Блудный сын, или Ойкумена. Двадцать лет спустя. Книга 2. Беглец - Генри Лайон Олди

– Хорошее начало, – с каменным лицом сообщил Марк. – Мой дядя, случалось, уже ходил в изменниках Родины. Для меня это будет впервые. Уникальный опыт, не правда ли?

Выпили по третьей.

– У нас есть информация, – Флаций уставился на ягуара. Наместнику было без разницы, куда смотреть, лишь бы не на собеседников, – что брамайны интересуются пассажирскими коллантами. Мы не знаем причину этого интереса, но подозреваем, что это связано с известной нам всем историей. И вдруг выясняется, что вы, господин трибун, срочно реорганизуете ваш коллант. Что мы должны подумать?!

– «Мы» – это кто? – спросил Тумидус.

– Империя, – ответил за наместника Марк. – Великая Помпилия. Дядя, переходи служить в безопасность. Я составлю тебе протекцию. Ты будешь слышать это «мы» по сто раз на дню.

– Господин примипил, прошу вас заткнуться. – У Флация задергался глаз. – Я велел вам слушать, а не трепать языком. Если вы не уважаете мой чин, уважайте хотя бы возраст. Трибун, объяснитесь, я жду.

Наместник упорно опускал приставку «господин» перед «трибуном». Приставку «военный» он тоже опускал. Дурной знак, отметил Тумидус.

– Это частное дело, Тит. – Флаций безропотно проглотил обращение по имени, разве что побагровел. – Это не связано ни с какими брамайнами.

– Доказательства?

– Доказательств нет.

– Скажите мне. – Тяжелый взгляд Флация перебрался с ягуара на Тумидуса-младшего. Говорил наместник со старшим, а смотрел на младшего, словно только что вспомнил, что имеет дело с любимчиком госпожи Зеро. – Скажите мне, что это операция импербеза. Тайная операция под прикрытием. Прошу, скажите мне, что это правда.

– Это неправда. Более того, это чепуха.

– И доказательств нет?

– Нет. А впрочем…

Военный трибун достал коммуникатор, положил перед собой на стол. Включил режим запросов, громкую связь.

– Диспетчерский центр наблюдения за полетами!

– Кто спрашивает? – откликнулась информателла.

– Гай Октавиан Тумидус, гражданин Великой Помпилии.

– В запросе отказано.

– Гай Октавиан Тумидус, член Совета антисов.

Три секунды паузы.

– Запрос принят. На связи диспетчер Бузиба. Чем могу быть полезен, баас?

– У вас зафиксирован взлет моего колланта?

– Да, баас.

– Сбросьте мне волновой слепок. И комментарий, пожалуйста.

– Будет сделано, баас. Проблемы при возвращении? Запись показывает…

– Спасибо, диспетчер. Удачного дежурства!

Над коммуникатором всплыла гроздь эллипсоидов. В них вертелся калейдоскоп: вспышки, линии, пятна. Зрелище завораживало.

– Мы наблюдаем, – произнес диспетчер Бузиба, – взлет коллективного антиса. Даю состав колланта. Центр связи: Гай Октавиан Тумидус. Невропаст: Лючано Борготта. Периферия: Карна Амогха, уроженец Чайтры, Эсфирь Цвергбаум, уроженка Шабата, баронесса д’Альгар, уроженка Террафимы, Н’Доли Шанвури, уроженка Китты, Лусэро Шанвури, уроженец…

Диспетчер поперхнулся. Судя по реакции, он впервые сделал подробный анализ состава колланта.

– Ну же! – подбодрил его Тумидус.

– Лусэро Шанвури, уроженец Китты. Hivyo mimi niko!^[4] Это волновой слепок Папы Лусэро! Почему он такой маленький? Энергонасыщенность – три процента от стандартной. Нет, вот он растет. Динамика роста… Laana!^[5] Вы же чуть не разбились! С вами все в порядке?

– Не знаю. – Тумидус пожал плечами. – Сейчас выясним. Господин имперский наместник, со мной все в порядке?

– Все, – буркнул Флаций. – Я бы сказал, вы по уши в порядке. Конец связи.

– Конец связи, – повторил военный трибун.

Гроздь втянулась в коммуникатор, голос Бузибы умолк. Хмурясь, наместник расстегнул карман кителя, достал свой собственный уником. Сферу вызывать не стал, просто открыл какой-то файл и приложил к экрану указательный палец правой руки.

– Это приказ. Видит бог. – Атеист Флаций ударил ребром ладони о край столешницы и повторил с нажимом: – Видит бог, я не хотел его подписывать. Теперь я передумал. Так, значит, вы собирали не пасс-коллант? Вы собирали спас-коллант?! Вы психопат, Гай. Вы натуральный психопат. Я не знаю, чего я хочу больше: быть вашим другом – или не быть вашим другом.

– Приказ? – Тумидус криво ухмыльнулся. – Приказ о моей ступенчатой аннигиляции?

– Приказ о присвоении вам очередного воинского звания. Господин консуляр-трибун, примите мои поздравления.

– Однажды я сказал, что буду сенатором и первым консулом. – Похоже, наместник ждал, что Тумидус рассыплется в благодарностях, не дождался и обиделся. Вряд ли это обеспокоило новоиспеченного консуляр-трибуна, потому что говорил Тумидус медленно, задумчиво, беседуя сам с собой: – Изменник Родины, тогда я полагал, что шучу. Сейчас я думаю иначе. Вот я опять изменник Родины, и вот опять повышение. Похоже, я все-таки стану первым консулом. Главное – изменять Родине с достаточной регулярностью.

– Станете, – кивнул Флаций. – Уверен, что станете. Надеюсь, я не доживу.

– Доживете, Тит. Не сомневайтесь.

– Вы мерзавец, Гай. – Флаций потянулся за стаканом. – Вы мерзавец и палач. Вы не просто хотите, чтобы я жил долго. Вы хотите, чтобы я жил и мучился. Эй, господин примипил! Вы что, ждете отдельного распоряжения? А ну, проявите инициативу!

Как младший по званию, Марк отправился за добавкой.