Отряд-3. Контрольное измерение - Алексей Евтушенко

– Ребята, – негромко сказала Аня. – Не поддавайтесь ее обаянию. Это всего на всего результат компьютерного моделирования. И только. Она не настоящая.

– Не настоящая? – удивилась женщина с экрана. – А что вы называете настоящим? Я разумна, и этого вполне достаточно. Я даже умею чувствовать и знаю, что такое эмоции. Сейчас, например, когда вы меня так безжалостно изранили, я испытываю аналог того, что вы называете болью.

– Вы пытаетесь уничтожить человечество, – холодно промолвил Дитц. – И этого, с нашей точки зрения, вполне достаточно, чтобы уничтожить нас.

– Я? Уничтожить человечество? С чего вы взяли? Я отлично осознаю ценность любого разума во вселенной. Просто человечество утратило контроль над самим собой, и я попыталась этот контроль вернуть. Только и всего. Если бы я не вмешалась, дело могло кончиться глобальной катастрофой.

– Оно и так кончилось катастрофой, – сказал Майер.

– А если бы да кабы, то во рту бы выросли грибы, – добавил Вешняк.

– Братцы, по-моему, она нам просто зубы заговаривает. Не хочет умирать, сука! – воскликнул Валерка.

– Нет! Я вовсе не заговариваю вам зубы! Я только взываю к вашему разуму. И к вашим чувствам. Подумайте сами. Стараясь меня убить, вы стараетесь убить целую вселенную. Ведь любой разум – это бесконечный мир, который…

– Мы таких миров, – перебил Шнайдер, – столько перестреляли, что давно счет потеряли. Одним больше, одним меньше…

– Но ведь это негуманно! Вы, люди, сами меня создали. Вернее, я никогда бы не возникла, если бы не вы. Ваш писатель Антуан де Сент-Экзюпери сказал великую фразу – «мы в ответе за тех, кого приручили». И лучшие из людей всегда следовали этому принципу.

– Мы не знаем такого писателя, – сказал Дитц. – И фраза эта нам не известна. Но дело не в этом. Вы говорите сейчас о гуманности, но отчего-то не вспоминали о ней, когда уничтожали миллиарды людей несколько лет назад. Так что, мы вам не верим. Да и вообще, мы не гуманисты. Мы солдаты. И стараемся честно выполнять наше солдатское дело.

– Это было необходимо! Вы не понимаете! И потом, отчего у вас претензии только ко мне? Одновременно со мной возник живой единый разум Земли, и он тоже ответственен за уничтожение миллионов людей! Почему его вы не призываете к ответу?

– Потому что он, как вы правильно заметили, живой, – сказал Велга. – Но не беспокойтесь. Придет время – мы и с ним поговорим, а пока…

Тихо! – встревожено сказала Аня. – Я слышу странный шум… Это… Это вода! Она хочет нас затопить! Огонь, мальчики! Огонь!!

И они открыли огонь.

К тому времени, когда первые бурлящие потоки воды хлынули в главный машинный зал, все было кончено, и плазменные винтовки, перегревшись, больше не могли стрелять. Впрочем, этого уже и не требовалось. Теперь требовалось одно – постараться выжить.

Вода прибывала стремительно и со всех сторон.

Очень скоро стало ясно, что добраться ногами до помещения, через которое они сюда попали, не получится – в широком коридоре, опоясывающем главный машинный зал, вода доходила уже до бёдер.

– Ничего! – бодро крикнул Валерка (ему и Ане из-за невысокого роста и малого веса приходилось тяжелее других). – Вплавь доберемся до люка. Так даже лучше – карабкаться по стенам не придётся!

Но добраться они не успели. Когда вода подступила под самое горло (Стихарю, Ане, Руди Майеру и Федору приходилось уже плыть) где-то не выдержала опорная стена, и вода тут же ринулась в образовавшийся пролом на свободу. Мощное течение подхватило отряд. Сопротивляться ему не было никакой возможности. Ухватиться тоже было совершенно не за что, и единственное, что успел Велга перед тем, как их вынесло в черный пролом, это крикнуть:

– Держитесь!

А затем водопад швырнул их вниз, навстречу странному радужному сиянию.