Бог пива - Константин Крапивко

– Я тебе дам свои методы! – сказал я, крепко сжимая ее руку.

– Больно, – сказала она, – перестань. Я совсем не то имела в виду. Скажем, они бы дали бал в мою честь на какой-нибудь прелестной полянке и отплясывали бы еще целый месяц после того, как я откланяюсь…

– Морские пехотинцы – бал? – усомнился граф. – Жуткое, должно быть, зрелище! Но я спрашивал, как они оказались вместе с богом войны.

– Долгая история, – сказала Елена, – впрочем, извольте, расскажу. Ларе сразу вычислил город, куда Бьорна врата отправили. Ну, мы туда и перенеслись вместе, я одна еще плохо умею это делать. Злая тогда была, хорошо, что Бьорн мне под руку не попался, так легко не отделался бы! – Она ущипнула меня за бок. – Перенеслись мы, значит, а в городе переполох, облавы на улицах, а моего, как всегда, уже и след простыл. И след этот простывший в порт ведет. Говорят, преступники яхту угнали, за ними шхуну королевскую снаряжают. Ларе смерч вызвал, я помешать не успела, думала – все, но нет, вижу, жив Бьорн, Ларе на радостях вина потребовал… Тоже увидел… Не бежать же за вами пешком – далеко, да и волнение сильное, я вообще по воде ходить недолюбливаю. Ну, к королю местному на аудиенцию – так, мол, и так, куда преступники подевались?

– Хорошо, – галантно вставил граф, – что вас, прекрасная Елена, наша королева не видела, а то ее величество уж постаралось бы этой аудиенции воспрепятствовать!

– Она и пыталась, – не оценила комплимента Елена, – но тогда его величество приказал сослать ее величество в монастырь и, узнав, что я хочу присоединиться к погоне, вызвался сам возглавить отряд. Однако с ним случилась неприятность, примерно такая же, как недавно с Ухом Дятла, и пока он временно лишен возможности передвигаться…

Ларе ветер попутный нагнал, мы быстро доплыли, а вот обломки вашей яхты поискать пришлось. Высадились, и на нас сразу дикари напали, на свою беду. Пока Буд с солдатами оборону налаживал, Ларе вперед выбежал, пошептал что-то, знаете, как боги войны любят, – часть дикарей на куски разлетелись… Противно вспоминать… Потом он и меч достал…

– Как разлетелись? – раздался сзади испуганный голос Энди. – Они умерли?

– Умерли! – резко сказала Елена, оглядываясь. – Вы что думали, Энди, в сказку попали? Тоже умрете, если нас Ларе догонит и если за Бьорна заступаться сдуру решитесь!

– Бьорн, – обратился ко мне Энди, – снял бы ты с Ларса заклятие свое!

– В самом деле, – поддержала его Елена, – что за мальчишество! Уже погибли люди!

– Брось, – сказал я, выпуская ее руку. – Что – в самом деле? При чем здесь я? Богам войны первыми нападать на земле Один не велит, вот они и ввязываются в ситуации, когда им вроде бы защищаться приходится. Росомаха часто на Землю наведывается, он в крови по уши, не этих, так кого еще бы поубивал!

– Но эти-то выжили бы! – воскликнула Елена. – Не обижайся, я правду говорю!

– Не правду! Я ни к чьей смерти не причастен, – сказал я и сразу вспомнил убитого при побеге из башни солдата. – Ну, по крайней мере, я три жизни спас – это я знаю точно…

– Мою даже дважды, – сказал справа Крыс, – когда меня на яхте балкой хлопнуло и за борт несло – Бьорн мне в шевелюру вцепился…

– Ты бы помолчал лучше! – сказал я в сердцах.

Перед глазами стояло лицо задушенного Крысом человека, и мне снова стало нехорошо…

– Котенок, – прошептала Елена, догоняя меня и нащупывая мою ладонь, – ну, прости бабу глупую. Но ты тоже не прав. Что толку в твоем заклятии? Ларе просто злее стал, вот и все!

– А что еще можно сделать? – спросил я. – Убить его?.. А заклятие пусть остается. Через год сниму, если цел буду. Пусть болван на своей шкуре прочувствует, каково оно, когда плохо.

– Бьорн, – окликнул меня Энди, – а ты не мог бы сделать так, чтобы все, что он выпьет, превращалось в какой-нибудь цианид?

– Добрый ты человек! – сказал я. – Кстати, мне сначала самому цианид придется попробовать. Я должен представлять вкус.

– Замяли тему, – вздохнул Энди.

– С ядами все не так просто, – сказала Елена, оборачиваясь. – Ларе – бог, на нем может не сработать. Я и сама думала уже…

– Я тебе подумаю! – возмутился я.

– Бьорн, если он тебя прикончит, заклятие само собой исчезнет, какой смысл рисковать? Может, отстанет от нас на радостях…

– Не должно исчезнуть.

– У тебя, случаем, мании величия не появилось? – с беспокойством поинтересовалась Елена.

– Появилась, как же не появиться, – похвастался я. – Я, как выяснилось, теперь картины оживающие рисовать могу!

– Ох, – Елена остановилась, – правда? Как Ила Маз?

– Не сбивай темп, – сказал я. – Лучше. Я углем рисовал, наброски.

– Слов нет, – сказала Елена и глубоко задумалась.

– А как ты с нами оказалась, дорасскажи уж, – попросил я.

– Так, на чем я остановилась? – Елена тряхнула головой, отбрасывая назад непослушные волосы. – А, ну сдались контуперы в плен. Ларе с их предводителем поладил, они вроде подружились даже, некий Острый Топор, знаешь? Вот он и рассказал, куда вы двинулись, и сам с нами увязался. Ларе его обещал на обратном пути к красноглазым вывести и в разборках помочь. Острый Топор, демон его зацелуй, оказался следопытом изрядным, почти не останавливаясь за вами чешет, даже ночью. Ларс-то тебя не может нащупать, аж из себя выходит. Молодец, котенок, грамотно закрылся. Давно не спишь?

– Давно. Вторые сутки.

– Бедный мой… хотя это и не так давно. В конце концов половина солдат отстала, темпа не выдержали, а другая половина наотрез идти отказалась, да и Острый Топор этот падал уже. Остановились. Заснули все, где попадали, а тут от тебя и птица прилетела с весточкой… Я и слиняла по-тихому, чую, рядом ты совсем… Мне следопыт не нужен, сам знаешь!

– Знаю, – сказал я и остановился, чтобы обнять ее.

– А все-таки что это за кольцо миров такое?

– У Энди надо спросить, он мне листик подарил, на котором эта надпись уже была нарисована. Представляешь, оказалось, что на самом деле он – маг из другого мира.

– Точно из другого? – восхитилась Елена. – Взаправдашний маг? Энди, мой оболтус не фантазирует?

Ответа не последовало. Я удивленно обернулся – оказывается, маг умудрился отстать от нас шагов на двадцать. Он с явным трудом переставлял ноги и покачивался, как пьяный. Мы побежали ему навстречу.

– Что стряслось, дружище, демон меня того-этого?

– Ничего… – простонал Энди, морщась и растирая затылок ладонью. – Дрянь эта ваша невидимость: действует всего ничего, а отходняк после – врагу не пожелаешь…

– А ну-ка, – приказала Елена, – нагнитесь ко мне. Ниже, ниже, здоровяк вы эдакий.

Энди нагнулся, Елена взяла его за уши, притянула к себе и нежно поцеловала в лоб.