Обратно в СССР - Геннадий Марченко

Фёдор Велимирович Глазунов, державший в руках точно такую же книгу, тоже не мог сдержать улыбки. Именно он с подачи Николая Афанасьевича пробил издание моей повести через облпотребсоюз тиражом в 3 тысячи экземпляров. У Глазунова были ещё какие-то свои подходы к директору типографии «Пензенская правда», но о подробностях он предпочитал не распространяться. Я только знал, что типография специализируется отнюдь не на книгах, хотя технологический процесс уже давно апробирован, линия имеется, но раньше всё как-то обходились максимум брошюрками.

– Две тысячи пустим в реализацию через киоски «Союзпечати», остальное пойдёт в библиотеки, в том числе школьные и институтские, ну и, кому надо, тоже вручим по книжке, – тем временем рассуждал Фёдор Велимирович. – Ермину можно парочку подарить, Щербакову, опять же…

– И Мясникову, – вставил я свои пять копеек.

– Ну и Георгу Васильичу, пожалуй, тоже, – согласился собеседник. – Естественно, о тебе тоже не забудем, Сергей Андреич, десять авторских получишь. Или тебе больше надо?

– Да нет, что вы, мне и десяти достаточно.

– Так ты не расстроился, что гонорар не получил? А то мы и без того вложились в издание…

– Ничего страшного, это, так сказать, подарок землякам, чтобы знали историю родного края. Да мы и не бедствуем, если уж на то пошло.

– Слышал я, слышал, что у тебя книжки в центральных журналах печатают, да и с песен небось что-то капает, так ведь? – подмигнул Глазунов, довольно оскалившись.

Тут он был прав, особенно насчёт песен. Не знаю, как так получилось, но уже меньше чем через месяц после того, как «Весёлые ребята» спели на нашем корпоративе «Миллион алых роз», на адрес Валентины стали приходить авторские отчисления за текст от ВААП. Песню уже пела вся страна, и даже на Всесоюзном радио то и дело крутили в программе «Рабочий полдень». Набирала обороты и песня «Потому что нельзя», а со дня на день должна пробить себе дорогу и «Позови меня с собой». Учитывая, что в этих двух песнях обошлось практически без всяких там Паулсов – разве что в «ПМС» подсуетился Слободкин как соавтор музыки, – навара мы имели ещё больше. Что-то мне подсказывало: скоро мы будем кататься, словно сыр в масле. Низкий поклон вам, поэты и композиторы будущего!

К слову, у Рината и его супруги дела с пакетами тоже шли неплохо. Решив, что он вполне может обойтись и без Костика, Ринат принялся реализовывать пакеты самостоятельно, через знакомых на рынке и в «Мясном пассаже». Скинул цену на треть, и пакеты улетали только так. Даже со скидкой на руки получал больше, нежели от реализации Костика. Несчастный фарцовщик, поняв, что его кинули, пытался найти справедливость, в том числе и ко мне обращался, чтобы я воззвал к совести соседа. Ну а что я мог поделать? Татары – народ такой, если упрутся – фига с два их сдвинешь.

Больше Костика я не видел. Наверное, отправился искать другого поставщика. Либо решил сосредоточиться на фарце, не отвлекаясь на пакеты.

Спустя неделю после выхода «Крепости на Суре» в овощной магазин вошли необычные посетители. Все как один в строгих костюмах с галстуками, с папками и портфелями, и в первый момент, наблюдая за ними в щёлку из-за неплотно прикрытой двери, я подумал, уж не ревизия ли какая к нам пожаловала. Смотрю, и Чистяков здесь же, крутится промеж «людей в чёрном», выпроваживая подзадержавшуюся пожилую покупательницу и закрывая за ней дверь. Обычно, как рассказывала Валя, о проверках её предупреждают заранее благодаря связям начальства в определённых кругах. Но мало ли, вдруг это такая проверка, что и связи руководства «Плодовощторга» оказались бессильны! Взяли нашего несчастного Ивана Степановича под белы руки и приволокли сюда, а он и не успел ничего предпринять, а теперь места себе не находит.

– Так, и где наши герои?

Увидев человека, который это произнёс, я чуть не присел. Ба, да это же сам Георг Васильевич Мясников к нам пожаловал. И похоже, отнюдь не с проверкой. Что и подтвердилось, когда мы с Валентиной предстали перед высокими гостями.

– Надо же, и правда, завмаг и грузчик, – хохотнул Мясников, повернувшись к Чистякову.

Тот улыбнулся в ответ:

– Вот такие у нас кадры, Георг Васильевич, растим, так сказать, помаленьку.

– Ваши стихи, Валентина Александровна, очень даже хороши, а песня вообще получилась изумительная. Моя жена постоянно напевает «Миллион алых роз», уже и не знаю, куда от неё спрятаться. Даже хорошего должно быть в пределах разумного.

Сопровождавшие Мясникова чиновники угодливо захихикали, а тот тем временем обратил внимание на меня:

– А вы, Сергей Андреевич, оказывается, серьёзный писатель. Ознакомился я с «Печальным детективом». А на днях ещё и вашу историческую прозу мне принесли. Вот это я понимаю – патриот родной земли! Учитесь, товарищи!

И вновь массовое согласие, кивание и одобрительный гул. А Таня, смотрю, тем временем под шумок пытается выпроводить из торгового зала большую чёрную муху, нагло садящуюся то на одного посетителя, то на другого.

– Хотя, признаться, «Печальный детектив» я не сразу принял, – сообщил второй секретарь обкома КПСС, понизив голос. – Только когда перечитал, понял, что да, не мешало бы периодически показывать правду жизни. Но, поймите и вы меня, даже правду нужно уметь правильно дозировать. Ну а что касается «Крепости на Суре» – здорово! Скажу откровенно… Читаешь иной раз заумные статьи наших краеведов – и спать хочется. Вот чего нам не хватало: исторических фактов, поданных в художественной манере. Понятно, не «Три мушкетёра», но читается легко, спасибо за книгу, Сергей Андреевич.

Пожав протянутую руку, вспоминаю, что в той реальности в 1984 году Мясников должен был опубликовать книгу «Город-крепость Пенза», правда, без художественных изысков, а чисто научное произведение. Теперь уже, глядишь, и не напишет.

Ну, это уже, как говорится, не мои проблемы. Главное, что сейчас Георг Васильевич оказывает мне такую поддержку, что можно даже и нос немного задрать. На волне оптимизма делюсь с гостем планами относительно следующей книги о Золотарёвском городище, планируемой к написанию в такой же манере. Мол, наши храбрые предки буртасы ценой собственной жизни преградили дорогу туменам хана Батыя…

– Да, да, да, как же, помню, о вас мне и говорили, что вы дали старт раскопкам на Золотарёвском городище. А если ещё и книгу напишете, вообще замечательно! В этот раз, насколько я знаю, печатали в нашей пензенской типографии… Кстати, где повесть? Алексей, книга у тебя в портфеле была вроде бы… Ага, вот она, «Крепость на Суре». Неплохо, но качество, согласитесь, не идеальное. Уж такое произведение можно было бы напечатать и в более приличном виде, хотя и за это спасибо Глазунову. Ну ничего, уж я приложу все силы, чтобы в следующей редакции повесть издалась в твёрдом переплёте и прошитой. А то пока вашу книгу листал – несколько страниц отклеились. А вот когда напишете о Золотарёвском городище – сразу ко мне. Есть у меня знакомые в издательстве «Художественная литература», хочется верить, что пробьём издание без всяких очередей. Уверен, книга будет неплохо продаваться, издательство в убытке не останется. С вас остаётся только рукопись, и желательно хорошего качества. Впрочем, помня ваши предыдущие книги, я более чем уверен, что всё у вас получится.