Гамбит девятихвостого лиса - Юн Ха Ли

– Это бесполезно, – сказал какой-то мужчина. – Взгляни-ка.

Неревор уставилась в серую стену комнаты, погруженной в пасмурные сумерки. Фиксаторы из холодного металла крепко удерживали ее, а роба, в которую ее обрядили, была слишком тонкой. Плечо болело, и с челюстью было что-то не так, но боль – всего лишь боль. Она Кел. Она выживет, если приказано выжить.

– Назови свое имя. – Опять тот же невыразительный мужской голос.

Он не Кел. Она не обязана отвечать.

Потом заговорила женщина:

– Мы и так знаем, кто она.

– Дело не в этом. Дело в том, чтобы заставить ее ответить.

– В таком случае раздобудь униформу и попытайся опять.

– Она почувствует разницу, – сказал мужчина. – Есть базовый язык тела, который кадетам внедряют вместе с формационным инстинктом, тонкая штука. Хороший лазутчик Шуос мог бы его подделать. Андан мог бы заморочить ей голову и обойти его. А мы просто застряли. Она бы сама себе все кости переломала, чтобы ублажить офицера Кел, но с ними у нас проблема. Джедао позаботился о том, чтобы мы ничего не получили, кроме теплого тела с лицом коммандера, и он, несомненно, сможет ее восстановить – но мы-то не можем. По крайней мере, ДНК соответствует досье. Хладнокровный сукин сын.

Неревор не знала, каким образом Шуос Джедао связан с этой ситуацией, но взяла на заметку упоминание о нем на случай, если оно пригодится позже.

– Он не говорил, что захочет ее вернуть, – сказала женщина. – Наверное, получил от нее всё, что хотел – иначе не скинул бы нам.

– Не выдумывай. – Голос мужчины по-прежнему был невыразительным. – Можем подключить к проблеме техников, вдруг они сумеют вытащить ее из нулевого оперения. Есть небольшая вероятность, что за этим стеклянным взглядом хранится полезная информация. Будем держать ее тут столько, сколько потребуется.

У женщины на уме было что-то другое.

– Разве перевод в нулевое оперение не должен авторизовать старший офицер? Да кого, черт возьми, Жертвенный Лис перетянул на свою сторону?

– Перетянул, подкупил, принудил, – сказал мужчина. – Мы не знаем, что там случилось.

– Удивлена, что ты заговорил в ее присутствии. Обычно ты одержим секретностью.

– Я хотел проверить, будет ли реакция. В зависимости от того, в какой календарной зоне он ее стер, в состоянии птенца могут быть просветы. Проблема для техников, как я уже сказал. – Мужчина пробарабанил пальцами по двери. – Ничего не хочешь сказать, птенец?

Неревор не нравилось, что чужак назвал ее «птенцом», но это не имело значения. Он не Кел. Она не обязана отвечать.

После того, как они ушли, она слушала, не раздастся ли перестрелка или звук шагов. Если Кел хотели, чтобы она тут умерла, она умрет. Но она всё же не могла не утешить себя мыслью о том, что товарищи придут за нею, если она будет достаточно храброй, стойкой – если она докажет, что достойна носить имя Кел.