Заповедник - Андрей Егоров

– Тогда я Химеля сброшу, – пригрозил штурман.

– Испугал, – фыркнула Инна, – сбрасывай сколько влезет, мне все равно.

– Не сомневался в этом, – проворчал Новицкий и многозначительно поглядел на доктора.

У Михаила Соломоновича от такого женского вероломства выступили на глаза слезы. Он и не заметил, что Инна ему подмигнула. Зато это заметил Новицкий.

– Что ты там время теряешь! – взревел он, вцепившись в прутья решетки. – Давай ящики вскрывай, дура бестолковая!

– Неужели вы не можете конструктивно общаться, Ян? – спросил Химель. – Вы ведь образованный человек… В летной академии учились.

– Учился, – откликнулся Новицкий. – А вам-то что?

– Я просто хочу сказать, что вы должны думать о своем здоровье. Вы сейчас в очень нестабильном состоянии, ваш организм…

– А ну заткнись! – перебил доктора Новицкий. – Я себя чувствую превосходно.

– Но язвы? – не унимался Химель. – И только посмотрите на свой цвет лица…

– Язвы – ерунда, – уверенно заявил штурман. – Язвы пройдут… Что ты там копаешься?! – зарычал он, вглядываясь в сумрак, царящий в пещере.

– Никак не могу отодвинуть крышку, – пожаловалась Инна, – очень тяжелая.

– Давайте я пролезу и помогу, – предложил Михаил Соломонович.

Новицкий уставился на него с подозрением.

– Вы чего задумали? – прорычал он. – Я вас насквозь вижу.

– Послушайте, Ян, это то, о чем я говорил. Вы должны мыслить конструктивно. Я просто хочу зайти и помочь Инне открыть тяжелый ящик.

– Нет! – отрезал штурман и заявил: – Я сам ей помогу!

Он вцепился в решетку и рванул ее на себя. Бугры мышц вздулись на его руках, шея напряглась и посерела ещё больше. Только сейчас Михаил Соломонович заметил, что Инна права, и мускулатура Новицкого действительно заметно увеличилась. Штурман присел, продолжая тянуть на себя решетку. Послышался скрежет, несколько дюбелей вылетели из камня, и проход в пещеру существенно расширился.

– Фуф-ф-ф, – выдохнул Новицкий и самодовольно посмотрел на Химеля: – Что, слабо такой трюк повторить?

– Слабо, – согласился Михаил Соломонович. – Хорошо, Ян, что вы справились с этой задачей. Теперь мы все можем в спокойной обстановке осмотреть ящики.

Штурман заворчал и полез в пещеру. Прутья решетки цеплялись за одежду, но он все же протиснулся правда, слегка порвал выпачканную молоком сфицерапсов летную куртку. Доктор Химель направился следом за Новицким. Для него ширина прохода оказалась более чем достаточной.

– Что тут?! – буркнул Новицкий, приблизившись к Инне. Он вцепился пальцами в крышку контейнера и рывком отодвинул ее в сторону.

Михаил Соломонович поспешил вперед и первым заглянул внутрь. В контейнере оказался странный агрегат цилиндрической формы, гладкие бока которого отливали серебристым блеском. С одной стороны цилиндр был идеально гладким, с другой – словно огранен.

– Что это за штуковина? – Новицкий дотронулся до серебристой поверхности и констатировал: – Металл. Но какой – не пойму… Иридий – не иридий, осмий – не осмий…

– Соли иридия, как известно, разноцветные, – сказал Михаил Соломонович, – отсюда и его название. Иридий – по-гречески «радужный». А окислы осмия имеют резкий запах. Так что ваши предположения неверны.

– Может быть, платина? – предположила девушка.

– Нет, это не платина, – протянул Новицкий. – Хотя кто его знает! Может, сплав какой… Подозрительно легкая эта штука. Наверное, пустая внутрях.

– Давайте посмотрим, что в других ящиках, – предложил Химель.

Во втором контейнере оказалась полусфера из такого же серебристого металла, что и цилиндр. Она имела довольно глубокий вырез в форме параллелепипеда и углубление в форме небольшого цилиндра.

– Мне кажется, это части одного механизма, – догадался Михаил Соломонович. – Смотрите, радиус полусферы точно совпадает с радиусом основания цилиндра! Должно быть, вместе они образуют единое целое.

Новицкий посмотрел на Михаила Соломоновича с неодобрением и заявил:

– Ежику ясно, что это части единого целого, Химель… Можешь так не орать.

– И вы знаете, как собирать этот прибор? – саркастически осведомился доктор. – Может быть, вам известно, для каких целей он предназначен?

Штурман задумался.

– Нет, – сказал он наконец, – хотя кое-какие догадки у меня имеются.

– Так поделитесь с нами. – Инна сердито посмотрела на Новицкого. – Докажите, что вы достойны того, чтобы называться человеком! А то мы уже начали об этом забывать.

– Ладно, – буркнул Новицкий, – после поговорим, кто человек, а кто не очень. Давайте-ка доставайте детали из ящиков! Сейчас соединим их и посмотрим, что к чему…

– Меня вот какой вопрос занимает, Ян, – сказал Михаил Соломонович, помогая штурману вынимать из контейнера неожиданно легкий для такого размера цилиндр, – как получилось, что вы здесь оказались раньше нас? Ведь в челноке мы были вместе? Могу поклясться, что, пока мы летели в оружейном ящике, прошло не больше полутора часов…

– А я знаю?! – буркнул Новицкий. – На этой чёртовой планете все взбесилось, включая время.

– Включая тебя, – пробормотала Инна.

– Чего-о-о? – рассердился штурман…

– Следовательно, у вас тоже нет ответа на этот вопрос! – Михаил Соломонович вздохнул, разжал пальцы, и край цилиндра упал ему на ногу.

– А-а-а-а! – закричал Химель и запрыгал по пещере. – Проклятие! А-а-а!

– Хе-хе-хе, – засмеялся штурман. – Вместо того, чтобы болтать, лучше бы держал крепче.

– Вот маркировка! – Инна указала на неравномерно нанесенные на края деталей линии. – Я так понимаю, необходимо совместить рисунок! И все у нас получится.

– Это же надо, главная взбесившаяся догадалась! – фыркнул Новицкий. – Ясное дело, совместить… Хотя, по большому счету, какая разница? Цилиндр полностью симметричен. Видимо, внутри он устроен сложно…

– Вы думаете, он пустотелый? – спросила девушка.

– Был бы полный – мы бы ящик с места не сдвинули. И цилиндр этот без ящика тоже, – ответил Новицкий. – Но крепкий, надо заметить…

– Почему вы так решили? – поинтересовался Михаил Соломонович.

– Да потому, что, когда ты его о камень грохнул, на нем и царапины не осталось. Не говоря уже о вмятинах.

– Я его на ногу себе грохнул, а не на камень.

– Нет, ногу он только зацепил, – хмыкнул Новицкий. – Если бы он на ногу упал, тебе бы, доктор, самому доктор понадобился… – Штурман мерзко захохотал. – А здесь докторов нет. Вот и остался бы ты, Химель, без ноги!

Инна встряхнула волосами, отошла от мужчин, пыхтящих над цилиндром и сферой, и заявила: