Системная ошибка - Дмитрий Заваров

А между тем не наблюдалось в обозримом пространстве никакого Прапора. Залитый луной карьер – вот он. И спины товарищей равнодушно маячат впереди. И бегают блики на поверхности подступившего к самой дороге озера. Все это есть, все это можно потрогать. А Прапора нет. Но при этом он тоже есть!

Где-то читал, что при шизофрении в голове начинают звучать голоса. Не хотелось бы, конечно. Но факт налицо. А самое удивительное, что это меня нисколько не взволновало.

– Твой Врач во многом был прав, – сообщил меж тем Прапор.

– Насчет чего?

– Насчет потенциала системы, состоящей из миллионов нейрофонов. Но только он недооценил масштаб. Потому что не учел кое-что: в роли центрального процессора в нашем случае выступает предмет, сам по себе обладающий неограниченным потенциалом.

В памяти прокрутились слова Врача о возможности физического воздействия на реальность. Это он-то недооценил масштаб?

– Недооценил, недооценил, – снисходительно уверил Прапор. – Тут у нас уже не о воздействии, а о создании новой реальности впору говорить. Так что твой Медбрат пока так, на мелочи разменивается.

– Например?

– Будущее предсказывает, например. Ты думаешь, он типа пророка? Хрен там. Берешь исходные данные, задаешь направление, и система вычисляет результат с практически стопроцентной точностью. Похоже на чудо. Но всего лишь дело техники.

– Ты хочешь сказать, что ему сейчас известен результат нашей затеи?

В реальной жизни я обращался к Прапору на вы, но тут само собой получилось вот так фамильярно. Выкать голосам в голове как-то…

– Я очень надеюсь, что результат вашей затеи он просчитал с ошибкой, – сказал Прапор. – Из-за того, что одна деталь: ты тоже способен на контакт с артефактом.

– А разве нейрофон для этого не нужен?

Блин, вообще, конечно, странно: иду, мирно веду мысленную беседу с человеком, который уже несколько недель пытается меня убить… И ничего, даже интересно наблюдать за развитием событий.

– И никогда не был нужен. Если бы ты немного развил свои способности, то смог бы и в любом другом месте быть на связи.

– Какие способности?

– Особые. Все, на кого не цепляется нейрофон, обладают ими. Раньше из таких получались колдуны да шаманы. Теперь вас называют экстрасенсами. А с нейрофоном вы, ребята, вообще горы можете свернуть. В буквальном смысле.

Прапор закурил, пару раз затянулся, почесал нос и неожиданно добавил:

– Поэтому давай-ка прямо сейчас пристрели своего Медбрата, пока не поздно.

Я опешил, даже с шага сбился:

– Чегой-то?!

– Тогой-то! Дойдет до артефакта, мало не покажется!

– Какого артефакта-то?

– Какого надо. Куда он вас всех ведет? Вот если дойдет – всем хана.

– Вам всем хана! – возразил я. – Вы людей на нейрофоны подсадили, вот вся эта ваша контора медным тазом и накроется!

– Дурак ты, – поморщился Прапор. – Сам же чувствуешь, что ему верить нельзя.

– Это тебе верить нельзя! Ты меня как бешеную собаку по всей Москве гоняешь.

– Это я немного сглупил, – признал Прапор. – Надо было тебя сразу к себе брать. Или убить. Но я решил попутно этих «сопротивленцев» разгромить, чтобы под ногами не мешались. А потом уже поздно было. Не смогли мы вычислить, что все это ваш Медбрат затеял.

– Он в себя пришел не так давно, – напомнил я. – А раньше в пьяном коматозе валялся круглосуточно.

– Ага, валялся!

Прапор сплюнул под ноги, и это движение как будто осветило пространство вокруг него: я смог разглядеть, что сидит он на камне посреди какой-то то ли пещеры, то ли тоннеля.

– Ты правда уверен, что он все это подстроил? – спросил я недоверчиво.

– Ну не все. Тебя он зацепил случайно. Ему нужна была флешка с кодами. Если бы ты не вмешался – сидел бы сейчас в Сколково и охранял периметр.

– Если он такой крутой, ему никакая флешка не нужна. Так бы все взломал.

– Хрен там! – в голосе Прапора прозвучало злорадство. – Это сейчас на него работает вся сеть. А сам по себе он бестолковый. Они год бились с защитой нейрофонов – и все впустую.

– Кто они?

– Труппу хакеров, которая сотрудничала с Сопротивлением, возглавлял он. И когда Медбрат понял, что в лоб защиту нейрофонов не взять, было решено выкрасть флешку с кодами. А потом взорвать центр управления. Что ты любезно и обеспечил. И тогда он переориентировал на себя всю сеть, то есть стал для системы новым центром управления.

– То есть он сейчас всем управляет?

– Мозгов у него не хватит всем управлять! Дурак он.

– Странно называть дураком человека, который развел тебя как лоха.

– Согласен, – признал Прапор. – Это я со злости. На себя больше. Заигрался… Но да ладно. Сейчас он не управляет системой. Возможностей его мозга хватает только на то, чтобы контролировать сеть и слегка… Впрочем я не знаю точно, на что он способен сейчас. Но знаешь, Петро… или Ужас тебе больше нравится?

– Неважно.

– Правильно. Так вот. Я сейчас не знаю точно его возможностей. Но когда он доберется до артефакта, я точно не буду знать его возможностей.

– Ишь ты!

– Вот именно! Поэтому доставай ствол и влепи ему пару горячих в затылок.

– В жопу иди! – возмутился я. – Сейчас дойдем до куда надо, там я посмотрю, что почем, а потом решу: Медбрата мне валить или вашу Компанию.

– Плевали мы на Компанию.

– Кто это мы?

– Мы это мы!

Та-а-ак… А вот этот обмен репликами мне знаком. В прошлый раз, помнится, нехорошо закончилось. И снова я как бы вынырнул из той «внутричерепной» реальности в эту. А здесь все ярче, уже почти слепя, разгоралась луна, и серебристая дорожка протянулась по водной глади прямо в сторону… Да нет, не было впереди никакой водной глади – широкая световая полоса шла прямо по земле. Больше всего она напоминала луч прожектора. Но только источник этого луча находился не вверху, а внизу…

И я мысленно двинулся по лучу туда, где в толще земли скрывался пульсирующий сгусток чистой энергии… И почти сразу же сознание подхватила какая-то сила, и я понесся вперед и вниз, будто с горки, понимая, что уже не смогу ни вырваться, ни хотя бы замедлить это стремительное скольжение…

И вдруг все исчезло. Я ощутил себя висящем внутри необъятной пустоты. Здесь не было ничего, но одновременно с этим здесь было все. Я видел в этой пустоте миллионы лет истории Земли, я мог прикоснуться к сознанию любого из неисчислимого количества людей, когда-либо населяющих нашу планету… От абсолютного знания меня оделял один маленький шажок… Но ощущение было такое, будто я стою на краю глубочайшей пропасти, и этот шаг низвергнет меня в такую глубину, из которой я уже не выберусь…