H2O - Яна Дубинянская

Но Мировому океану все равно. Для него не существует смешных человеческих сроков. И ты можешь позволить себе это — такое неожиданное, досадное, заставшее врасплох и, в общем-то, опасное, — поскольку именно он, океан, твой главный союзник.

А людей и социум нетрудно и подстегнуть. Георг Пийлс молчит, однако его молчание может означать все что угодно, от потери интереса к проекту, куда он подключен вслепую, простым каналом для перекачивания средств — и до ведения собственной игры. С Пийлсом ты разберешься, но это сейчас наименее актуально. Все взаимозаменяемо, и в данном случае адекватной заменой может послужить… да хотя бы тот же Олаф Свенсен, двухметровый викинг из правления рыбачьей гильдии: он ведь нервничает, чем грех не воспользоваться. Запустить нужную волну можно практически из любой точки. Океан обычно так и поступает.

Внешние факторы, при всей своей кажущейся прихотливой спонтанности, в момент икс совпадут, выстроятся в четкую линию-график внутри намеченной тобою системы координат. Так будет, потому что все вероятности и варианты просчитаны и учтены уже давно. Но ты сам не имеешь права ошибиться ни в чем. Сегодня последний вечер, когда у тебя есть возможность перечитать, перепроверить, отследить возможную ошибку, способную погубить все. Последний раз прокрутить все задуманное теоретически, в мозгу. Уже завтра ты начинаешь действовать.

Химик готов. Готово, в сущности, все. А значит, пора.

Отпил глоток воды. Такая простая формула. Кто бы мог подумать.

И вдруг зазвонил телефон. Причудливый, старинного дизайна аппарат над камином, который давно уже висел тут простым украшением интерьера: кому придет в голову вызванивать известного политика, публичную особу, хронически занятого и безнадежно мобильного человека — по домашнему телефону?

Виктор так удивился, что снял трубку, на полсекунды опередив мгновенное появление Григория.

— Да?

— Витька?!!

Махнул рукой, отпуская помощника. Впрочем, его тут уже и не было.

— Да, Инн. Что-нибудь случилось?

— Ты живой?!.. Господи, ты живой.

Она была явно не в себе, и этим стоило воспользоваться сразу, без паузы на выяснение обстоятельств:

— Ты перевела деньги в санаторий?

— Что? А, да. То есть нет, но завтра с утра переведу. Так ты там не был?!

— Где?

Самое главное она пообещала, и куда легче, нежели он рассчитывал, теперь можно было и поддержать странный, неправильный разговор. Инка. Оказывается, у нее до сих пор где-то записан этот номер. А может, и помнит наизусть, с нее станется.

— Ты ничего не знаешь?

Виктор глянул на мобилку, сиротливо лежавшую возле компьютера. Обо всех форс-мажорах ты всегда узнаешь по ней, по внутреннему номеру, известному только секретарю и ближайшему кругу, все остальные звонят на второй, секретарский мобильный. Поправка: у тебя до понедельника нет секретаря.

— Рассказывай.

Но Инна сначала выразилась резко и сочно, хоть и без определенного адреса. И только потом сказала сухо, будто цитировала сообщение информагентства:

— Взрыв на Министерках. Есть жертвы. Но ты живой, и слава богу.

Она отключилась, не прощаясь, и Виктор впервые за много лет выслушал в трубке с десяток коротких гудков.

(за скобками)

— А теперь кратенько отчитайтесь по бюджету.

Он сглотнул.

— В темпе, Винниченко, в темпе. Вы же не один.

Сволочи.

Перевел дыхание и начал отчет: аренда помещения в ДК, оргтехника, полиграфия, двойной тариф в типографии за срочность, телефонные и транспортные расходы, двести метров салатовой ленты… некоторым категориям иногородних компенсировали проезд…

— Каким таким категориям?

Выпрямился, стараясь смотреть им в глаза. Но глаз было слишком много, и взгляд то затравленно метался, то мазал мимо, в молоко белых стен. Сволочи, сволочи…

— Были ребята из депрессивных регионов, там сейчас кризис невыплат, люди месяцами не получают ни зарплат, ни стипендий. Они иначе вообще не смогли бы приехать.

— То есть если ваши оппоненты скажут, что вы свозили народ за деньги, вам будет нечем крыть.

Промолчал. Крыть ему было и в самом деле нечем и незачем. Как бы ни хотелось.

— Дальше.

— По бюджету у меня все.

— Да? А по-моему, у вас еще двадцать тысяч. Куда они делись?

— Никуда. Остались на счету и переходят на следующий квартал.

— Сэкономил, значит. Хороший мальчик.

Все шестеро, не переглядываясь, дружно захихикали. Виктор вскинул голову еще выше, до предела задирая подбородок. В конце концов, все это временно. И не они используют его в своих неназванных интересах, а наоборот — он сам пользуется их возможностями и средствами для того, чтобы достичь результата. Единственно необходимого и правильного. Свободы. Свободы для всех и каждого, которая прорастет естественно и просто, как ярко-зеленый росток из-под земли, и тогда уже не будет иметь значения, какой гадостью эту землю удобряли.

И если в основание свободы заложена такая вот унизительная зависимость… иначе, наверное, и не бывает. Парадокс, но с ним приходится жить. Терпеть. Первое время. Недолго.

— Плохо, что приходится объяснять вам очевидные вещи, — сказал Дмитрий Александрович. — Плохо, Винниченко.

— Что?

Сморозил, как мальчишка. Прикусил изнутри губу.

— Бюджет должен быть реализован полностью, — поучительно, будто тупому первокласснику, втолковал Повзнер. — Никаких следующих кварталов. Целиком, до копейки.

— В меру ваших талантов, — обронил крайний слева, имени которого Виктор так до сих пор и не знал.

— Хорошо. В следующий раз я постара…

— А вот насчет следующего раза — это еще вопрос.

Виктор не понял, кто именно это сказал. В тот момент он как раз — случайно, на полмгновения — опустил глаза.

Когда он их поднял, обескураженные, мечущиеся, говорил Дмитрий Александрович. Похоже, самая незначительная сошка из них; на переговоры по мелочи обычно приходил он, он же навязчиво названивал для контроля и единственный из всех дал Виктору свой мобильный.

— У нас возникли некоторые сомнения по поводу того, стоит ли развивать проект. Смотрите сами, Винниченко. С бюджетом вы лажанулись. Резонанс в прессе практически нулевой, а могли бы и организовать. По социальной значимости мы заказали соцопрос, но, боюсь, результаты не будут слишком впечатляющими. Массовость… для каких-нибудь юных филателистов было бы в самый раз, но на серьезное общественное движение откровенно не тянет. Охват по регионам, как вы сами только что признали, фиктивный: депреснякам доплачивали, а такой вариант нас категорически не устраивает. Я уже молчу о том, что вы лично своим опозданием чуть не сорвали акцию.