Гаджет. Война Феникса - Владислав Жеребьев

Илья попятился, ощутив какое-то неясное движение впереди, адреналин ударил в голову, воздух показался каким-то странным, деревья вдруг зашелестели, заголосили на все лады птицы, и вдруг все замерло, мир остановился и затих, и вся вселенная вокруг вдруг сжалась до пределов двора, песчаной дорожки, пересекающей его из конца в конец, и старенького отечественного авто. Дверь девятки открылась медленно, как это показывают в фильмах ужасов, когда вот-вот распахнется створка платяного шкафа и оттуда вылезет Бука, схватит тебя своей когтистой лапой и утащит в свою мерзкую страну кошмаров, чтобы растерзать на сотню кровоточащих кусочков, а затем сожрать с большим аппетитом. Двое, среднего телосложения, короткие стрижки, прямые спины и тщательно выбритые лица, выбрались из брошенного авто с таким видом, будто бы это вполне нормальная практика, и, как будто смущенные чем-то, остановились. Одеты они были неброско: неприметные куртки с множеством карманов, мягкая обувь, часы на запястьях. Возраст трешеров, а в том, что это именно они, Илья не сомневался, определить было сложно, да и вели они себя не совсем так, как следует поступать боевикам противоборствующих сторон в случае визуального контакта. Они стояли и смотрели на Прохорова, а тот с тревогой во взгляде следил за ними. Метрах в трехстах пролегал широкий проспект с оживленной большой пешеходной зоной, и при плохом развитии событий можно было броситься именно туда, однако враг медлил, не спеша нанести удар.

— Майор, — парень в серой куртке, тот, что выбрался с пассажирского сиденья, сделал два шага вперед и остановился. Илья на всякий случай нащупал рукоять пистолета и, не глядя, снял оружие с предохранителя. Уверенности в собственных силах немного прибавилось. — Майор Прохоров?

— С кем имею честь общаться?

— Карпов. Моя фамилия Карпов, — Мужчина снова сделал шаг вперед, ставя ноги на песок, смешанный с гравием, так осторожно, будто двигался по зыбкой поверхности болота. — У меня к Вам разговор.

— На который вы явились вдвоем и с оружием?

— Это неправда, майор, мы безоружны. — Парень нарочито медленно поднял полы куртки, демонстрируя отсутствие огнестрельного оружия, однако внимание Ильи это не притупило. В такой ситуации достаточно было метательного ножа, всего одного, спрятанного в рукаве.

Беседа оказалась еще более странной, чем то, что происходило до этого. Человек в серой куртке кивнул своему напарнику, и тот неспешной походкой удалился в глубину двора, где и исчез в тени дома.

— Давайте присядем, товарищ майор. — Трешер кивнул в сторону зеленой скамейки в тени кустов и, не дожидаясь ответа Ильи, прошел по дорожке и, усевшись, закинул ногу на ногу.

— Ну, давайте, — Илья пожал плечами, однако садиться не стал, предпочитая видеть все, что происходит вокруг.

Увидев это, трешер скупо улыбнулся.

— Вас водят за нос, Прохоров.

— Я это уже заметил.

— Вы не поняли, — человек покачал головой. — Те, кого вы называете мусорщиками, вам не враги. Они, как и любая другая культура, стоящая на высшей ступени развития, просто необычны для вас. Вспомните отношения испанских конкистадоров и индейцев или трения американской кавалерии с коренным населением северной Америки.

— Странная аналогия, — пожал плечами Прохоров.

— Верная, — Карпов снова улыбнулся, на этот раз дружелюбно. — Это естественный ход событий, сильный вытесняет слабого. Дарвиновская теория в действии, и как бы ни сопротивлялись ее противники, она отлично работает. Те же конкистадоры несли знания, силу, мощь своего оружия, и что теперь с аборигенами, которые их отринули?

— У меня о чистоте помыслов испанцев другие школьные воспоминания, — Прохоров покачал головой. — Что вы конкретно предлагаете?

— Я предлагаю вам ровно то, что предложили меченосцы, но умножить на два, — Карпин похлопал себя по карману куртки с таким видом, будто бы у него там хранился генеральский мандат или, на худой конец, записка, где значится: «Все, что сделал податель этой бумаги, совершено на благо государства и по моему личному приказу. Ришелье».

— Ну, допустим, мой пример вас не вдохновил, — Карпов пожал плечами. — Однако вы должны понимать, что если мы разговариваем с вами, а не стараемся устроить свинцовое отравление, наша организация в вас заинтересована ровно так же, как и меченосцы. Вопрос, что могут дать Вам они, чего нет у нас?

— Вам ответить?

— Если Вас не затруднит.

— Ничего. Карпов, вы русский?

— Я россиянин.

— Толерантно. Но сути не меняет. Вспомните историю нашей страны, и что мы делали с захватчиками, решившими посягнуть на наш суверенитет.

— Мы не посягаем ни на чей суверенитет, мы просто даем людям то, что они хотят, но не могут добиться по тем или иным причинам.

— И на выходе вы получаете кучу бездарностей, способных воевать только в играх, писать стихи только в сети, совершать подвиги лишь в собственной голове. Это не жизнь, Карпов, это темница, гребанная матрица сестер Вачовски.

— Все не так мрачно.

— И все же, что хотят ваши хозяева?

При этих словах на лице трешера отразилась плохо скрываемая неприязнь к собеседнику, но, к его чести, он быстро справился с чувствами.

— Они нам не хозяева, но друзья, старшие братья, мудрые и правдивые.

— Они не лгут, не убивают, не крадут… Слышал уже. Зато они лезут в твою голову и заставляют плясать по свою дудку. Вот только где грань между благом для всего человечества и превращением в обычную марионетку, пляшущую по прихоти кукловода. Почему ваши «старшие братья» не смогут просто приказать всем своим рабам подойти к краю обрыва и броситься в пропасть?

— А зачем им это?

— Вы знаете об артефактах, Карпов?

— Конечно. Это еще одна сторона медали. Наши друзья доставляют на землю священный груз, и он дарит нам чуточку волшебства. Деньги, богатство, удача, любовь, каждый такой артефакт готов дать вам такой подарок и не потребовать ничего взамен. Надо лишь за него побороться.

— А побочные эффекты? Вы забываете о том, что в месте образования артефакта, в том углу, куда мусорщики сгружают свое волшебство, остается выжженная пустыня, голая земля, не способная плодоносить. Вам не кажется, что больше это похоже на свалку химических отходов?

— Годами мы бездумно засоряли свою планету радиоактивным шлаком, разливом нефтяных продуктов, выхлопными газами, химическими стоками в воду, и ни у кого не было особых претензий. Что же тут плохого, если у нас появится еще одна выгребная яма? Но за нее мы получаем знания, силу, новый шанс на собственное возвышение. В обычных условиях загрязнения планеты такого не предусмотрено.

— А вы не предполагаете, Карпов, что в какой-то момент место на планете может закончиться не только для мусора, но и для людей, и ваши хозяева решат, что вы им больше не интересны.

— Мы рассматриваем и такой план развития событий, но до этого еще слишком далеко. К тому же наши братья обещали нам, что такое просто не произойдет. Они не врут, они просто не умеют обманывать, и потому нет оснований им не доверять.