Метро 2033. На краю пропасти - Юрий Харитонов

– А что с Жорой? Надо бы похоронить, – всхлипнув, попросила Лида. Она почти успокоилась, но слезы нет-нет, да наворачивались на глаза. – А то как-то не по-человечески получится.

– Похоронить? Да запросто! Мы ему отменные похороны состряпаем! Не всем королям такая честь выпадала. Только придется подождать до утра. Что-то не шибко охота шарахаться по ночному городу. Мало ли, какие «охотники» повылазили. А тут все-таки броня: от пуль уберегла, глядишь, и от тварей спасет, если не слишком большие… Накройте его чем-нибудь, да располагайтесь поудобнее – часов пять до рассвета осталось.

– А Гром нас не нагонит? – поинтересовался Яр.

– Да им по темноте тоже смысла нет «Тигр» покидать, – отмахнулся лекарь, стараясь зажать разбитый о руль нос рукавом, задрав голову. – И им сложнее: в лесу застряли. Думаю, будут веселиться теперь до утра…

Тело Жоры укрыли брезентом, и под всхлипывания Лиды Ольга устроилась рядом, пытаясь утешить бедную женщину, а Яр перебрался на переднее сиденье. Куча вопросов роилась в голове юноши, но начать разговор он никак не решался.

Кровь все-таки остановилась, и Игорь выключил свет в кабине, иначе привлеченные им хищники могли собраться у автомобиля. «Тигр» погрузился в темноту, молчание затянулось. Каждый думал о своем: Лида об утрате, Ольга о людях – насколько разные они, оказывается, и сколько всего она пропустила, живя отшельницей из-за отца, Яр же – о болезни, что затаилась внутри, иногда обостряясь вспышками неконтролируемых ощущений, усилением слуха, улучшением до неестественного уровня зрения и чувства восприятия окружающего мира – до такой степени, что смог в темноте и в движении поразить колесо автомобиля. Это сильно пугало, но ничего сделать Яр не мог, лишь обратиться к Игорю: юноша чувствовал, что лекарь знает об этой болезни намного больше или хотя бы догадывается, но почему-то молчит…

Игорь же, облокотившись на спинку сиденья, вглядывался во тьму за пределами «Тигра», а именно – в одну точку: чуть левее дороги где-то в воздухе мерцал еле заметный огонек, будто скрытый неким препятствием. Объяснения этому явлению мужчина пока не находил, но старался не отводить взгляда от света в небе. Мало ли, что произойдет, вдруг разгадка не замедлит явиться.

– Игорь, – тихо проговорил Яр, съежившись на сиденье, после напряжения последних дней и ночных событий его слегка потряхивало, слишком много навалилось на юношу. – А когда лучше жилось? Тогда или сейчас?

– Тогда близкие были рядом, – загадочно ответил лекарь. – А сейчас… Нет их. Ни у меня, ни у тебя, ни у Ольги с Лидой. И вот вроде только появятся, как тут же исчезают. Либо смерть забирает, либо слабость духа, или другие люди, которым насрать на всех вокруг. И тогда насрать было, но рамки какие-то существовали, люди не лишались близких столь часто и при таких обстоятельствах…

– А ты как один остался? Прости, если спрашиваю, но интересно, такой человек, как ты… мог бы защитить их.

– А какой я человек, Яр?

– Ну… – юношу этот вопрос застал врасплох. Он никогда не размышлял о качествах Игоря. Казалось, они лежат на виду, и вот сейчас, когда его спросили, он задумался. Потом начал перечислять. – Храбрый. Верный. Волевой.

– И благодаря этим качествам я лишился семьи, – добавил Потемкин.

– Но как?

– А вот так! – мужчина на несколько долгих минут замолчал, вспоминая, вороша в памяти давно минувшие события, а потом, когда Яр уже потерял всякую надежду услышать продолжение, заговорил: – Это не те качества, которые в этом мире помогают. Вот если бы я был трусом, то не повел бы семью очертя голову в мифическое место, где якобы жизнь лучше, чем везде. Я бы спрятался с ними где-нибудь и, дрожа от страха, вел вполне нормальную, хоть и скотскую жизнь. Зато мои близкие были бы живы и рядом. Как Воевода – да, он трус! И самодур, к тому же! Окопался с негодяями, сделал из них избранных, окружил себя верными людьми, спрятался за их спинами и спинами тех, кто добывает ему пропитание, охотится, исследует для него дальние земли, погибает. А он пользуется! И не может организовать хоть какую-то поддержку всем этим людям. Минимум – вот его программа. Чтобы только люди не сбегали в отравленную и чужую пустошь, где им будет лучше, чем в стенах города. Все остальное забирает себе и охране своей, готовой любого порвать за эти блага. Трусы сейчас все имеют! Живут удобно, да за чужой спиной! Куда удобней выживать, прячась, а я – с храбростью, силой, верностью, как ты сказал, и волей ничего в этом мире не стою, вот и потерял все… что имел в этой чертовой жизни. И права Лида: вон, и вас толкаю на смерть. Жора уже погиб.

– Но это не так! – горячо возразил Яр. – Мы сами…

– Да не сами! Не сами, Яр. Вот скажи, снялись бы вы с места, не появись в ваших краях я и не соберись дальше?

– Да! Я думал об этом!

– Знаешь, Ярослав, думать и делать – совсем разные вещи. Согласись, что мысль была, что не выживешь в одиночку? Что не сможешь один, без людей? Что повесишься на первой березе… – юноша сник, не зная, что ответить. – Вот и Ольга с Лидой – также. А особенно Жора!

– Ну-ть, хватить! – прервала лекаря женщина. Они с Ольгой давно затихли, вслушиваясь в разговор. – Жора мужичищем умер! Нас, окаянных, защищая! Плохо? Плохо! Но прозябание в катакомбах, где его не считали за мужика, лучше, что ль? А я-тоть благодарностью тебе обязана, свел нас вместе, любить заставил! Жизнь почувствовать, хоть на чуть-чуть!

– И я… – вступилась Ольга, – и я бы умерла! Если б не ты! Я с тобой теперь! Да ведь то, от чего ты спас меня, – намного страшнее, чем умереть даже…

– Все! Хватит! – встрепенулся Игорь, весьма удивленный таким нажимом. Он никак не ожидал, что люди столь сильно возмутятся от его речи. – Понял-понял… вопросов нет: сами пошли – так сами…

При этих словах «Тигр» с глухим звуком ощутимо вздрогнул. Все смолкли, пытаясь понять, что случилось. В бок автомобиля вновь что-то сильно ударило, отчего он заерзал на рессорах, как неустойчивая на волнах посудина. Люди схватились, за что только можно, чтобы удержаться на месте.

– Ничего себе…

– Тихо! – Игорь шепотом прервал женщину, выглянул в водительское окно, но сплошная темень не давала лекарю разглядеть нападающего. Только тьма, сгустившаяся чуть больше обычного, говорила о размерах чудовища. Игорь почувствовал, как по телу побежали мурашки. Нелегко было удивить опытного бойца и путешественника по вымершим землям, но неизвестному существу, пробующему на прочность кузов «Тигра» и почти растворившемуся в темноте, это удалось. Мысли заметались в голове, словно рой рассерженных пчел, когда очередной удар в буквальном смысле потряс автомобиль.

– Да что же это-ть? – не выдержав, воскликнула Лида.

– Тихо! – вновь прошептал Игорь, разворачиваясь к рулю. – Открывайте и опрокидывайте канистры! Живо! Яр, намотай на стрелу тряпку.

– Но как же Жора? – не унималась женщина. – Ты обещал похоронить его!

– Похороним! – Потемкин выжал сцепление и врубил нейтральную передачу. Колеса освободились из лап заклинившего двигателя, и «Тигр» сдвинулся с места, набирая скорость, по пологому склону холма, широкой дугой спускающемуся к водохранилищу и плотине. Теперь прятаться не имело смысла: Игорь включил фары и свет в кабине, чтобы, наоборот, привлечь неизвестную тварь. Только так у них был шанс уйти. – Поверь, костер королей – достойная награда за жизнь! Лучше сгореть, чем быть сожранным червями или погаными тварями!