Второй шанс. Начало - Виктор Мишин

– Я же сказал, говори!

– Не будьте строги к генералу Горбатову. Он очень хороший командир и отличный человек. – Всегда испытывал хорошие чувства к Александру Васильевичу, вот и не смог удержаться.

– Ты все же правильно заметил, это именно лишнее, но я это обдумаю, – ответил Берия, вроде даже и спокойно.

– Разрешите идти?

– Иди уже, советчик! – хмыкнул нарком, а я пулей направился к выходу. На улице столкнулся с человеком, который поспешил обратиться ко мне.

– Извините, вы ведь товарищ Новиков?

– Да, я. С кем имею честь разговаривать?

– Мы с вами виделись на стрельбище. Вам понравился мой пистолет-пулемет.

– Товарищ Судаев? Извините, не признал сразу.

– Ничего страшного. Вы не уделите мне пару минут?

– С удовольствием! Пойдемте, прогуляемся.

Мы шли по улице, за нами тихо следовала моя машина. Судаев шел к Берии, надеясь к нему попасть. Дело было важным, и, встретив меня, он решил попробовать попасть через меня.

– Понимаете, Сергей Сергеевич, конструкция ППС такова, что его можно производить в любой мастерской, или даже специально оборудовать несколько сборочных цехов. Ведь все нужное есть.

– И в чем проблема?

– Да есть у нас товарищи, которые тормозят все дело. Не поймите меня неправильно, я не выслуживаюсь. Но…

– Что за товарищи?

– Да есть у нас там, не до тебя сейчас говорят.

– Как это не до тебя? У вас же приказ. Вы ведь не себе на дачу что-то мастерите, а для фронта. А с чем наши бойцы должны родину защищать? Пойдемте, постараюсь вас провести, Лаврентий Павлович, думаю, сможет вам помочь.

Мы вернулись в приемную, я попросил секретаря доложить. Тот снял трубку, сказал, что я вернулся, но не один.

– Проходите, – коротко произнес мне секретарь.

Мы вошли в кабинет, Берия был не один. Рядом с ним стоял какой-то человечек, откровенно еврейской наружности. Да, подумал я, эта нация всегда будет при власти. Хоть война, хоть мир. Нет, конечно, есть и рядовые, воюют, еще и другим пример показывают. Но в основной массе только руководят. По крайней мере мне в основном попадаются именно такие.

– Что случилось, Сергей? – спросил Палыч и посмотрел на Судаева. А тот как-то странно смотрел на собеседника Берии.

– Лаврентий Павлович, вот Алексей Иванович прибыл, у него есть что сказать, – вдруг тот, второй человек, стал что-то шептать практически в ухо Берии.

– Вы извините, пожалуйста, – обратился я к нему, – но не прилично шептаться в присутствии других людей.

– А вам-то какое дело, – нагло произнес тот.

– Прекратить! – потребовал жестко Палыч. – С вами мы обсудим позже, – сказал он своему собеседнику, – подождите в приемной.

Когда дверь закрылась, Берия обернулся к нам:

– Знаете, по какому поводу пришел этот человек?

– Догадываюсь, – произнес Судаев.

– А мне, может, скажут, кто это такой и зачем он приперся.

Берия метнул на меня сердитый взгляд. А я поднял руки.

– Виноват! Сорвалось.

– Следите за языком, товарищ Новиков. А вы, товарищ Судаев, объясните, почему вместо того, чтобы работать на благо родины в такое тяжелое время, вы, обеспокоены отсутствием награды за ваше изобретение?

Судаев аж поперхнулся и закашлялся.

– Товарищ Берия, да у меня и в мыслях не было ничего такого. Это вам товарищ Шимонович сказал?

– Какая разница, кто сказал? Важно то, правда это или нет?

– Вот, Сергей Сергеевич, зачем я торопился к Лаврентию Павловичу. Меня просто опередили, теперь я же и останусь виноватым, – произнес Судаев и склонил голову.

– Просто так никого не сделают виновным, – произнес Берия. – Если то, что сказал товарищ Шимонович, неправда, пострадает именно он. А не вы. Рассказывайте.

Судаев подробно изложил то, что происходит сейчас с приемкой новых видов оружия. Про то, как, находя нелепые отговорки, пугая рабочих и инженеров тюрьмой, люди из комиссии не дают развернуть производство.

– У вас приказ, подписанный товарищем Сталиным!

– Нам сказали, что рабочие будут отправлены на оборону города.

– Что за бред? – Берия снял трубку с телефона и попросил пригласить товарища Шимоновича.

Вошедший был бледен.

– Вы что там, совсем заелись? Что это за провокация?

– Товарищ Берия, но вы же говорили, что не хватает людей…

– Ты дурак, что ли, они-то тут при чем? – Берия разошелся. – Вы саботировали выпуск необходимой продукции. Вот вас всех и пошлем, в первых рядах на немцев, и без оружия.

– Товарищ Берия…

– Я все сказал. Младший лейтенант, проводите этого человека до приемной, там его встретят другие люди.

– Пошли, что ли, – сказал я «попавшему».

Тот что-то бормотал, но Берия не стал его слушать. Снял трубку телефона.

– Вызовите товарища Мельникова, пусть заберет у Новикова товарища Шимоновича. С ним нужно побеседовать, – положив трубку, Берия взглянул на нас.

Я выпроводил Шимоновича в приемную, там его уже ждали. Видимо, дежурный «вышибала» всегда на связи. Еврейчика увели. Я вернулся в кабинет.

– Все в порядке, товарищ Судаев. Идите, работайте. Помните, товарищ Сталин поручил вам наладить выпуск вашего автомата в кратчайший срок, поэтому и привлекли вас лично. Оружия нужно очень много, постарайтесь как следует.

– Сделаю все, что только смогу, – серьезно произнес Судаев.

– До свидания. Сергей, задержись, – кивнул Берия.

Алексей Иванович радостно пожал мне руку, попрощался с Берией и выбежал из кабинета.

– Сергей, вот такого, чтобы не происходило! Ты должен следить за работой оружейников. Не забыл, именно это сейчас от тебя требуется. Я же дал тебе полномочия, решай сам такие вопросы. Ко мне – в крайнем случае.

– Я все понял, Лаврентий Павлович. Сейчас же объеду все предприятия, проверю работу.

– Именно сейчас, мы обязаны обеспечить войска качественным оружием. Войска помаленьку прибывают. Оружия нужно все больше и больше. Съезди к бронебойщикам, нужно повысить выпуск противотанковых ружей. Не знаю, поговори с людьми, реши, как сделать. Я тоже не могу быть везде и всюду. Всем сейчас трудно.

– Можно предложить? – дождавшись кивка, я продолжил: – Нужно поднять норму отпуска продуктов по карточкам. Думаю, в такое время это послужит хорошим стимулом.

– Это я и обдумывал, мыслишь в правильном направлении. Я поручу нужным людям плотно заняться этим, но ты понимаешь, что всему городу мы пока помочь не сможем.