Заповедник - Андрей Егоров

– Что-то я не пойму… Куда мы спешим?

– А мы и не спешим, – ответил Новицкий.

– Как же вы не спешите, когда открыли два ящика и сразу принялись штуковины из них друг к другу применять? Как дети, честное слово! Тут вот еще три ящика стоят. А вы их даже открывать не стали. И меня в сборку этого неполного конструктора втянули…

Химель утер пот со лба.

– А ведь и правда! Почему вы решили сразу что-то сконструировать, Ян? По технике соскучились?

– Так надо, – ответил Новицкий и сплюнул.

– Почему так надо? – удивился доктор.

– А чего нам еще делать?

– Да посмотреть хотя бы, что в других ящиках, – ответила Инна.

– Странно, – прошептал Химель, – Мне как-то даже не пришло в голову… Я так заразился энтузиазмом Яна…

Новицкий хмыкнул, потер подбородок:

– Сейчас посмотрим, что в других контейнерах, и быстро соберем агрегат!

– Почему быстро? – осведомилась Инна.

– Потому что так нужно! – отрезал штурман. – Уже и вечер скоро… Кстати, мне бы подкрепиться не мешало… Я сейчас отойду на несколько минут. Скоро буду. Молока по-прежнему не хотите?

Химель закатил глаза, Инна поморщилась. Новицкий продрался в узкое пространство между решеткой и камнем и полез наверх – к сфицерапсам.

Девушка проводила штурмана скорбным взглядом и сказала:

– Он пугает меня все больше… Да и вы, доктор, ведете себя как-то странно.

– Я?! – удивился Химель.

– Почему вы кинулись собирать этот прибор с такой поспешностью?

– Наверное, это от жары. Не подумал.

– Нет, это чужая планета на нас так влияет… И себя я тоже ловлю на том, что у меня мысли очень странные появляются… К примеру, мне уже не кажется таким ужасным, что Новицкий пьет это молоко…

– Что же тут удивительного? Я бы сейчас сфицерапса целиком съел, – вздохнул Химель. – Может, пока Новицкий ест, я хоть схожу попью? Воды, конечно…

– Потерпите! – попросила Инна. – Давайте без Новицкого остальные ящики посмотрим. А то придет, опять начнет права качать…

Девушка подошла к небольшому контейнеру, без труда сдвинула крышку и извлекла из него параллелепипед со множеством отверстий и шестиугольной выемкой.

– Любопытно, – заметил Химель.

– Да, любопытно… – отозвалась Инна. – Зачем вообще нужны металлические сейфы, если они даже не заперты на замок?

Химель посмотрел на девушку поверх очков.

– Тут нет ничего странного. Стало быть, контейнеры – не защита от разумных существ, а предназначены для того, чтобы сберечь оборудование от плохой погоды и животных, которые просто не догадаются, что надо нажать на потайную кнопку… Но я говорил не об этом…

– А о чем же?

– О том, что шестиугольная выемка на этом приборе в точности соответствует размерам золотого слитка, которых тут множество. Может быть, попробуем их совместить?

Инна с подозрением посмотрела на доктора.

– Михаил Соломонович, вы опять торопитесь.

– Вы же говорили – надо спешить, пока нет Новицкого.

– Хорошо. Давайте только сначала посмотрим, что в других сейфах.

Еще один матовый ящик был доверху набит множеством тонких изогнутых стержней с креплениями на концах. Стержней было не меньше сотни. Из того же серебристого металла. Каждый стержень легкий, словно перышко, почти невесомый.

В пятом лежала золотистая коробка, отличающаяся по цвету и от золотых слитков, и от серебристых деталей установки. Одна из ее граней была снабжена восемью вращающимися рукоятками. Риски на рукоятях показывали на градуированные неизвестными цифрами или знаками шкалы.

Шестой ящик оказался пустым.

– Это вообще странно, – заметил Химель. – Почему контейнер пуст?

– А почему там что-то должно лежать? – переспросила Инна.

– Как-то глупо тащить в такую даль пустой сейф…

– Может, его и не тащили. Впрочем, зачем строить догадки? Будем проводить эксперимент?

– Какой?

– С маленьким ящиком. Куда можно вставить плитку золота.

– Хорошо, давайте, – согласился Химель. – Может, это обычная плавильная печь? То-то смеху 6удет! Вставили слиток – получили лужицу золота. Впрочем, чтобы расплавить столько золота, нужно много энергии. А силовых кабелей я тут не вижу… Подключать оборудование не к чему.

– И все же… – тихо сказала девушка, беря в руки слиток. – Надеюсь, это не бомба?

– Да уж вряд ли…

Поставленный на один из сейфов параллелепипед словно предлагал заполнить вырез в корпусе. Без золотого бруска он выглядел незавершенным.

Инна примерилась и установила слиток в углубление. Раздался негромкий щелчок, аппарат тихо загудел, отдельные отверстия в нем засветились. Другие перемигивались.

– Ой, работает! – выдохнула Инна.

В это мгновение что-то произошло. Воздух завибрировал. Послышался едва уловимый гул. Инна тонко вскрикнула. Химель от изумления потерял дар речи. В пещере появилось странное существо. Оно стояло на четырех выгнутых дугой лапах. И усиленно размахивало четырьмя другими, верхними, расположенными друг к другу под углом в девяносто градусов. Туловище существа плавно переходило в голову, а на голове, над каждой рукой, имелся желтоватый фасетчатый глаз.

– Паук! – прошептала Инна.

– Эт-то не паук, – возразил Химель. – Умоляю, Инна, не кричите – возможно, оно реагирует на голос.

Существо, однако, не обратило на людей никакого внимания. Оно по-прежнему размахивало лапами, а шишка на голове существа начала пульсировать, излучая слабый багровый свет. Строение восьмилапого было абсолютно симметрично. Более того, его тело имело симметрию четвертого порядка.

Каждому россиянину, который учился в школе, разумеется, отлично известно, что фигура, имеющая симметрию четвертого порядка, при повороте на девяносто градусов переходит сама в себя.

Инна отступала, пока не уперлась в стену: инопланетянин вызвал у нее панический ужас.

– Мне кажется, он нас даже не слышит, – предположил Химель. – Не все существа обладают слухом!

– Зрением-то он, по крайней мере, обладает, – вздохнула Инна.

– Но узнать, видит он нас или нет, не представляется никакой возможности. Фасетчатые глаза не фокусируются… Может, стоит войти с ним в тактильный контакт? – предложил Химель.

– Что вы имеете в виду?

– Потрогать руками… Дать ему, чтобы он нас потрогал.

Инна взвизгнула.

– Я не позволю этому к себе прикасаться! Лучше я спрыгну в пропасть. И сама его трогать не стану ни за какие коврижки.