Волны времени - Фёдор Быханов

У самого полковника Нормана Олдгрена множество забот началось после первого же сеанса связи с Землей.

— Экая беда!

Нахмурился он, получив расшифровку сообщения, не предназначавшегося ни для кого, кроме командира корабля:

— Не повезло нашему парню.

Еще только выйдя на околоземную орбиту и посмотрев репортаж о собственном запуске в космос, астронавты узнали о трагедии, произошедшей на трибунах со зрителями.

Правда, даже дотошные журналисты еще не могли сообщить подробностей проведения злоумышленниками коварного террористического акта.

И многие на «Атланте» очень томились, все не прояснявшейся, неизвестностью, переполненные тревогой за родных, пришедших на космодром, чтобы проводить их в полёт:

— Не случилось ли что с ними?

Для большинства вскоре пришла успокоительная весть — никто, мол, на трибунах не пострадал.

А следом и шифрограмма, так озаботившая Нормана Олдгрена:

— Подготовьте Питера Клона к известию о гибели его друзей — Фрэнка Оверли и Альберта Колена.

Только была и особая инструкция выполнения столь неприятного поручения:

— Сообщите об этом, лишь убедившись, что не произойдет душевной травмы!..

Больше недели, до самого старта с земной орбиты к Луне, носил полковник в себе горестную весть, пока не отважился на беседу с подчиненным.

— Питер, мальчик мой, крепись, — обнял старый астронавт своего молодого друга. — Вот беда, случилась у нас какая…

Боль утраты сжала сердце Клона.

Об этом говорило, в один миг посеревшее от услышанного страшного известия, лицо астронавта.

— Конечно, я понимаю, что ты можешь вернуться на Землю, — выждав, когда чуть схлынет первое шоковое чувство, продолжил командир «Атланта». — Но им уже не помочь, а у тебя впереди великая цель.

Он немного помолчал, словно посвящая эту минуту памяти погибших зрителей:

— Пусть ее осуществление станет доброй памятью о твоих друзьях.

— Можно подумать? — выдохнул Питер Келли.

— Да, разумеется, но только недолго.

Господин полковник Олдгрен здорово волновался, ожидая решение подчиненного:

— Все же не так-то просто было бы заменить, уже на орбите, отлично подготовленного члена экипажа.

Потому даже легче стало на душе полковника, когда в ответ услышал, такие ожидаемые им слова:

— Вы правы, командир! Я лечу с вами.

А потом на переживания не осталось просто ни времени, ни сил. Началась ежеминутная, ежечасная работа.

Оказавшись в заданной точке окололунной орбиты, «Атлант» приступил к выполнению главной своей задачи. Которая заключалась в подготовке к высадке людей на место будущей станции.

Но для этого понадобилось сначала утвердиться на орбите.

Состояние равновесия «Атлант» получил после того, как были сообщены одноименные электрические заряды и ему, и находящемуся внизу участку Луны.

Теперь гравитационную силу притяжения удалось успешно компенсировать электростатической силой отталкивания.

— Вот она — левитация!

Известил полковник Олдгрен товарищей по полету, когда убедился, что все идет нормально.

Этим словом он назвал, созданное руками экипажа, уникальное состояние:

— Когда летательный аппарат совершенно неподвижно висит над поверхностью космического тела.

Привлекательность такого положения корабля было очевидным.

Длительное нахождение над участком Луны, выбранным для сооружения приемо-передающей электростанции, позволило экипажу «Атланта» сделать уйму самых разнообразных дел.

В том числе — провести сканирующую съемку местности, исследовать различные ее параметры, прежде чем окончательно выбрать место для посадочного модуля.

При этом эффект оказался потрясающим:

— Вся операция обошлась с минимальными затратами ресурсов. Не потребовав ни лишнего расхода бортовой массы, ни запасов энергии.

Спускаемый модуль «Атланта» мало чем отличался от того, что впервые высадил на лунную поверхность Армстронга и Олдрина с «Аполлона-11».

— Разве что более хитроумной «начинкой» аппаратуры, — как и планировалось по замыслу организаторов проекта. — Да тем, что прямо над ним нависла гигантская платформа базового корабля.

Чьи решетчатые конструкции, соединяющие отдельные секции, оказались разнесенными на добрых несколько гектаров.

— Что и говорить — зрелище внушительное, — не скрывал ощущения личной причастности к великому делу никто из участников высадки.

И все же, как ни велик «Атлант» по земным меркам, все же и его массы было бы недостаточно для создания более действенного эффекта левитации.