Метро 2033. На краю пропасти - Юрий Харитонов

– Что-то бабу захотелось… – по кабине пронеслись сдавленные смешки. Ржали все: Сокол, он же Соколов Юрий, снайпер и безжалостный убийца, любящий работать на расстоянии, тренировавшийся на кошаках, разгуливающих по городским руинам; Зек – Петров Василий Аркадьевич – дедулька лет семидесяти, худой, маленький, мастерски владеющий ножами всех видов, отсидевший до войны лет двадцать, хитростью и жестокостью не уступающий Варвару, который получил свою кличку за тугую безграмотность и неравнодушное отношение к топорам, имел их в количестве трех и не упускал возможности пустить в ход. Изредка работал палачом, всегда скрывал лицо за черной маской и любил выпить. Кличка так и прижилась, заменила настоящее имя, которое лет пять уже никто не произносил. Также, переглядываясь, смеялись трое братьев. Петр, Алексей и Андрей Юдины, обычные бойцы, ценны были тем, что вместе стоили целого взвода. Их семейные узы были крепче любых дружеских, отчего в бою они рвали и метали, заступаясь друг за друга.

– Догоним – будет вам баба, – едко заметил Гром, оглядев разношерстную команду головорезов. Мужики разом стихли, переглянулись и принялись готовить оружие. Как же: такой приз хотелось получить всем. – А может, и не одна…

– Моя будет, – пробормотал Сокол.

– Юрок, не по-пацански как-то! – тут же заметил Зек. – Делиться надо!

– Угу, – подтвердил Варвар.

– Истину глаголет, – мотнул дедок головой в сторону палача. – Общак, знаешь ли…

– Знаем мы ваш общак, мужики, – вставил Леха. – Пока очередь дойдет, от бабы ничего не останется, так что давайте по-честному: кто поймал, того и деваха.

– Точно брат говорит! – кивнул Андрей Юдин. – Нефиг товар портить…

– Товар? – возмутился Зек. – Да какой товар! Бабу пялили с малолетства. О ней же все пересуды последнюю неделю, Гром? Да о каком товаре речь может идти, Андрюх? Попользуемся и выбросим к чертям. Чего тут делить? В городе их, что ли, мало? Вон, у отца Иоанна их тьма-тьмущая, и делиться не забывает.

– А ты мне, Василий Аркадьевич, не указывай, как поступать! – встрепенулся Андрей. – Сам жизнью ученый. Да и урок еще дать могу, коли ума у человека нету!

– Нету, говоришь? – глаза у Зека сузились, заискрились, а пальцы крепче сжали метательные ножи. – Научить хочешь? А может, посмотрим, кто кого здесь научит?

– Успокоились! – рявкнул Гром. Он отлично понимал, чем может закончиться словесная перепалка. – Как я решу, так с бабой и будет! Ваша задача поймать их, а уж в каком виде вы это сделаете – ваша проблема. Убьете – получите мертвой, всем ясно?

– Да, – пробурчал Зек, а Жлоб добавил:

– Будет мертвой – умрете все! – и вытянул огромный кулак в центр кабины, демонстрируя свое отношение к происходящему.

Кондрат присвистнул и нажал на газ, ловко выворачивая руль, когда на пути попалась довольно большая выбоина. «Тигр» рычал, но управлению подчинялся отлично. Гидроусилитель с легкостью направлял в нужную сторону, люди мотались в кабине, стараясь удержаться на месте.

– И больше чтобы не быковали тут! Это всем ясно? – Гром развернулся и осмотрел команду. Мужики кидали ответные возмущенные взгляды, но тут же отводили их. – Пока не захватим объект, ни от кого слышать этот бред не хочу! Иначе мы им очень поможем, перебив друг друга заранее. Жлоб, готов?

– Всегда, – буркнул детина, откидывая верхний люк. Воздух ворвался внутрь, загудел, гуляя внутри кабины. Остальным пришлось прижаться к бортам, когда Гризли вытащил пулемет наружу, пристраивая на подпрыгивающую крышу и зажимая меж торчащих сверху арматурин.

– Как будешь готов, стреляй! Кондрат, постарайся держаться ближе! – Гром повернулся в направлении движения. На коленях лежал готовый к бою АКСУ, руками он снаряжал ракетницу. – С такого расстояния и Сокол промажет.

– Не промажет Сокол с такого расстояния! – попытался возразить Соколов, но его голос потонул в шуме ветра.

– Дорога слишком петляет, – указал Кондрат на темную полосу впереди, отгородившую огонек беглеца. – Лес и овраги: местность неровная. Сейчас на прямую ляжем, точно догоним!

– Отлично!..

А дорога действительно петляла, словно змея, а еще ныряла в низины и карабкалась на холмы, пару раз пересекая лесные участки, на которых приходилось притормаживать. Фантастические силуэты деревьев, неестественно выгнутые и искореженные новым миром, загибались порой очень близко к дорожному покрытию, нависали, прижимались и, словно лапы чудовищных животных, пытались дорогу обнять. Ехать приходилось осторожно, чтобы не врезаться в эти странные образования, которые, казалось, вот-вот оживут и станут лупить по асфальту в надежде прикончить путников.

Слева пронеслось длинное разрушенное здание, может быть, завод, потом справа – выгоревшая дотла заправка, а когда «Тигр» пролетел через какое-то поселение, состоящее из маленьких домишек, пришлось затормозить. Путь преграждала поваленная ферма с вывеской, на которой было написано: «Бавлены». Название мелькнуло в свете фар и тут же скрылось во тьме, а пулемет сверху на долю секунды успел затрещать, пара гильз залетела внутрь автомобиля, но «Тигр» беглецов, успевший объехать препятствие раньше, скрылся в темноте.

– Черт! – зарычал Жлоб сверху.

– Давай-давай! – в нетерпении заерзал на сиденье Гром. – Объезжай быстрей! Мы почти…

– Не получится быстро, здесь слишком крутая обочина… – оправдывался Кондрат, но автомобилю понадобилось немного времени на преодоление препятствия, предыдущий успел проложить путь по краю дороги, примяв пожухлую траву. Водитель воспользовался этим и по следам проскочил быстрее. После вжал педаль газа в пол. Подбадривало то, что впереди мигал отсвет фар, ложащийся на деревья. Беглецы были рядом, напряжение нарастало, а азарт брал верх над разумом. У опытных охотников всегда так: добыча появилась – охота началась, далее по накатанной, согласно знаниям, рефлексам и опыту.

Еще минут десять «Тигры» ныряли под стволами деревьев – поля сменились лесом, потом короткими очередями заговорил «Печенег». Жлоб посчитал, что расстояние сократилось достаточно, чтобы попасть по беглецам, но автомобиль трясло на кочках и виражах, да и преследуемые мотались из стороны в сторону, стараясь не угодить в ствол особо разлапистого дерева. Несколько очередей ушли в пустоту, несколько – разворотили деревья; один ствол, срезанный «Печенегом», рухнул на проезжую часть, но мощный «Тигр» отшвырнул его в сторону, словно перышко, лишь щепки полетели в лобовое стекло. Но одна очередь все же достала автомобиль Потемкина, высекая искры из утолщенной стали.

– Мать их! – заорал Жора, пригибаясь, когда по задней двери забарабанили пули. Он бросился на Лидку и прижал ее к передним сиденьям.

– Что делать-тоть? Что делать-тоть, Игорь? – запричитала скороговоркой дородная женщина, закрыв голову руками.

Ярос прижался где-то рядом, Ольга втиснулась с головой в кресло, а Потемкин от напряжения сжал зубы до боли, стараясь не протаранить какое-нибудь из деревьев или не съехать на обочину.