Мы из Бреста. Искупление - Вячеслав Сизов

— Да.

— Прекрасно. Тогда успокойтесь и давайте не будем играть в детские игры. Ни к чему нам шуметь и привлекать к себе внимание. Тем более что у вас убить меня не получится, только глупость сотворите. После которой нам придется расстаться, а мне этого не хочется. Поверьте, убить я вас могу куда быстрее и без оружия, голыми руками, чем вы воспользуетесь своим оружием. Кстати, почему вы на меня так ополчились?

— Вы виновны в том, что погибли люди доверившиеся вам!

— Интересно было бы знать, почему вы так решили и на чем обосновываются ваши выводы?

— Есть несколько причин не доверять вам. Вот они. Почему вы не воспользовались ходом, чтобы уйти из ловушки? Как вам удалось остаться живым в ходе штурма и почему вас не арестовали чекисты?

— И только то?

— Есть еще несколько вопросов, но о них позже.

— Хорошо. Я, конечно, мог бы вам не отвечать, но раз уж вы так просите. Начну с того что будь вы моим врагом я бы не сомневаясь ни на минуту вас бы уничтожил. Будь я штатным сотрудником НКВД, то просто арестовал, тем более что у меня есть ваша расписка о согласии работать на Германию, есть еще переданные вами важные агентурные данные. Мы же с вами спокойно сидим здесь в парке в центре столицы Грузии и ведем взаимовыгодную приятную беседу. Надеюсь, вы оценили мою откровенность и выслушаете меня до конца без попыток ее прервать силовым путем. Итак, я продолжу.

Во-первых начну с того что я должен был убедиться что все кто меня видел в доме Мусы, погибли. Рисковать ходом всей операции из-за выжившего свидетеля глупо — слишком высоки ставки в этой игре. Поэтому я и задержался.

Во-вторых. Воспользоваться ходом не удалось по той же причине что и хозяину дома с членами его семьи. Практически сразу после вашего ухода чекисты прорвались под стены дома и забросали комнаты первого этажа гранатами. Мне повезло, в этот момент я был у входа в комнату. Взрывной волной меня выбросило в коридор, а вот Мусе, Магомеду, Мадине, детям и еще нескольким женщинам нет. Они погибли от взрыва. Вход в подпол был завален трупами и упавшим шкафом. Разбирать завал у меня уже не оставалось времени. Когда я смог встать на ноги, то уходить в подземный ход было поздно. Штурмовые группы чекистов уже были в доме. Рисковать своей жизнью я не имел права. Дождавшись, когда в доме появятся мои люди я спокойно ушел с ними. Надеюсь, вам мои объяснения понятны?

— Да только непонятно откуда среди чекистов штурмовавших дом появились ваши люди?

— Простите Георгий. Я думал, что годы нахождения в подполье научили вас подстраховке. Тем более что вы сюда пришли с двумя помощниками, стоящими у ларька и которые всеми силами пытаются сделать вид, что я их совершенно не интересую. Если конечно это не переодетые сотрудники НКВД, следящие за вами и не пришедшие по мою душу.

— Это мои парни.

— Прекрасно. Одной проблемой меньше. Так вот в тот день я тоже подстраховался. На некотором удалении от нас двигалась еще одна машина с несколькими моими солдатами, одетыми в форму сотрудников НКВД. Старший группы моего прикрытия в случаи необходимости должны были сделать все, чтобы меня вытащить из переделки и зачистить территорию от свидетелей.

— Я не видел, чтобы за нами следовал кто-то на машине.

— Бывает. Вы не настолько профессионально и технически подготовлены, чтобы это заметить. Кроме того моя машина оборудована радиомаяком и следившая за нами автомашина отслеживала наше перемещение на удалении.

— Почему же они тогда не сообщили о засаде?

— У них был приказ действовать только в крайнем случаи. Кроме того люди следившие за домом могли быть вашей внешней охраной. Как вы понимаете сообщить мне о том, что за домом ведется наблюдение, они не могли и ждали дальнейшего развития ситуации. Им повезло, что руководивший операцией по захвату дома капитан НКВД посчитал их за красноармейцев, прикомандированных к местному Управлению из дивизии НКВД. С ним злую шутку сыграло наличие на солдатах соответствующей военной формы, транспорта и подлинных документов. До начала активных действий моим парням пришлось сидеть и не во что ни вмешиваться. Но как только начался штурм дома, они присоединились к штурмующим и вместе с ними ворвались в здание, где нашли меня у входа в дом. Местные чекисты посчитали меня своим, раненым в ходе боя. Тем более что первая волна атакующих уже поднялась наверх. Мои солдаты меня вытащили во двор, посадили в машину и вывезли из зоны оцепления. Ну а дальше было дело техники, документов и нашего агента в местном наркомате для заметания следов.

Уничтожение руководителей групп повстанцев никак не входило в мои планы. Поверьте, мне они нужны были живыми и здоровыми, так как от них зависел успех всей нашей операции по освобождению Кавказа. Я надеюсь, развеял ваши сомнения и ответил на интересующие вопросы? Кстати, мне бы тоже хотелось задать вам вопрос, который меня смущает. В доме после штурма я видел Исраилова и Муртазалиева. Почему вы меня им не представили?

— Я не знал, что они были у Мусы. — с удивлением в голосе ответил Георгий. — Ни Муса, ни Ахмед мне ничего не говорили об этом. Я не видел их ни в комнатах, ни на собрании. Мой знакомый из НКВД сказал, что они убиты и похоронены несколько дней назади, а где и при каких обстоятельствах погибли, ничего не было известно. Вы точно их видели, может быть, это другие люди?

— Вполне возможно, что я мог ошибиться. Так как лично с ними был не знаком. Опознал по фотографиям, что были в нашем распоряжении. Оба были одеты в форму сотрудников НКВД. С ними довольно дружелюбно разговаривал капитан, что руководил штурмом.

— Вот оно что... Возможно вы ошибаетесь. Если исходить из информации моих друзей они погибли 20 -го. Когда вы со своими солдатами покинули дом, он был целым?

— Относительно. Все же гранаты наносят определенный вред помещениям.

— Я не об этом. По словам соседей после того как дом был захвачен их туда пригласили забрать трупы погибших женщин и детей. Распоряжался всем капитан НКВД и пожилой человек в военной форме, хорошо знающий Коран и местные традиции. В самом доме находилось несколько сотрудников НКВД. После того как гражданские покинули дом, а затем отъехало несколько машин с солдатами, в доме произошел большой взрыв уничтоживший его.

Трупы Исраилова и Муртазалиева одетые в военную форму трупы были доставлены оперативной группой в областное УНКВД. По словам моего знакомого с ними очень бережно обращались. На следующий день их перевезли в Грозный и там были переданы родственникам погибших для захоронения. Трупы остальных погибших несколько дней хранились в морге НКВД, а затем были неизвестно где похоронены.

Как я уже говорил информации, где и как погибли Исраилов и Муртазалиев, нет. Вполне вероятно они погибли во время взрыва в доме Мусы. С учетом сказанного вами и той информации, что я располагаю, можно сделать некоторые неутешительные для нас выводы. Думается что создание "Горской партии" — дело НКВД. Таким образом, НКВД играло на опережение с целью уничтожения подполья. Возможно, что Исраилов с самого начала работал на НКВД и сливал информацию обо всех нас. Косвенно это подтверждается тем, что практически сразу же после гибели Исраилова в Орджоникидзе начались массовые аресты наших товарищей.