Чужой 3. Официальная новеллизация - Алан Дин Фостер

– Иди в задницу! Мне все известно о «дружеских» лицах Компании. Последнее, которое я видела, принадлежало говнюку по имени Бёрк.

Мужчина уже не улыбался.

– Мистер Бёрк оказался не лучшим выбором для сопровождения тебя в предыдущей миссии. Этого человека интересовало скорее собственное продвижение, а не следование политике Компании. Уверяю тебя, подобная ошибка больше не повторится. Вот почему прилетел именно я, а не какая-нибудь неопытная, чрезмерно амбициозная мелкая сошка.

– А у тебя, разумеется, нет личных амбиций.

– Я просто хочу тебе помочь.

– Ты лжешь, – тихо сказала Рипли. – Тебе наплевать на меня и на всех прочих. Ты просто хочешь забрать с собой чужого. У этих тварей вместо крови – кислота, а у вас, служащих Компании – деньги. Как по мне, разница невелика.

Бишоп Второй на миг опустил взгляд, но потом снова посмотрел на одинокую фигуру, стоявшую на платформе крана.

– У тебя есть много причин проявлять осторожность, но, к несчастью, мало времени. Мы просто хотим вернуть тебя домой. Нас уже не слишком заботит, что случится с чужим. Мы знаем, через что тебе пришлось пройти. Ты проявила невероятную храбрость.

– Чушь!

– Ты неправа. Мы хотим помочь.

– И что это значит?

– Мы хотим достать из тебя это существо.

– И сохранить его?

Бишоп Второй покачал головой.

– Нет. Уничтожить.

Рипли стояла на месте, покачиваясь. Ей хотелось поверить. Ощущая ее колебания, мужчина торопливо продолжил.

– Рипли, ты измучена, измотана! Остановись только на секунду. Остановись, подумай. Я думаю только о твоем благе. Корабль, на котором я прибыл, называется «Патна». На нем установлено новейшее хирургическое оборудование. Мы можем удалить из твоего тела плод, личинку – называй, как хочешь. Мы еще не придумали названий для различных стадий его развития. Операция будет успешной! Ты получишь долгую, насыщенную жизнь.

Рипли – теперь уже спокойная, смирившаяся – посмотрела на него сверху вниз.

– Спасибо, я уже прожила жизнь. Такую, о которой не приходилось никого спрашивать, за которую ни перед кем не приходилось отвечать.

Мужчина умоляюще вскинул руку.

– Ты не в состоянии мыслить здраво, Рипли! Мы признаем, что совершали ошибки. Мы не знали, что происходит. Но мы можем их тебе компенсировать – за все потерянное время. У тебя еще могут быть дети. Мы выкупим твой контракт. Ты получишь все, что заслужила. Мы у тебя в долгу.

Рипли покачнулась.

– Вы не заберете его с собой?

– Нет. Теперь мы понимаем, с чем столкнулись. Ты была права с самого начала. Но времени все меньше. Позволь нам этим заняться. Операционная на корабле уже готова.

Биотехник, который стоял за спиной представителя Компании, выступил вперед.

– Все пройдет очень быстро. Безболезненно. Всего лишь несколько надрезов. Вас отключат только на пару часов, и все. А потом вы снова встанете на ноги, как новенькая. Снова целой.

– Какие у меня гарантии, что вы уничтожите эту тварь после того, как достанете ее из меня?

Бишоп Второй приблизился еще на шаг. Теперь он стоял довольно близко.

– Тебе просто придется мне поверить, – он протянул ей руку. – Поверь. Мы только хотим помочь.

Рипли задумалась. Взглянула на Эрона, на Морзе, которые смотрели на нее. Перевела взгляд обратно на Бишопа Второго и захлопнула решетчатую дверь.

– Нет…

Рипли кивнула Морзе, и тот стукнул по кнопкам, приводя кран в движение. Площадка отошла от лестницы и замерла над печью. Бишоп Второй успел дотянуться до Рипли, схватил ее за руку, но она вырвалась и отшатнулась. Солдаты открыли огонь, и Морзе, получив пулю в плечо, свалился за панель управления.

Эрон поднял обломок трубы и, проворчав: «Чертов андроид!», с силой ударил Бишопа Второго по голове. Солдаты отреагировали мгновенно, и пули отбросили Эрона на пол. Представитель Компании покачнулся, лицо его исказилось. Из разбитой головы потекла настоящая кровь.

– Я… не… андроид, – изумленно пробормотал мужчина и упал.

Рипли схватилась за грудь.

– Оно шевелится.

Люди Компании бросились к Бишопу Второму. Он повернулся на бок, глядя на Рипли.

– Сделай это для нас. Для себя.

По лицу Рипли расплылась блаженная улыбка, а потом она практически прорычала:

– Ни за что!

Платформа оказалась точно над котлом. Живот скрутило, и Рипли пошатнулась. Она спокойно, полностью держа себя в руках, подошла к краю. Под ногами бурлило озеро расплавленного металла. На коже уже вздувались волдыри: преисподняя тянулась к ней щупальцами жара, манила.

– Поздно!

– Еще нет! – умоляюще крикнул Бишоп Второй.

Снова пошатнувшись, Рипли прижала руки к груди.

– Прощай.

– Не-ет! – взвыл Бишоп Второй.

Рипли шагнула с платформы и исчезла в бурлящем котле.

Морзе поднялся как раз вовремя, чтобы увидеть ее падение. Он смотрел, схватившись за раненое плечо, и бормотал:

– Мертвые – не мертвы. Они уходят ввысь. Возносятся.

Биотехники, которым больше ничего не оставалось делать, перевязали Морзе. Остальные сотрудники Компании безмолвно, не разговаривая даже друг с другом, принялись методично выключать печь, очистительный завод и все прочее, что оставалось от трудового исправительного учреждения «Ярость-361» компании «Вейланд-Ютани».

В пустоте носятся сообщения. Вечно блуждают призраки радиопередач, эхо сказанных слов и угасших жизней. Время от времени их обнаруживают, перехватывают, расшифровывают. Иногда они что-то означают для тех, кто их слышит, иногда – нет. Иногда они длинные, иногда – короткие. Например…

– Говорит Рипли, последний выживший член экипажа «Ностромо». Конец передачи.