Варяг. Золото старых богов - Александр Мазин

Земли владетеля Мислава

– Я не знаю, где прячут вашего брата! – взвыл Джозо. – Не знаю я!

– Брат, пусть Касым займётся? – предложил Богуслав. – Этак мы до рассвета провозимся.

– Эй! – возмутился Вальгар Барсучонок. – Что ты такое говоришь, Славка! Я пленных допрашивал, когда ты ещё…

– … в детской рубашке бегал! – подхватил Богуслав. – Но с тех пор я немного повзрослел и вижу, что этот храбрый муж нам врёт. А ты с ним уже сколько времени возишься. И что?

– Я же сказал: надо не его, а щенков его резать, – проворчал варяг. – Тогда б он уже…

– Барсучонок, – негромко произнёс Артём. – Не оправдывайся. Ей-богу, хоть нурмана в дружину бери, – продолжал он уже по-хузарски, обращаясь к брату. – Нет у нас, варягов, настоящего таланта людей мучить. По смыслу он прав, но детей мы не тронем.

– Не тронем, – тоже по-хузарски подтвердил Богуслав. – Нельзя.

– А торопиться надо, – заметил Артём. – Пока мы тут без толку сидим, Илью, может, убивают.

– Всё в руках божьих, – отозвался Богуслав. – Но я тебе сразу сказал: пусть Касым управляющим займётся. Вальгар ему уже полшкуры спустил. Кончится тем, что забьёт насмерть. А больше никто ничего не узнает, потому что те трое, кто знал об Илье, ничего нам уже не расскажут. И это, замечу, тоже Вальгарова вина.

Артём вздохнул. Славка был прав. Надо было самому людей вести. А он Вальгару поручил. Потому что решил: дело нетрудное. Ворота им открыли – нанятый Кузьмой хорват Веко позаботился: купил, кого надо. Воинов внутри было – всего ничего, потому что дружина ушла с владетелем. Ночная атака изнутри на замок, в котором осталось не больше двух десятков воев, – простейшее дело, когда атакует пять десятков отборных гридней, которым подробно рассказали, куда бежать и что делать.

И тут Барсучонок оплошал. Нет, взяли замок тихо и чисто – в городе как спали, так и продолжали спать. Но когда брали донжон, несколько владетелевых воев проснулись, успели взяться за оружие… И их в горячке боя побили насмерть. Из доверенных лиц Мислава остался только вот этот, управитель замковый. И он наверняка знал всё, что надо. Челядь в один голос заявляла, что секретов от управляющего у владетеля не было.

Была, правда, ещё владетелева супруга, но вот она, хоть и перепугалась до икоты, ничего сказать не могла. Поскольку ничего и не знала. Только то, что брата и племянника её недавно убили и сделал это некий рус по имени Илия. И что разгневанный Мислав поклялся предать убийцу страшной смерти. Вот, собственно, и всё. То, что владетелю удалось захватить кровника, стало для женщины новостью. Это и Артём, и Богуслав видели ясно. Как и то, что управитель замка Джозо знал больше, чем говорил. Но – упирался. В другое время братья оценили бы и храбрость, и верность хорвата, но сейчас на кону была жизнь Ильи. Если тот ещё жив. Но это, как заметил Богуслав, в руках божьих, а в их руках сделать всё для спасения брата. И желательно побыстрее.

Вальгар взмахнул плетью, Джозо закричал.

– Довольно!

– Лучинка! Ты зачем здесь? – воскликнул Богуслав.

Артём грозно глянул на гридня при входе, но тот лишь плечами пожал: приказа «никого не пускать» не было.

– Вот вы, значит, как тут развлекаетесь, братья. – Лучинка оглядела замковый подвал, который хозяева замка, предки нынешнего Мислава, отвели под пыточную.

– Евпраксия, это не женское место! – строго произнёс князь уличский. – Выйди!

Лучинка покачала головой:

– Ничего у вас не выйдет. Только грех на душу.

– Это мужские дела! – с нажимом произнёс Артём. – Выйди вон, сестра!

– Погоди, брат! – вмешался Богуслав. – Почему ты так думаешь?

– Он будет молчать.

– Это пока, – возразил Богуслав. – Я сейчас позову Касыма…

– Не надо, – перебила мужа Лучинка. – Меня Касым и послал.

Братья переглянулись.

– Ещё раз скажи… – попросил Богуслав.

– Меня послал Касым, – повторила Лучинка. Подошла к окровавленному управителю, повисшему на перекладине, вынула ножик и сунула Вальгару. – Путы ему перережь, мне не дотянуться, – велела она. – А ты, – обернулась женщина к Богуславу, – придержи, чтоб не упал, посади аккуратно.

Вальгар Барсучонок, славный сотник, сначала опешил, потом взглянул на своего князя.