Метро 2033. На краю пропасти - Юрий Харитонов

– А секретарша? Она вроде ничем сложным не занимается…

– Это его дочь. Вот и сидит под крылом, печатает что-то для виду. А на машинке и клавиш половины нет.

– Что же делать? Надо как-то вызволять наших женщин. Негоже это!

– Согласен. Если выберемся, я знаю, где транспорт взять. Меня с собой захватите?

– Не боишься погибнуть?

– Да лучше сдохнуть, чем с этим гадом на одном свете жить. Думаешь, почему я здесь? Правильно: за женщину вступился.

– Игорь, – тихонько позвал Яр.

– Что?

– Игорь, можно вопрос? – спросил юноша с пола. Взгляд парня прояснился, но дрожь в теле все еще не отпускала. – Ты знаешь, как эту болезнь вылечить?

– Я не… Что? – казалось, мужчина не понял вопроса. Но Ярос решил добиться ответа.

– Ой, да брось! Скажи, что не знаешь о том, что со мной происходит! Скажи еще, что не понимаешь ничего! Ты же лекарь! Ты, мать твою, лекарь! Ты знал, что было с Митяем, ты и про мою болезнь знаешь. Хватит считать меня тупой скотиной! Я, может, и родился после того, что вы, старики, устроили, но я не дурак! Два и два сложить могу.

– Да, – ошарашенный заявлением Яра, Игорь вернулся на койку и некоторое время молчал, пытаясь сформулировать свои мысли. Потом заговорил, тихо и вкрадчиво, пытаясь донести смысл фраз до юноши. – Ты прав. Я знаю, что с тобой, но не знаю, как это вылечить. Ну, что, легче тебе стало?

– Тогда не проще было оставить меня там? Воевода со мной расправился бы. И уже сегодня я бы кормил рыб в Колокше.

– Ты уникальный, – просто сказал Потемкин.

– Что?

– Ты уникальный, – еще раз повторил мужчина. Твоя особенность… образования эти…

– Я понял.

– В общем, эта твоя особенность делает тебя невосприимчивым к вирусу, вернее, у тебя к нему что-то вроде иммунитета. Твои клетки, скажем так, другие. Не такой структуры, как у меня или у Митяя. Строение другое, проще говоря. Поэтому вирусу крайне сложно тебя изменить, ведь он создан специально для нас – обычных людей. А ты необычен. И ты это знаешь – тебе всю жизнь пытались это показать твои соседи. Люди ненавидели тебя именно за это. И ты ненавидишь себя за это, но… Зачем это делать? Любить себя надо.

– Так ты потому меня с собой потащил, что я – уникальный?

– В общем, да.

– Но, Игорь! Ты же понимаешь, что болезнь найдет способ и меня изменить. Не лучше ли сразу… застрелиться, и проблем не будет?

– Первый раз слышу от человека, что он не хочет жить! Ты нужен мне, Яр, твоя сила и способность сопротивляться вирусу мне нужны. Иначе, боюсь, я в этой непонятной войне проиграю. Там, куда мы направляемся, в разы опасней, и, возможно, там уже поработал вирус. Если заражусь я, то не смогу исполнить свой долг, и болезнь, так успешно подавляемая тобой, распространится везде. Ты единственный способен ей сопротивляться. Так что… ты поможешь мне, Яр?

Некоторое время парень молча лежал на полу, рассматривая деревянный потолок, затем поднялся и, посмотрев сквозь клетку на Игоря, горячо произнес:

– Я помогу тебе! А Ольга с Лидой?

– Мы их заберем отсюда, обещаю. Что-то мне подсказывает, что когда сюда заявится Гром, эти слесари и механики-добровольцы вряд ли с успехом смогут противостоять ему со своими помповыми ружьями. Завтра будет весело, Яр, так что давай отдохнем.

– Отлично! С нетерпением жду завтра!

– И я! – тут же подхватил Семен. Глаза горели, а мужик ухмылялся во всю ширину щербатого рта. Создавалось ощущение, что с приходом Игоря в нем с новой силой вспыхнула искра жизни. Будто до этого не жил. Не было смысла, не было цели. – Я с вами! Не знаю чем, но я вам тоже помогу. Эту заразу победю… побежу… тьфу ты! Эту заразу помогу уничтожить!