Войти в тень - Ольга Волоцкая

– Слышали обо всех этих сокровищах майя, инков и прочих ацтеков? Вот на них-то он и свихнулся. К слову, его заинтересовали именно ацтеки. Религия, боги, что-то там о Долине мертвых – ну куда ж без нее! – долгой дороге и так далее. У него есть материалы, расшифровав которые, кроме какой-то исторической ценности можно спокойно огрести кучу драгоценностей со всеми вытекающими. Хотя последнее его, кажется, мало волнует. Там что-то говорится о какой-то великой реликвии. Язык сломаешь, пока выговоришь их божественные имена. А шарик являлся как раз ключом ко всему этому. И к расшифровке, и к похождениям за артефактом. А его сперли и, что интересно, именно в ту ночь, когда наш красавец закончил полную расшифровку текстов. А ведь ему оставалось только закрыть выставку и рвануть в пампасы ловить удачу за хвост по строго определенной методике. Он уже был готов сплясать качучу от радости, но тут пришел наш доблестный капитан и обломал ему всю малину. Как его Лукас там же не убил, ума не приложу. А ведь очень хотел. Конечно, срочно вызвали полицию, туда-сюда, но когда клиент понял, что пользы с тех полисов как с козла молока, то ударился в панику. Там еще все привязано к фазам луны для полного счастья. Так что у него просто не оставалось выбора, как пойти на грандиозную авантюру и вызвать нас.

Меня слушали, не прерывая.

– Он очень торопится, очень. Первая наводящая информация попала к нему, как он уверен, а я пока не знаю, случайно, и дала серьезный толчок поискам. И вся эта выставка была задумана как легальная возможность довести его исследования, расчеты до логического конца. В то, что там сокровища вообще есть, он верит безоговорочно, даже я почти начал верить. Сила убеждения, однако. Таблицы, которые Лукас расшифровал, и сам перевод остались, но, насколько я понял, делать с ними без шарика нечего. Так что золоту и историческим ценностям, да и славе, можно спокойно сделать ручкой.

Я выщелкнул сигарету из пачки и закурил.

– Все понятно?

– Интересно, – протянул Стаковски задумчиво. – Ну, в нашей роли сомневаться не приходится. Март, а там точно не замешаны паранормы?

Я покачал головой.

– На этом уровне информации пока не видно.

– Кай, ты можешь проследить, откуда шли сбои?

– Уже.

Глаза Кая светились кошачьим зеленоватым светом, отражая мерцание развернутого шара голоэкрана.

– Они отлично спрятались.

Легкий поток мыслей Кая транслировался мной постоянно.

Я отошел к огромному окну и застыл в ожидании.

Яркая привычная картина улиц и огней, смешанных в бредовом электрическом коктейле, как всегда, завораживала меня. Я чувствовал все это. Каждым нейроном своего мозга, каждой клеткой тела.

Вполне понятно, почему телепатов так мало. Многие просто гибнут, так и не научившись владеть свои Даром. Когда на тебя впервые начинает обрушиваться, заползать внутрь, проникая в каждую пору, это странное состояние слышимости, проницаемости мира, трудно не сойти с ума. А мастерства контроля еще и в помине нет.

А мир падает на твою голову.

Это было мое самое первое впечатление при вскрытии Дара. Я не поленился потом выспросить у попавшихся знакомых аналогичного профиля, что было у них. Что любопытно, у всех примерно одинаково. И примерно одинаковые условия для первичного взятия контроля – одиночество.

Мир под ногами дышал своей жизнью. Засорял легкие дурными эмоциями, а голову глупостями. Тонул в чайной ложке страстей и возносился на бумажные горы триумфа. Мне было привычно. Мне было скучно.

Я потянулся к мыслям Кая и получил осаживающее: «Еще минут сорок».

И снова мой взгляд опустился в нервное переплетение города. Его людей, улиц, предметов и обжигающе терпкой ментальности. Не бывает пресных городов. Но некоторые способны набить оскомину.

Комната молчала.

Тени, расположившиеся в ней, были безмолвны и почти неподвижны. Только зеленоватый экран ноутбука разбрасывал вокруг себя мерцающие блики. Ясно видно было только одно лицо, освещенное этим светом. Остальные казались не более чем бледными масками в обрамлении блестящих волос.

Юноша, на вид лет пятнадцати, семнадцати, жадно прикипевший взглядом к монитору. Это была и жадность влюбленного, ждущего неуловимого письма, и жадность прожженного игрока, складывающего свой очередной гейм, и просто жадность ужасно любопытного человека.

Раскосые глаза еще более сузились, прищурившись, что придавало лицу классическое сходство с японскими гравюрами и одновременно роднило его со снайпером, следящим центром паутинной мишени за пытающейся скрыться целью.

Капризный изгиб губ вытянулся в упрямую полоску. Скулы резко выделились. Пушистые брови изогнулись упрямым луком.

Охотник искал свою добычу, цель. Он шел по следу.

И невозможно было в тот момент поверить, что призрак веселой «латины» когда-либо оставлял свой отпечаток в чертах этого лица.

Сосредоточенная, холодная уверенность самурая, отлично владеющего своим оружием.

Легкий шелест сенсклавиш…

Я почувствовал, как Кай начал немного расслабляться.

Все это время я простоял у окна, слушая город. Иногда полезно давать себе такую передышку и одновременно тренировку.

– Расчет окончен. Через полчаса будут результаты.

Его поза за ноутом стала более расслабленной, и только кончики пальцев немного лениво касались знаков сенс-клавиатуры.

Через полчаса Кай довольно хмыкнул и опять начал играть на клавиатуре с бешеной скоростью. Я совершенно точно знаю, что в этом он пользуется своим Даром. Иначе ему никогда бы не достичь такой скорости обработки данных.

– Есть. Это где-то вот здесь. Вот из этого района шла основная подача сигналов. Они их, конечно, десять раз перекодировали и перепосылали с прикрытием, но совсем это убрать невозможно.

И телекинетик довольно откинулся на диване, предоставляя нам возможность в очередной раз признать, насколько он крут, и выяснить наконец-то цель нашего сегодняшнего ночного визита.

Я не оракул, но вполне могу предположить, что на этом заказе много спать не придется. Впрочем, как обычно.

Разметка карты на экране переливалась условными огоньками обозначений. Интересующий нас район был отмечен красным контуром, и от нашей гостиницы туда шла тонкая ярко-изумрудная линия. Я прикинул, сколько времени займет поездка. Хорошо, что сейчас ночь, трассы почти свободны.

А райончик ничего себе, не самый заштатный. Что, в общем, следовало ожидать. Если люди могут себе позволить такую сложную интригу с возможными фатальными последствиями, то можно предположить, что платить за это будет не приют для бездомных животных.

Линия вела к довольно большому зданию. Его идентификация на этой карте малой развертки была затруднительна.