Война 2020. На западном направлении - Владислав Морозов

Потом переглянулись и разом повернулись к капитану. На их разом ставших глупыми лицах была полная безнадега.

– Ну и что там? – спросил Спейд, прекрасно понимая, что они ему ответят.

– Умерла, – как-то буднично констатировал Крассорт.

– И что с ней вообще было?

– Ранение, малосовместимое с жизнью, сэр. В брюшную полость. Похоже, крупнокалиберная пуля или осколок. Без хорошо оборудованной операционной это нельзя было извлечь. Но и в этом случае она могла не выжить, поскольку было сильное кровотечение, которое мы не могли остановить.

– Ладно, сержант, не корите себя, в любом случае вы сделали все, что могли.

– Сэр, а что нам теперь делать с нашими убитыми? – спросил Крассорт.

– Что значит «что делать»? – не понял Спейд. По правилам армии США хоронить своих покойников прямо на месте было никак нельзя. Соответствующая отчетность требовала строгого порядка, а значит, все трупы следовало тащить за океан и там оприходовать, и никак иначе. А раз так, то какие могли быть варианты?

– У нас мало транспорта, сэр, – пояснил Крассорт.

– Мешки для трупов у вас, надеюсь, есть?

– Да, сэр. Но мало. Почти все уже заняты.

– Тогда в чем здесь проблема? Трупы в мешки и – или на свободное место в грузовиках, или в крайнем случае на броню. Я понятно выражаю свои мысли?

– Да, сэр!

Дав понять, что разговор окончен, Спейд молча повернулся и побрел обратно к своему БТРу.

Там его уже с нетерпением ждал подъехавший на все том же потрепанном «Хамви» лейтенант Сирс. Он стоял возле машины и нервно курил. Вот что значит огрубение нравов и упрощение правил, вызванное реальными боевыми действиями, – в обычное время его бы очень сурово наказали за сам факт публичного курения при подчиненных. Два стоявших рядом с Сирсом рослых солдата, рядовые Фингблюм и Курбельо, страховали стоящего перед ними на коленях здорового мужика с подбитым глазом и связанными за спиной руками в уже знакомом «лесном» камуфляже. Не отягощенная обилием интеллекта физиономия мужика выдавала в нем типичную деревенщину.

– Ну что у вас тут, лейтенант? – поинтересовался Спейд, подходя.

– Пленный, сэр. Как вы приказали! Пришлось попотеть, но мы его взяли, сэр! Еле догнали!

Сирс сделал знак рукой, и солдаты подняли с колен и подвели поближе этого слегка хромающего детину в камуфляже с уже знакомыми капитану эстонскими эмблемами.

Вид у детины был сильно обалделый.

– Он хоть по-английски говорит? – спросил Спейд, критически обозревая доставшееся ему «сокровище».

– Да когда брали, вроде лопотал что-то, сэр. Во всяком случае мы поняли, что он просит не убивать его.

– Кто ты такой? – спросил Спейд, подходя ближе к здоровяку.

– Капрал Арнольд Эльвесс. 1-я пехотная бригада армии эстонской республики, – отрекомендовался пленный на плохом английском. Но, кажется, вопросы капитана он все-таки вполне понимал.

– Вы все здесь что – одурели? – вежливо, но зловеще поинтересовался Спейд.

– А вы-то сами кто такие? – спросил пленный, сделав невинные глаза, то ли не поняв вопроса, то ли намеренно пропустив его мимо ушей.

– Как это кто?!! Мы американцы!!! А вы все здесь точно сдурели, мерзавцы, раз имеете наглость стрелять по армии США! Кто приказал вам убивать американских солдат, тупые кретины?!!

– А мы думали – вы русские, – ответил пленный, не проявив ни тени смятения от осознания того, что он сам и его коллеги буквально только что убили некоторое количество американских союзников.

– Что ты такое несешь, чертов ублюдок? Разве мы похожи на русских?

– Может, и не похожи. Вот только нам сообщили, что где-то в этом квадрате движется танковая колонна русских, которая вполне может маскироваться под войска НАТО.

– Кто конкретно тебе это сообщил?

– Не знаю, нам об этом сказал командир взвода, а вообще вроде бы было сообщение по радио.

– Так связи же нет!

– Когда нам про это сообщали – у нас связь была!

– Ничего не понимаю, – сказал Спейд, ни к кому не обращаясь. – Понимаю только, что это действительно эстонцы и кто-то из их начальников либо допустил серьезную ошибку, либо их вообще явно дезинформировали.

– Лейтенант, – приказал он Сирсу. – Пока уберите этого засранца куда-нибудь!

Солдаты увели пленного, которого, похоже, было бесполезно допрашивать в такой обстановке. Да и любой другой троглодит вряд ли мог сообщить что-то ценное. Но по крайней мере он был доказательством того, что всю эту фигню начали именно эстонцы, имевшие какой-то приказ на сей счет.

Подсчет потерь противника выявил наличие на дороге и в окрестном лесу тридцати двух трупов в эстонской форме, но, по сути дела, это ничего не проясняло. Нужна была связь, а ее по-прежнему не было. Спейд приказал заснять «поле брани» на видео (благо камеры имелись), после чего принял единственно правильное в ситуации, когда есть четкий и не отмененный никем приказ, решение – продвигаться дальше в сторону того самого погранперехода, через который в Эстонию накануне якобы вошли русские. В надежде все-таки где-нибудь обнаружить этих самых русских.

При этом уцелевшие командиры доложили Спейду о том, что наличного запаса горючего хватит от силы на сотню миль хода, т. е. дойти до погранперехода у роты «А» вполне получится, а вот дальнейший остаток топлива будет уже минимальным. Автоцистерн в колонне не было ни одной, а загодя взять большой запас топлива в канистры было невозможно, тем более что и самих канистр не хватало. Спейд надеялся в дальнейшем заправиться на бензоколонках, но, увы, все встреченные на их дальнейшем пути подобные точки оказались закрытыми и без капли горючего. Видимо, бензин и солярку на них перестали подвозить еще накануне.

Также выяснилось, что в танках после сегодняшнего столкновения остается всего один неполный боекомплект, а запас боеприпасов к стрелковому оружию изрядно поредел и составляет от силы полтора боекомплекта. При этом в грузовиках оказалось как-то слишком много полевых продовольственных пайков и даже зачем-то бутылированной воды. Однако выяснилось, что загрузка всего необходимого перед выходом из места постоянной дислокации производилась точно по нормативам армии США, в соответствии с которыми боезапас не считался приоритетным в списке необходимых для жизнедеятельности американского солдата вещей, то есть здесь никто не был виноват.

Еще до начала дальнейшего движения колонны умерли еще два тяжелораненых, рядовой Капулло и капрал Пини, то есть началось то, о чем предупреждал Крассорт. Остальных раненых, которых было слишком много для роты «А», пришлось распихивать куда попало. Тяжелых – по немногочисленному имеющемуся санитарному транспорту, средней тяжести и легких – по десантным отделениям «Страйкеров». Часть убитых уместили на свободные места в кузовах грузовиков, другую часть – на броню БТРов. Из-за всего этого личному составу пришлось частично ехать на броне снаружи, чего по всем нормативам делать не полагалось. Кейс и сумку покойной полковника Клингман Спейд убрал в свой командирский БТР. Мешок с телом самой Мадам и пленного эстонца пришлось размещать снаружи, на броне того же М1126.