Эрта. Падение терратоса - Николай Побережник

— Спасибо!

Отразившись от стен его крик, вспугнул стаю голубей, облюбовавших конек флигеля в доме напротив. Уже взошло солнце и двор начал просыпаться.

Отчего–то вспомнив упражнения, которые ему в северном форте показывал лекарь, Кинт принялся делать зарядку, периодически громко заходясь кашлем из–за интенсивной вентиляции легких. А потом Кинт отправился в кабачок у депо завтракать, так как запасы сыра и лепешек поглотил прожорливый незваный гость.

Прошли две недели ничегонеделания, в конце первой недели, вечером в выходной, приходила Тана, приносила кусок рыбного пирога, да и осталась до утра. Все свободное время Кинт провел в прогулках по городу, в основном ходил пешком, и экономия, и город лучше так запоминать. А еще написал два письма, Дукэ и мадам Поль, с пометкой «для Мореса», так, всего пару строчек в стиле «доехал, живу, здравствую», ну, и обратный адрес для связи. Через день Кинт посещал кабачок в депо, либо завтракал, либо ужинал. И вот по прошествии двух недель самостоятельной жизни как–то вечером он зашел поужинать. Однорукий Тилл — хозяин заведения, радостно кивнул новому постоянному клиенту, принял заказ и указал на свободный столик. Кинту сразу подали высокую кружку пива и вяленой рыбешки, а через десять минут принесли тарелку с ароматным куском жареной телятины с зеленью и овощами.

— Так вот ты где! — кто–то громогласно объявил, подойдя к столику.

Рука Кинта на инстинктах рванулась к кобуре, и он поднял глаза…

Перед Кинтом стоял и радостно улыбался машинист, тот самый, что управлял паровозом до Тека.

— Я даже не успел тебя поблагодарить, а ты раз и исчез в этом бандитском Теке!

— Можете купить мне еще кружку пива, — ответил Кинт и аккуратно снял курок со взвода, — этой благодарности будет достаточно.

— Я сейчас, — машинист удалился к стойке, перекинулся парой фраз с Одноруким Тиллом.

Тилл выслушал, быстро закивал, позвал мальчишку, что работал в кабачке подсобником, что–то ему сказал и мальчишка выбежал из зала, а машинист вернулся с двумя кружками пива.

— Меня Бойл звать, — пододвинул он кружку Кинту.

— Кинт.

— Ну, за тебя, Кинт, спас ты нас там.

— Не всех и там было еще пару хороших стрелков кроме меня, так что не только моя заслуга.

— А кто додумался меня выручить, мы смогли уехать из ловушки? То–то!

Машинист и Кинт громко стукнулись кружками, сразу отпив до половины…

— Так куда ты исчез в Теке?

— Просто сообразил, что начнутся всевозможные опросы, многочасовые беседы с инспекторами жандармерии, а у меня в Теке было важное дело.

— Это да, состав на сутки задержался из–за этого происшествия.

— Там ведь не кочевники были.

— Да, на севере появилось много банд… а что им? Торговые тракты теперь не контролируются, рейды вдоль дорог никто не устраивает, вот им и раздолье. Осенью прошлой армейский корпус как–то лагерем вставал на месяц, вроде изловили одну банду, да вторую пощипали хорошенько, но казна не выдерживает, видать, — Бойл оглянулся на дверь.

— Вы кого–то ждете?

— Эм… да, управляющего станцией, он же совладелец северо–восточного треста железных дорог, господин Тьетэ. Это нападение было последней каплей, и трестом принято решение создать свою службу, которая будет заниматься сопровождением составов и патрулированием путей.

— Хм… интересно.

— Вот, и я про что! Ты же, я так понимаю, эм… бездельничаешь?

— Именно.

— А вот и господин Тьетэ…

В дверь вошел высокий мужчина, в клетчатом плаще и в высоком цилиндре, он оперся на трость и стал искать глазами нужного ему человека, увидев Бойла, он кивнул и широким шагом подошел к столику.

— Бойл, что за спешка, этот сорванец наговорил каких–то глупостей…

— А как бы вы иначе пришли? Присаживайтесь, господин Тьетэ, я вам кое–кого представлю…

— Заинтриговали, — Тьетэ присел за столик и позвал официанта, — мне тоже пива.

— Сию минуту, господин Тьетэ.

— Вот, господин Тьетэ, это тот самый отставной жандарм корпуса охраны дорог, что помог нам выбраться из той ловушки недалеко от Тека.

— Очень, очень рад знакомству, — Тьетэ встал и протянул руку, назвав свое имя.

Кинт вытер руки и тоже встал, они обменялись рукопожатиями.

— Кинт Акан.

Тьетэ, как человек деловой и не обремененный лишним свободным временем, сразу предложил Кинту организовать при депо службу охранения и сопровождения составов.

— Предложение заманчивое, — ответил Кинт, — но есть одна проблема, у меня нет охранного патента, да и средств на его получение тоже.

— Это совсем не проблема… — Тьетэ за пару глотков допил пиво, осмотрелся и сказал, — пойдемте ко мне в контору, там более благоприятная обстановка для разговора подобного рода.

— Идемте, — охотно согласился Кинт.

— Ну, вот и хорошо, — расплылся в улыбке Бойл, повернулся к кабатчику за стойкой, — Тилл! Пусть мне еще пива принесут!

Тьетэ и Кинт вышли из кабачка, и направились вдоль путей к воротам депо.

Здание управления депо находилось чуть в стороне от ремонтных цехов, на невысоком холме и напоминало…

— Да, это старый форт, что достался Латингу в наследство Последней от войны, — сказал Тьетэ, заметив удивление на лице Кинта, — управление занимает лишь пару зданий форта, там же у нас классы для машинистов и механиков, склады оборудования.

Кинт и Тьетэ шли по посыпанной песком дорожке, справа прогудел паровоз на поворотном круге, Кинт замедлил шаг, чтобы посмотреть как огромный железный «блин» поворачивается, приводимый в действие большой шестерней, которую в свою очередь крутит механизм в полтора этажа высотой и со своей паровой установкой.

От фортификационных сооружений остался только холм, остатки рва и одна каменная башня стены. Саму стену старого форта, как сказал Тьетэ, давно разобрали, ее камней хватило на постройку многих домов в старом Латинге. Контора управления находилась в одноэтажном здании бывших казарм, окруженном другими старыми зданиями разного назначения… уже вечерело, служащие и работники разошлись, в тусклом желтом свете фонарей все эти многовековые «молчуны» с толстыми каменными стенами, крышами покрытыми мхом, теперь напоминали «мертвый город» из старых легенд и сказок.

— Да, вот так бывает, засидишься в конторе допоздна, а потом страшно идти домой, — уловил Тьетэ настроение Кинта, — сторожа поговаривают, что видят приведения.

— Ну, с пьяных–то глаз чего только не увидишь, — хмыкнул Кинт, а сам покосился на месяц, висящий над башней, мимо которого по небу тянет облака, — но местечко, согласен, жутковатое.

— А днем ничего, даже красиво… Ну мы скоро заменим светильники на разрядные, будет светлее. Вот и пришли, — Тьетэ толкнут тяжелую дверь конторы, — по коридору до конца.