Эвотон: трансформация - Андрей Крыжевский

Над горизонтом показались подсвеченные здания Кордиса. Одно из них было таким высоким, что казалось, будто его верх уходит далеко в открытый космос. Безусловно, это – здание Института науки. Его элегантно изогнутые колонны через небольшие промежутки времени красиво переливались разными цветами. Но что-то особенно врезалось в глаза Алона.

– Искры, – подсказал Док, подметивший вопрошающий вид израильтянина.

И да! Все элементы конструкции буквально искрились. Это явление больше напоминало маленький фейерверк. А слабо заметные с такого расстояния искры приобретали цвет, которым светились колонны Института. Но картину, утоляющую жажду красоты, дополняло ночное небо. Оно не было похожим на земное. Звёзд было гораздо больше. И почти половина из них поражала своей яркостью. И если на Земле Луна возглавляет небесный парад, то здесь явного лидера не прослеживалось. Естественный спутник S24 с успехом могло заменить красивое голубое пятно. Но ему не хватало яркости и плотности. Размер небесной туманности, с позиции патрийского наблюдателя, в два раза превышал размер Луны в глазах землян.

Но некоторые строения контрастировали на общем фоне. Слева от основной группы высоких светящихся зданий находились три обелиска. Их высота была сравнима с Институтом, но диаметр не превышал в размере колонну искрящегося сооружения. Внешний вид создавал впечатление хрупкости и стройности.

– Их раньше не было.

– Да. Вертела построили три патрийских года назад. Тогда, когда первые созданные корпорацией «Ф.Ко» спутники «Шлема» выводили на околопланетную орбиту.

– Вертела? То есть такие же, какие мы видели на Земле десять земных лет назад?

– Наверное, ты имеешь в виду боевые Вертела на вооружении патрийских Стражей.

– Конечно. Их высота не превышала абсидеумские корабли, не то, что здесь.

– Это другие Вертела. Те устройства буквально швыряли Субстанцию во врагов. А предназначение этих – выстрел Нейтрализатора.

– Страховочный вариант на случай предательства землян?

– Знаешь, друг мой, о предательстве тогда никто не думал.

– А сейчас появился весомый повод, – огорчённо заметил землянин.

– Похоже, патрийская цивилизация так и не повзрослела по-настоящему.

– Отчего такой вывод? Доверие – не порок, Док.

– Доверие – состояние и характеристика внутреннего мира, Алон. Совершенно точно, что такое состояние является нейтральным с точки зрения морали. Возникает тогда, когда носитель этой характеристики богат знаниями настолько, что не отказывается от них перед лицом контраргументов, а лишь спокойно сопоставляет две точки зрения в поисках верного для себя пути. Изменяет, но не отказывается… И находит точки соприкосновения в двух мирах.

– Не знаю, Док. На Земле люди часто доверяют друг другу и уж точно не из-за своего внутреннего мира… Или встречается иная ситуация: кто-то полностью отказывается от своих доводов, принимая иные ценности. А доверие – результат такой замены.

– Я считаю, что это – искажённая и неправильная форма доверия. Но я совершенно чётко понимаю безрассудство его распространения на внешний мир. Потому что оно подходит только для закрытой системы, вроде нашей цивилизации, где каждый её представитель является носителем одинаковых Принципов. Где каждый уверен в другом на все сто процентов. Где любой встречный прохожий может стать тебе братом! Каждая цивилизация создаёт свой собственный опыт.