Отряд-3. Контрольное измерение - Алексей Евтушенко

– Нет его тут, – трудным голосом сказала Аня и снова закашлялась.

– Ну-ну, Анечка, – ласково погладил девушку по спине Малышев. – Не торопись.

– Его вместе с нами в пролом не вынесло, – продолжила Аня. – Я видела. Повезло ему или нет – не знаю, но зацепился он там за что-то на стене. Какой-то шкаф без дверцы, что-ли…. В самый последний момент зацепился.

– Верно! – подтвердил Карл Хейниц. – Теперь я тоже вспомнил. Долю секунды всего видел – потом меня закрутило и стало уже не до Фёдора.

– Что ж, – сказал Дитц. – Может, и к лучшему. Это нам суждено шастать по разным вариантам одного и того же мира, а остальных, видать, судьба не пускает.

– Ну, к Ане это не относится, – сказал Малышев.

– Аня – случай особый, – согласился обер-лейтенант. – И вообще ещё не известно. Может, как раз Аня нам и послана свыше, чтобы мы, дураки, не погибли где-нибудь по дурости своей.

– В качестве живого талисмана? – улыбнулась Аня.

– В качестве живой колдуньи, – серьёзно ответил Хельмут. – Кто из нас умеет то, что умеешь ты? Никто.

– Без Анечки, мы бы давно пропали – это точно, – убежденно сказал Валерка и повалился на спину, закинув руки за голову. – Ни за грош и даже ни за понюшку табака.

– Да мне просто страшно представить, что с нами было бы, не будь рядом Анечки, – подтвердил Шнайдер. – Это же форменный кошмар!

– Ужас, – согласился Майер. – Катастрофа.

– Да ну вас, – засмеялась Аня. – Мальчишки, право слово…

– Однако неплохо бы определиться с местонахождением, – сказал Велга. – Если людей не видать, то надо самим к ним идти. Вон там, на холме, кажется, виднеется какое-то жильё… Предлагаю, как только подсохнет обувь, идти туда.

– Километров пять, – прикинул на глаз Валерка. – Может, и больше, учитывая прозрачность воздуха. Да еще и озеро придется обойти. Плюс холмы. Ничего, часа за два дойдем.

Двух часов им не хватило. Сказалась та самая удивительная прозрачность атмосферы, на что обратил внимание Стихарь, и из-за которой они неверно оценили расстояние, а также общая усталость.

Действие легкого транквилизатора, принятого ими некоторое время назад, закончилось, и тяжелейший предыдущий день давал о себе знать свинцом в ногах и затруднённым дыханием. Винтовки и рюкзаки вдруг навалились на плечи и спины постылым грузом, солнце, карабкаясь всё выше в небо, исправно расстреливало их своими жаркими лучами, и хотелось одного – лечь в такую мягкую и прохладную на вид летнюю траву и на пару часов уснуть.

Но в начале четвертого часа они все же достигли цели, и перед ними на плоской и обширной вершине холма предстал странный и совершенно безлюдный, но очень симпатичный городок.

Был он невелик: две, аккуратно мощеные голубоватой плиткой, улицы вдоль, две – поперёк, красивые новенькие двух и одноэтажные дома под черепичными крышами с ухоженными палисадниками и садами … и ни одного человека вокруг.

Настороженно оглядываясь по сторонам, они дошли до подобия площади на пересечении двух улиц с весело журчащим фонтаном посередине и в некоторой растерянности остановились.

– Что-то не видать никого, – констатировал Хельмут, подставил руки под струи фонтана и с наслаждением умылся. – Даже собак нет.

– И кошек, – добавил Велга, следуя примеру обер-лейтенанта.

Остальные немедленно сделали то же самое, и только Валерка Стихарь приложил ладони рупором ко рту и крикнул:

– Эй, люди, есть кто-нибудь?!!

Где-то вдали метнулось короткое эхо, и снова наступила тишина.

– Побереги голос, Валера, – сказала Аня, стряхивая с рук искрящиеся на солнце капли воды. – Нет здесь никого. Но место совершенное безопасное. Я думаю, что отдохнуть здесь вполне можно.

– Отдохнуть – это правильно, – оживился Стихарь. – Сначала поесть, затем, как следует, поспать, а уж потом и думать, что дальше делать. А, товарищи-господа командиры? По-моему, наша колдунья правильно видит ближайшую перспективу.

– А больше все равно ничего не остается, – проворчал Дитц. – Пока во всяком случае.

Так и поступили.

Двери выбранного ими двухэтажного (чтобы всем поместиться) дома оказались закрыты, но не заперты, и отряд с облегчением вступил в прохладу обширной, чисто убранной прихожей. Наскоро обыскав оба этажа, а также чердак и подвал и никого не обнаружив, они решили все-таки отложить серьёзную еду на вечер, наскоро перекусили сухим пайком, и, установив очередность караула, завалились спать.

Велга проснулся на рассвете.

Перевернулся с живота на спину, прислушался к себе и понял, что, во-первых, совершенно выспался, а во-вторых, что ему очень хочется есть. Сел на кровати, не спеша обулся и подошёл к широкому, чуть ли не во всю стену, окну.

Окно выходило на восток, и он, некоторое время полюбовавшись яркой Венерой, зависшей над розовеющей полоской восхода, покинул комнату со спящим на соседней кровати Хельмутом и отправился по лестнице вниз.

Когда он спустился в холл, там автоматически зажегся свет. Лейтенант пошарил глазами по стенам в поисках выключателя, не нашёл, недоумённо пожал плечами и хотел уж, было, приступить к тщательному осмотру соседствующих с холлом туалета и ванной, как дверь, ведущая в прихожую, отворилась, и на пороге бесшумно возник Михаил Малышев.

– Доброе утро, товарищ лейтенант, – поздоровался он и повесил винтовку на плечо. – Не спится?

– Доброе, – ответил Велга. – Да выспался уже. И замечательно, надо заметить, выспался. Просто отлично! А у тебя когда смена?

– Только что заступил. Сменил Курта. Мое дежурство последнее. Да только права Аня – не от кого тут беречься. Тихо все вокруг.

– Береженого, – наставительно заметил Велга, – бог бережет. Сам знаешь. Так что, несите службу, товарищ солдат. А я сейчас умоюсь и, может, чего вкусного приготовлю в охотку. Не вижу, отчего бы командиру иногда не побаловать подчинённого, а?

И он весело подмигнул Михаилу.

Это утро практически ничем не отличалось от предыдущего. То же летнее солнце, ясное синее безоблачное, небо, тишина и безлюдье. Вот только настроение было другим. С одной стороны они хорошо отдохнули, но с другой, – появившиеся вопросы настойчиво требовали ответа.

Где они находятся, и почему вокруг нет людей?

Эти два казались наиважнейшими, но были и помельче. Например, отчего в городе и внутри домов такой порядок и чистота. Если город заброшен, то, вроде бы, должно быть наоборот…

– А может, он вовсе и не заброшен, – предположила Аня за ранним завтраком (отряд расположился в холле). – Может, он просто… ждёт.

– Кого? – удивился Малышев.

– Как это кого? Гостей.

– Допустим. А кто тогда порядок поддерживает?