Заповедник - Андрей Егоров

– Вы думаете, может получиться? – Инна с сомнением поглядела на контейнер.

– Попробовать, во всяком случае, стоит. – Михаил Соломонович пнул контейнер. – Другой возможности одолеть решетку я не вижу. Да и вообще, что мы теряем? Ящик? Так он нам в общем-то и не нужен…

Приготовления заняли не меньше часа. Обливаясь потом, доктор Химель толкал тяжелый оружейный контейнер к краю обрыва. Серьезным препятствием являлись торчащие повсюду камни. Да и путь до края обрыва получился неблизким: сфицерапсы опустили контейнер в самый центр «гнезда».

Инна, выбиваясь из сил, помогала доктору. «Птички» наблюдали за действиями людей с безразличием, плотные веки скрыли их желтоватые глаза. Они сохраняли почти абсолютную неподвижность, только крылья слегка подрагивали время от времени. Новицкий так и не проснулся, продолжая во сне ругаться и похрюкивать.

Наконец, им удалось дотащить контейнер до края «гнезда». Химель перегнулся, примеряясь к нижней площадке.

– Нормально, – сказал он наконец, обошел оружейный ящик и уперся в него…

Контейнер свесился через край и рухнул вниз. К счастью, он угодил точно на нижнюю площадку. От сильного удара крышка распахнулась, но защелка не сломалась.

Инна повесила на шею оставшиеся ремни и легко соскользнула вниз. Михаил Соломонович изо всех сил вцепился в веревку, подстраховывая девушку…

– Все в порядке, – крикнула Инна снизу.

– Отлично. – Химель разжал ладони и заспешил к краю «гнезда». – Поставьте контейнер поближе к пропасти. В противном случае вам ни за что его не сбросить, когда вы наберете в него камней.

– Хорошо, – откликнулась Инна, сдвигая ящик к краю.

Доктор принялся собирать булыжники, выбирая те, что помассивней, и сбрасывать их вниз, на площадку. Девушка укладывала камни в контейнер. Трудились они так довольно долго. Продев ремни через крепежные петли, Инна привязала контейнер к решетке. Затем закрыла крышку и защелкнула замок.

– Отлично! – крикнул сверху Химель. – Когда будете сталкивать контейнер, соблюдайте осторожность. Вам надо вовремя отбежать.

– Я справлюсь. – Девушка улыбнулась.

– Инна, – вдруг заволновался доктор. – вы знаете что, я передумал. Давайте-ка я спущусь вниз и сам столкну этот проклятый контейнер!

– Да не волнуйтесь, Михаил Соломонович, все будет в порядке, – Инна присела, стараясь сдвинуть тяжелый ящик с места. У нее ничего не вышло. От напряжения девушка покраснела до самых корней волос. – Не могу! – сообщила она. – Надо было его поставить ещё ближе.

– Попробуйте ногами, – посоветовал Химель.

Инна присела у стены, уперлась спиной в стену, а ступнями в стенку ящика. Миллиметр за миллиметром он начал сдвигаться к обрыву.

– Идет! – крикнул доктор Химель. – Еще немного…

Контейнер накренился и завис над пропастью. Инна вскочила и кинулась в сторону. В тот же миг ящик рухнул вниз. Краткий полет и удар – ремни натянулись и лопнули. Послышался грохот камней и металла. Контейнер продолжил падение, ударился несколько раз о скалу и с оглушительным звоном врезался в землю.

– Ремни не выдержали! – крикнула Инна.

– Я видел. – Михаил Соломонович огорченно вздохнул и поправил очки. – Ничего у нас с вами не вышло. Так я и знал.

– Нет… – девушка скрылась за выступом скалы, и через мгновение доктор увидел ее улыбающееся лицо, – несколько дюбелей все же выбило. И даже решетку погнуло! Видите, земные технологии круче инопланетных! У нас лучшие ремни, самые тяжелые ящики… И самые изобретательные люди! – добавила она, так что Михаил Соломонович даже покраснел от удовольствия. – Я могу попробовать пролезть и пещеру, – сообщила Инна.

– Отлично, – воодушевился Химель.

– Эй, какого черта тут происходит?! – услышал он вдруг и резко обернулся…

От неожиданности у доктора по спине пробежал озноб. Он сглотнул. Внешность Новицкого изменилась самым пугающим образом. Лицо его из розового сделалось отчетливо серым. Волосы заметно поредели, и надо лбом выделялась кроваво-красная язва. Еще одну язву Михаил Соломонович, приглядевшись, заметил на шее штурмана.

– Какого черта?! – повторил Новицкий и потрогал лоб, куда так пристально смотрел доктор Химель. Когда он отнял руку от лба и поднес к глазам, на пальцах у него остался целый клок светлых волос. – Что это?!

– Боюсь, Ян, ваше положение самое серьезное. – Михаил Соломонович решил воспользоваться моментом замешательства пострадавшего от молока штурмана и перейти в наступление. – Вы серьезно больны! И вы погибнете, теперь в этом нет никаких сомнений, если немедленно не дадите мне себя осмотреть!

– Что у меня с головой? – ошарашенно проговорил Новицкий.

– У вас на голове язва, – сообщил Химель, – действовать надо срочно…

– Может, это вовсе и не язва, – пробормотал Новицкий, – так уж и язва…

– Вы отнеслись без внимания к моим словам. – Михаил Соломонович сделал шаг к Новицкому, тот, наоборот, отступил, словно не хотел приближаться к Химелю близко. – И вот теперь пожинаете плоды, – продолжал доктор. – Я не верю, чтобы этот процесс был необратим. Давайте же посмотрим, что можно сделать…

Инна тем временем забралась с нижней площадки наверх по оставшимся ремням. При виде Новицкого девушка ахнула.

– Как вы себя чувствуете, Ян? – спросила она, ощутив мгновенный укол жалости. Еще недавно она готова была пристукнуть штурмана булыжником, теперь же, увидев, что с ним произошло, испытывала сострадание к смертельно больному.

– Все бы ничего… – Новицкий полез под мышку и принялся ожесточенно чесаться. – Только у меня все тело зудит. И говорить как-то трудно. Кажется, у меня горло опухло…

– Вполне возможно, – кивнул Химель, – железы могли воспалиться. А я ведь вас предупреждал!

Доктор решительно потянулся к кровоточащей ране на голове Новицкого. Штурман нахмурился и сделал еще один шаг назад:

– Убери от меня свои руки, Химель, пока я их не оторвал!

Михаил Соломонович остановился.

– Почему вы не хотите, чтобы я вас осмотрел?

– Ты можешь мне занести какую-нибудь заразу… Сам же сказал, что у меня на голове язва, а у тебя все лапы в пыли…

– Да самая явная зараза – у вас на голове! – взорвался Михаил Соломонович и тут же взял себя в руки, осознав, что имеет дело с больным пациентом и резко себя вести не имеет права. – Может, и не зараза, – поправился он. – Скорее некоторые внутренние изменения. Давайте-ка я проведу обследование, и все станет ясно…

– Это у меня третий глаз растет, – объявил штурман. – И тебя, Химель, я насквозь вижу. Только и думаешь, как бы меня прикончить! Со стервой этой, что меня булыжником по голове ударила, сговорились, да?! Я вам так просто не дамся.

– Вели бы себя нормально – никто бы вас не тронул, – проговорила Инна, – а то корчили из себя неизвестно кого. И сейчас ведете себя как ребенок. Доктор вам вреда не причинит. Тоже придумали. – третий глаз! Может, это не глаз вовсе, а рог у вас растет!