березки топорщились на промерзшей земле. Местами потрескивали и искрились всевозможные аномалии. Вскоре стемнело. Сквозь заросли орешника Михаил разглядел заброшенную в лесу избушку. Сколько он их повидал за весь свой путь – не счесть. Еле передвигая ноги от усталости, искатель подошел к заброшенному жилищу. Скинув с плеча автомат, Мельников осторожно осмотрелся и включил еле живой фонарик. Открыл дверь, всунул голову в проем и повел лучом налобника по углам. Вроде, никого тут не было.

– Стой на месте! – услышал вдруг Михаил. – Не оборачивайся!

– Дьявол, – выдохнул сталкер.

* * *

Пистолет лег в ящик стола. Каждый день, все те несколько месяцев, что он исправно сливал информацию Коннору, Кон доставал ствол и приставлял к виску, но всегда возвращал оружие обратно в стол. Не хватало духу, чтобы покончить с собой.

– Потому что я не должен умирать.

Сегодня он решил наконец-то поставить жирную точку в этой истории. Нет, не в своей жалкой судьбе, а в судьбе Малинина. Записи с диктофона, фотографии и скриншоты переписки – все это парень кропотливо собирал, чтобы у него был отходной путь. Вот и пригодились файлы-то. Кон долго не решался скидывать материалы наемнику со шрамом, но время пришло. Больше оттягивать не было смысла. Да и интересных данных накопилось – воз и маленькая тележка. Прошлой ночью парню посчастливилось прокрасться в кабинет Малинина, где он успел сфотографировать три папки с документами. В частности ту, где торговец хранил данные о погибших во время бойни на машинно-тракторной станции. В эту же ночь Кон скинул часть файлов с компьютера, а еще стащил коммуникатор академика Данилова, чтобы повесить на ублюдка-торгаша смерть ученого. Странно, но Кон считал, что Малинин никогда не оставил бы подобных улик. Это же было глупо. Но тот оставил. «Уверовал в свою исключительность? – злобно подумал парень. – В то, что он, мать его, бессмертный сукин сын?»

– Никита, я выхожу. Встретимся у того… – Кон замолчал, подыскивая слова. – У того сарая. Где все и началось. – Он отправил своему старому другу голосовое сообщение. – Все возвращается на круги своя, – зачем-то добавил он.

«Идет ветер к югу, – мысленно проговорил Кон. – И переходит к северу. Кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги своя».

* * *

Коммуникатор пискнул, проинформировав о том, что все данные отправлены на устройство Никиты.

– И еще кое-что. – Кон протянул наемнику КПК академика. – Давно, если помнишь, без вести пропала группа ученых. Все они были расстреляны. Потом их тела нашли сталкеры. Грешили на бандитов, но ошибались. Это Малинин отдал приказ своему телохранителю загасить их всех.

– Откуда ты знаешь?

– Я был там. Я стоял и смотрел, но ничего не сделал. – Парень насупился, отступив на шаг назад. – Как не сделал ничего, когда погиб Лис. Понимаешь, Никита, я не хочу лгать самому себе. У меня была возможность все исправить, и даже после того, как я подставил вас в Карьере.

Никита молча слушал.

– Да, Карьер. Именно Карьер стал отправной точкой, – продолжил Кон, – но я еще мог все переиграть, пускай и не продержался бы так долго. Ты не представляешь, сколько у меня было возможностей вскрыть глотку этой твари, но я ничего не сделал. И какова цена моей ошибки? Жизни сотен людей. Сашка, Макс, Метла. Те люди, что устроили привал на машинно-тракторной… Бойцы «Удара», введенные в заблуждение. Лис, Жора, солдаты Семы. Они все мертвы из-за меня. И знаешь почему? Потому, что когда был шанс, я предпочел отвернуться.

– Это не твоя вина, парень, – сказал Никита после недолгой паузы. – Просто так случилось. Ничего уже не попишешь.

– Я мог попытаться хотя бы сбежать, не запятнав себя новой кровью!