Что не снилось мудрецам. Научно-фантастическая повесть - Александр Соколов

Гулко ударила дверь. Подвешенная к потолку клетка закачалась от потока воздуха. Заросший волосами до самых бровей, осунувшийся Краснов приподнял голову, прижал худые руки со скрюченными пальцами к груди. За световой завесой стоял не Ларенд. Его сгорбленный силуэт человек давно выучил. Старик никогда не задерживался в проходе, а шаркающей походкой подходил сразу. Неужели сейчас увидит того, кого когда-то ненавидел всеми фибрами израненной души? Да… К нему шёл подземный король.

Голова Белионда поравнялась с клеткой. Внутрь заглянули холодные глаза. Ни следа улыбки на бледном аристократичном лице. Черты заиндевели, щёки осунулись, веки набрякли. Весь собран, мотивирован, желваки напряжены.

— Ну, что же… Здравствуй, Олег. Как себя чувствуешь?

Человек безмолвствовал.

— Знаешь, я всё это время думал. О тебе, обо всей этой ситуации, в которой ты оказался. И… — он покусал губы, — я пришёл к выводу, что был не прав. Ты по-прежнему нужен мне. Не как проводник, хотя и это очень важно, а как… друг.

Живая кукла за решёткой горько улыбнулась.

Белионд хрустнул пальцами:

— Я никогда не понимал, что это такое. Мне всегда казалось, что дружить — означает сделать себя уязвимым. Безвозмездно отдавать то, что принадлежит только мне. Но чем больше проходило времени, тем я отчётливее понимал, что одному мне там, наверху, не справиться…

— У тебя есть Заэттра, — перебил его Краснов.

— Заэттра? — он покачал головой.- Нет. Только не она.

— Почему? — хрипло спросил человек.

— Потому, что она — не та, за кого себя выдаёт.

Ни один мускул не дрогнул на лице человека:

— В смысле?

— Видишь ли, она предала меня.

Олег эхом переспросил:

— Предала?

— Да, мой друг.

— Но как это возможно?

— Сейчас расскажу. Я подобрал её ещё ребёнком, в океане. Корабль, на котором она была, попал в шторм и затонул. Все люди погибли, а она смогла доплыть до такого круглой штуки красного цвета с дырой посередине.

— Спасательного круга?

— Наверно. Бедняжка совсем выбилась из сил, и когда мой флот проплывал мимо, она вдруг выскользнула и стала тонуть. Я отдал приказ вытащить её из воды. Вырастил, выучил, дал её оружие. Привязался, сожги её лава!

Краснов молчал.

— И нужно отметить, она рьяно служила мне. Каждым поступком и действием доказывала, что я могу безоговорочно ей доверять. И у меня не было причин сомневаться. Вплоть до недавнего времени.

Олег не смотрел в глаза.

— Не знаю, ты ли стал тому причиной, но она изменилась. Мне пришлось за ней наблюдать. И, знаешь, мои опасения подтвердились. Она выкрала наши знания и пыталась сбежать. Наверх, к людям.

— И что?

— Я не позволил ей это осуществить.

Человек вздохнул:

— Ты, что же, её схватил???

— А что ещё оставалось? — развёл руками король. — Ведь она предала меня.

— Нет… — пробормотал Краснов. — Она не предавала тебя.

Брови Белионда попозли вверх:

— Что ты сказал?

Олег скрестил на груди руки.

— Скажи отчетливо!

— Ничего, ваша мудрость, ничего. Я просто схожу с ума.

Белионд продолжал сверлить человека взглядом. Краснов расхохотался полубезумным смехом. Сведённые скулы великана расслабились.

— Одно твоё слово, Олег, и заточению придёт конец.

Человек зевнул:

— Какое слово ты от меня ждешь?

— Скажи «да». Поклянись, что будешь повиноваться, и я сей момент освобожу тебя. Не будет больше ни оков, ни клеток, ни одиночества и этой поганой варёной рыбы. Одно слово.

— Ты же не поверил мне, когда казнил Сайенда. Почему готов поверить сейчас?