Факел в ночи - Саба Тахир

– Кровавый Сорокопут.

– Нет, – она покачала головой, – не называй меня так. Все меня так называют. Только не ты. – Она оглядела меня с ног до головы. – Ты… ты выглядишь ужасно.

– Тяжелые выдались деньки.

Я разглядел шрамы на ее руках и ладонях, выцветшие синяки на лице. «Я передала ее солдатам Черной Гвардии для допроса», – сказала Комендант.

«И Элен его выдержала, – подумал я. – А теперь убирайся отсюда, пока она не убила тебя».

Я отступил на шаг, но она тут же вскинула руку, и холодные пальцы сжались на моем запястье железной хваткой. Я поймал ее взгляд и поразился, сколько самых разных эмоций в нем плескалось. Уходи, Элиас!

Я выдернул руку, и тотчас откровение в ее глазах исчезло. Взгляд стал совершенно пустым. Она потянулась за оружием, которое я предусмотрительно выкинул. Затем я увидел, как Элен подогнула колени, приготовившись к броску.

– Ты арестован! – Она прыгнула, но я отклонился в сторону. – Приказом…

– Ты не арестуешь меня. – Я обхватил ее за талию и попытался отбросить на несколько ярдов.

– Тысяча чертей, арестую.

Она ударила меня локтем под дых. Я согнулся, она вывернулась из моего захвата и нацелилась коленом в лоб. Но я поймал ее ногу и оттолкнул Элен, стукнув локтем в лицо.

– Я только что спас твою жизнь, Эл.

Она фыркнула:

– Я выбралась бы оттуда и без тебя…

Я бросился на нее, она угодила спиной в стену – удар вышиб из нее воздух. Я зажал ее ноги между бедер, чтобы не дать ей и дальше осыпать меня ударами, и приставил нож к горлу – иначе она вырубила бы меня головой.

– Гори в аду! – Она попыталась высвободиться, но я сильнее вдавил нож. Она опустила глаза и посмотрела на мои губы, ее дыхание стало частым и неглубоким. Вздрогнув, она отвела взгляд.

– Они напали на тебя, – сказал я. – Тебя бы затоптали.

– Это ничего не меняет. У меня приказ от Маркуса привезти тебя в Антиум для публичной казни.

Теперь настал мой черед фыркать.

– Почему, черт возьми, ты до сих пор не прикончила его? Ты бы оказала миру большую услугу.

– О, иди к черту, – бросила она мне. – Я и не ожидала, что ты поймешь.

С соседней улицы донесся топот приближающихся солдат-меченосцев. Прибыло подкрепление, чтобы подавить бунт.

Я отвлекся, и Элен, воспользовавшись моментом, попыталась вырваться из моего захвата. Я не мог долго ее удерживать. Иначе мне не убраться отсюда без половины легиона меченосцев на хвосте. Проклятье.

– Мне надо уходить, – прошептал я ей на ухо. – Но я не хочу причинять тебе боль. Меня тошнит, когда приходится делать людям больно.

Я чувствовал на щеке легкий трепет ее ресниц, чувствовал, как вздымалась и опускалась грудь.

– Элиас, – прошептала она мое имя. И столько желания слышалось в одном-единственном слове.

Я отстранился. В глазах Элен переливались тысяча оттенков синего. «Любовь к тебе – самое худшее, что случалось со мной». Она произнесла эти слова несколько недель назад. Сейчас я видел в ней опустошенность и знал, что снова причина во мне, и ненавидел себя за это.

– Я пойду, – сказал я. – Если ты попытаешься схватить меня, пусть так оно и будет. Но прежде я хочу сказать кое-что, ведь мы оба знаем, что я не задержусь в этом мире, и я возненавижу себя, если никогда тебе этого не скажу. – На ее лице отразилось замешательство, и я продолжил, пока она не начала задавать вопросы: – Я скучаю по тебе. – Я надеялся, она поймет, что на самом деле это значило: «Я люблю тебя. Прости. Я хотел бы все исправить». – Я всегда буду скучать по тебе. Даже когда стану призраком.

Я выпустил ее и сделал шаг назад. Еще один. Затем повернулся к ней спиной. Она издала приглушенный звук, и у меня сжалось сердце.

Когда я уходил, то слышал лишь свои шаги.

* * *

На стоянке началось настоящее столпотворение. Кочевники закидывали детей в повозки, грузили товар. Лошади вставали на дыбы. Женщины кричали. Сотни караванов одновременно выехали в пустыню, подняв в воздух густое облако пыли.

– Слава небесам! – Лайя заметила меня, когда я подошел к высокой повозке Афии.

– Ты идиот. – Афия, схватив меня за шиворот, втянула в повозку с поразительной силой, учитывая, что она ниже меня на фут с лишним, и усадила рядом с Лайей. – О чем вообще ты думаешь?

– Аквилла могла увидеть меня в окружении племени Нур. Нельзя было этим рисковать. Она – маска, Афия. Она бы в два счета вычислила, кто ты. И твоему племени грозила бы опасность.

– Все равно ты идиот. – Афия взглянула на меня. – Пригни голову. И сиди тут.

Она прыгнула на козлы и взялась за поводья. Спустя несколько секунд четыре лошади, запряженные в повозку, дернулись вперед, и я повернулся к Лайе:

– Где Иззи и Кинан?

– С Джибраном. – Она кивнула на ярко-зеленую повозку в нескольких десятках ярдов от нас. Я узнал острый профиль младшего брата Афии, правившего упряжкой.

– С тобой все в порядке? – спросил я Лайю. Ее щеки вспыхнули, она стиснула рукоять кинжала так, что костяшки побелели.

– Просто рада, что ты вернулся, – выдавила она. – Ты… говорил с ней? С Аквиллой?

Я собирался ответить ей, когда кое-что вспомнил.

– Племя Саиф. – Я осмотрел пыльную стоянку. – Ты не знаешь, они ушли? Мама Рила сбежала от солдат?

– Я не видела. – Она повернулась к Афии: – Ты не…

Кочевница нервно дернулась, и я поймал ее взгляд. В другом конце стоянки я увидел повозки с зеленой и серебристой драпировкой. До боли знакомые цвета племени Саиф. Повозки племени Саиф.

Их окружили меченосцы.

Они вытягивали людей из повозок и ставили их на колени. Я узнал свою семью. Дядю Акби. Тетю Хиру. Проклятье, Шэн, молочный брат.

– Афия, – сказал я. – Я должен что-то сделать. Это мое племя. – Я достал оружие и придвинулся к открытой двери между повозкой и козлами. Спрыгну. Побегу. Нападу на них сзади. Первым убью самого сильного…

– Стой, Элиас, – Афия схватила меня за руку словно тисками. – Ты не сможешь их спасти, не сдавшись меченосцам.

– О, небеса, Элиас, – на лице Лайи отразилось потрясение, – факелы!

Повозка, в которой я вырос, – красивая, украшенная росписями – полыхнула огнем. Мама создавала эти рисунки много месяцев. Иногда я держал для нее банки с красками и мыл кисти. Все исчезло. Так быстро. Одна за другой повозки вспыхивали огнем, пока весь караван не превратился в черное пятно на фоне неба.

– Большинство из них успели уйти, – тихо сказала Афия. – В караване племени Саиф сто пятьдесят повозок. А схватили только десять. Даже если ты доберешься до них, Элиас, там как минимум сотня солдат.