Побег на рывок. Книга 1. Клинки Ойкумены - Генри Лайон Олди

I

– Отличный виртим, коллега Гавилан.

– Благодарю, коллега Шванкунг.

– Смотрится очень реалистично. О, эта первобытная брутальность!

– Рад, что вам понравилось.

– Понравилось? Я в восторге!

– Вы тоже выглядите впечатляюще.

Коллега Шванкунг, точнее, его виртим – виртуальный имидж – представлял собой мыльный пузырь, колеблющийся в выборе формы между спелой грушей и ярмарочным уродцем. Он колыхался, вздрагивал, ежеминутно менял очертания. Кресло, в котором пузырь расположился на отдых, просвечивало сквозь коллегу Шванкунга, утопая в радужных сполохах и россыпях мерцающих огоньков. «На языке Ларгитаса слово «шванкунг» имеет значение «флуктуация»,» – шепнул Диего в ухо услужливый «толмач», предусмотрительно установленный Карни. Сам маэстро в качестве випса – виртуального псевдонима – взял, не мудрствуя лукаво, прозвище, подаренное ему юной доньей: гавилан – ястреб на эскалонском.

– Пустое! – отметая комплимент, пузырь изящно взмахнул свободным отростком. Верхняя треть коллеги Шванкунга окрасилась в густой багрянец. – Кого сейчас удивишь волновым виртимом? Подумываю сменить, но привык, знаете ли. А ваш, извините за любопытство, соответствует какому-то реальному прототипу? Или композит?

– Соответствует, – честно ответил Диего.

Карни сняла его на голокамеру, как есть, в наряде, в котором маэстро прибыл на Хиззац. Скромный колет, штаны до колен, сапоги со стоптанными каблуками. Перевязь с рапирой, шляпа с истрепанным пером. Кинжал за поясом – кинжал Диего купил здесь, на Хиззаце, оформив как сувенир, разрешенный к ношению. Рапиру, увы, носить не разрешалось. Капельку ретуши, осветлить волосы, рельефней заострить черты, сделать гуще усы. Добавить седины в бородку… «И беса в ребро!» – не удержался маэстро. «А влезет? – отшутилась Карни. – У тебя там целый рассадник…»

– О, так вы реконструктор? – обрадовался Шванкунг.

В памяти всплыл инспектор: «Мое хобби – историческая реконструкция… Две минуты? Это же сущий пустяк!..» Во рту, словно десны вдруг закровоточили, возник гадкий вкус: железо с горьким миндалем. Диего потянулся за банкой шипучки «Чанг-фреш», сделал глоток. Его виртим проделал то же самое: камера, встроенная в терминал, отслеживала движения маэстро, передавая их двойнику. «Нет,» – хотел ответить Диего, но зачем-то соврал:

– Да. В определенной степени…

Так будет меньше вопросов, подумал он. Реконструктор, хобби – этим все сказано. Врать Диего не любил, но здесь все было по большому счету фальшивкой. Как выглядит коллега Шванкунг в реальности? Инвалид-колясочник? Жирная домохозяйка? Учитель в младших классах?!

– Впервые у нас?

– Да.

– У вас разнообразные хобби, коллега Гавилан. Ваш интерес к коллантам лежит в теоретической или, извините, в практической плоскости?

По уставу клуба «Странники» собеседника полагалось звать «коллегой». Клуб Диего выбрал наугад, сломавшись на списке длиной в милю. Впрочем, перед первым визитом маэстро тщательно ознакомился с правилами ведения дискуссий. «Взаимное уважение, вежливость, культура поведения. Свободный обмен информацией, ответы на интересующие вас вопросы о коллективных антисах. Среди членов клуба имеются действующие коллантарии…» Знать бы еще, кто из присутствующих здесь виртуалов – действующий коллантарий, а кто – скучающий бездельник…

– В обоих смыслах, – Диего сделал рукой неопределенный жест. – Собираюсь пробоваться в коллантарии. Но сперва хотел бы побольше узнать о коллантах.

Легенду он придумал загодя.

– Вы обратились по адресу, коллега! – верхняя часть пузыря треснула ослепительной улыбкой. – Хотя я должен предостеречь вас от излишнего оптимизма.

– Я весь внимание, коллега Шванкунг.

Вокруг начал кучковаться народ. Кресла, неся членов клуба, подплывали по воздуху и стайками опускались на пол. Места хватало всем: не иначе, виртуальное пространство было резиновым, растягиваясь по мере надобности. Упустить шанс просветить новичка? Наставить на путь истинный? Никогда! Ни за что! Поделиться с Диего ценными знаниями о коллантах жаждали волки и ящеры, десантники и секс-бомбы: волки – в шерсти, ящеры – в чешуе, десант – в броне, девки – в чем мать родила! Сбоку вертелся монстрик, похожий на желейный пудинг, вразнобой шевеля бахромой щупальцев. Инопланетянин, однозначно; не путать с инопланетником.

– …не открою вам большого секрета, коллега, – вещал меж тем Шванкунг, лучась от внимания публики. Он первым взял в плен благодарного слушателя. Сейчас пузырь намеревался выжать из случайной удачи все преимущества до последней капли, – если напомню о колоссальном отсеве среди кандидатов в коллантарии. Будьте заранее готовы к отрицательному результату, чтобы потом не расстраиваться…

И гневный хор вступил с просцениума:

– Восемьдесят, блин! Восемьдесят процентов рубят!

– Восемьдесят пять!

– Они нарочно! Отсеивают, гады! Я бы прошел…

– Девяносто!

– Девяносто три!

– Девяносто три с половиной…

– У вас по какой расе статистика?

– Коллега Гавилан! Вы к какой расе принадлежите?

– Я…

Диего вовремя прикусил язык. Не хватало только ляпнуть, как дремучий провинциал: «Эскалонцы мы…». К чему любопытным коллегам знать, откуда прилетел дон Гавилан? Варвар, с горечью подумал маэстро. Вот моя раса. С другой стороны, мар Яффе как-то обмолвился, что Террафима имеет «слабо выраженный технологический вектор развития».

– У нас вектор.

– Вектор?

– Технологический. Слабо выраженный.

– Техноложец? Тогда шансов еще меньше…

– Три процента…

– Какой там! Хорошо, если один!

– …помпилианцев дефицит!

– …вудуны чаще…

– А нас…

– Очередь на пол-Ойкумены!

– Я ж говорю, нарочно рубят! Я бы точно прошел…

Диего решил, что настал подходящий момент:

– Спасибо, что предупредили. Я понимаю, шансов мало…

– Мало? Да их, считай, нет!

– Мы тут все пробовались…

– …но если я захочу выйти в космос не коллантарием?

– На корабле? Нет проблем!

– Бери билет и лети!

– Вы меня неверно поняли, коллеги. При чем тут корабль? Я имел в виду именно коллант. Разве запрещено войти в него не коллантарием?

Воцарилась гробовая тишина. Все взгляды были прикованы к новичку с «брутальным виртимом» варварского головореза.

– А кем?! – первым не выдержал монстрик.